Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов

– Ты знаешь, о каком, о черном. По глазам вижу, что знаешь, вон как испугался.

Миша сразу же достал из кармана школьного пиджака карандаш с блокнотом и, открыв его, внимательно посмотрел на мальчика:

– Как тебя зовут? Из какого ты класса?

– А зачем тебе? Не скажу! – твердо ответил мальчишка.

– Да ты совсем спятил, – староста засмеялась. – Ты эти байки малолеток записывать собрался?

– Ничего это не байки! – возмутился мальчик. – Все о нем знают.

– Что знают? Что? Расскажи, пожалуйста, что тебе известно.

– То же, что и всем, – ответил мальчик смущенно. – Что он ездит по ночам в поисках своих жертв и каждую ночь кого-нибудь забирает. Что убежать от него почти невозможно. Что многие люди о нем знают, но не говорят, потому что боятся привлечь его.

– Что за бред? – как-то растерянно проговорил Миша.

Староста из параллельного класса с улыбкой покачала головой и произнесла:

– Да, ребят, у вас еще явно детство в одном месте играет. – Обняв классный журнал, она презрительно фыркнула и двинулась в сторону учительской.

Миша растеряно посмотрел ей вслед, после чего вернулся к мальчишке:

– Ты когда-нибудь его видел?

– Нет.

– Может, слышал, по рации или в телевизоре?

– Как это?

– Ладно, неважно… – Миша задумчиво прикусил губу и осмотрелся вокруг. Убедившись, что рядом с ними больше никого нет, он продолжил свой допрос: – Скажи, от кого ты впервые услышал про черный автобус?

– От своей бабушки. Она мне еще давно про него рассказывала.

– От бабушки?

– Ну да, говорила, чтобы я был аккуратнее и никогда не задерживался допоздна на улице, потому что если автобус выйдет на охоту, то убежать от него не получится ни взрослому, ни ребенку.

– Как тебя зовут?

Мальчик растерянно оглянулся по сторонам, а потом тихонько ответил:

– Никита. Только не упоминай меня, если решишь писать статью об этом.

– Почему?

– Сам знаешь, многим это не понравится, и еще…

– Что?

– Говорят, что он охотится на тех, кто слишком много о нем говорит. Именно поэтому многие предпочитают об этом помалкивать. Но ведь для этого и существует пресса, чтобы освещать такие проблемы, даже если она школьная?

– Да, наверное… – растерянно проговорил Миша. – Может, ты что-нибудь еще о нем слышал?

– Ничего такого. Знаю, что он выходит по ночам в какое-то определенное время. А потом может пропасть на время, но, когда у него начинается сезон охоты, он не пропускает ни одной ночи. И каждую ночь кого-то забирает. Так мне бабушка рассказывала. И что о нем вообще лучше не говорить, если беду навлечь не хочешь. Или говорить очень тихо, чтобы он не услышал.

– Нет, ну это уже правда перебор, – недоверчиво проговорил Миша. – Звучит как какая-то детская страшилка.

– Слушай, ты спросил – я ответил, – недовольно проговорил парнишка. – Если не веришь, то мог бы и не спрашивать.

В этот момент раздался оглушительный треск звонка, и мальчик тут же побежал к одному из кабинетов. А Миша остался стоять как вкопанный, пока не вспомнил, что ему и самому нужно поспешить на урок.

Глава 8. Рисунок

Поймав Лешу и Диму после школы, Миша остановил их у главных ворот и волнительно начал пересказывать то, что ему удалось услышать.

– Это конечно, зацепка, – широко улыбаясь, произнес Лешка, – но ты и сам должен понимать, что цена сплетен, собранных у малолеток, не сильно высока.

– Да я-то это прекрасно понимаю, я до сих пор считаю, что здесь какая-то путаница, которая перемешивает реальные события с детскими страшилками. Однако ты должен понимать, что это все детали одной картины. Кстати, я хотел спросить тебя.

– О чем? – все так же широко улыбаясь, спросил Лешка.

– Ты говорил, что чисто гипотетически на рацию можно поймать помехи из радио или даже телевещания?

– Это точно так, – ответил Лешка. – Это не гипотеза.

– А может ли случиться наоборот?

– Это как? – удивленно спросил Лешка и посмотрел на не менее удивленного Диму. – Что значит наоборот?

– Чтобы телевизор мог случайно поймать волну… ну, ту самую, которую я слышал.

– С меньшей степенью вероятности, но вообще-то возможно. А что?

– Да так, просто размышления вслух, – отмахнулся Миша.

– Ну, – нарушил молчание Дима, – какие у вас планы, парни? Что делаем?

– Естественно, идем играть, – ответил Лешка. – Встречаемся, как обычно, в Доме юного техника, используем вновь наших шпионов, чтобы выиграть время, а я буду пытаться выловить сигнал, о котором ты так много рассказывал. Я тебе, конечно, верю, Миш, но думаю, у него весьма прозаичная природа происхождения и никакой черный автобус или даже банда тут ни при чем.

– Я согласен, – радостно заявил Миша. – Более того, твой скепсис – это очень важная и необходимая деталь моего расследования. И за наличие этого самого скепсиса я тебя очень даже уважаю!

– Отлично, договорились, – подытожил Дима. – Значит, я приду к вам, как обычно, после тренировки.

Пожав друг другу руки, парни разошлись в разные стороны. Дима двинулся в сторону Малого проспекта, а Леша и Миша пошли привычной дорогой по Седьмой линии в сторону Большого проспекта. На Среднем проспекте Леша свернул в сторону дома, объяснив это тем, что ему необходимо захватить рации, а Миша двинулся дальше. Почти всю дорогу он оглядывался, надеясь увидеть девчонок, но ни Тани, ни Маши нигде не было видно. Немного раздосадованный, Миша укутался в пальто и двинулся дальше вдоль улицы, на которую уже успела спуститься темнота.

В Доме юного техника Миша молча переоделся и в одиночестве поднялся в кабинет своего кружка, где он тут же забылся в рутине. Приятные запахи ватмана, старой бумаги и клея успокаивали его, оставляя позади все тревожные мысли и вопросы. Он медленно и аккуратно катал из бумаги длинные трубочки, которые собирался нарезать для деталей стволов бортовых и палубных орудий своего броненосца, а также старательно расчерчивал на ватмане лекала надпалубных настроек. Ему всегда нравилось наблюдать за тем, как остро заточенный карандаш скользит вдоль линейки, оставляя после себя идеальную линию. Линия за линией – и вот на приятной поверхности ватмана уже появлялись очертания целых конструкций, прямо как на уроке черчения, только намного интереснее и с результатом, который можно будет потрогать руками. Умиротворение Миши нарушила Таня, которая аккуратно пробралась в кабинет и встала за Мишиным плечом.

– Привет. И что это будет? Фрегат?

– Привет. Нет, я собираю модель броненосца «Потемкин», которую впоследствии можно будет спустить на воду.

– Из бумаги?

– Да, но не совсем. Сверху будет нанесен