Зарубежный детектив 2026-17 - Альберт Корнелис Баантье

что вы, Артур Линдвикен, лично стояли во главе большой сети педофилов в Виггбюхольме. Чем больше имен и адресов вы мне назовете за десять секунд, тем больше ваш шанс избежать ужасных подозрений в глазах членов вашего клуба. Не говоря уж о глазах судьи. Уже семь секунд. Пять.

— Подождите! — завопил Артур Линдвикен. — Я должен кое-что принести…

Он, спотыкаясь, бросился к белой доске на стене и отодвинул ее. Принялся бешено крутить вращающийся кодовый замок сейфа, открыл его и вытащил настоящий архив, раскрыл его на букве «С» и извлек открытку с изображением статуи Диониса со стоящим мужским достоинством. Божественная красота в полный рост. На открытке карандашом было помечено: «Странд-Юлен», а затем шла надпись шариковой ручкой:

«Сейчас мы уходим. Ты всегда можешь позвонить. 641 12 12.

PS. Ты самый большой козлик Брюсе.

DS».

— Он выронил это здесь, в конторе. Я храню все находки. И отмечаю, если хозяева хотят забрать их.

— Находки в сейфе… Нет ли у вас находок на букву Д?

— Даггфельдт? Нет.

— Поищите.

Линдвикен вытаращил на Йельма глаза.

— Вы думаете, я не знаю точно, что у меня здесь хранится?

Он открыл папку с буквой «Д» и показал Йельму. Там было пусто.

Йельм поднял открытку с Дионисом и взмахнул ею.

— Я заберу это. Вам ведь она больше не понадобится. И сохраните этот архив. Возможно, мне еще придется к нему обратиться.

Проходя мимо окна, он увидел, что Артур Линдвикен все еще сидит на месте. Архив дрожал у него на коленях.

На мгновение Йельм задумался, не перегнул ли он палку. Он больше привык работать с людьми, много раз подвергавшимся полицейским допросам, знавшими все его правила, знакомыми со всеми хитростями и уловками и хорошо понимавшими, когда надо молчать, а когда лгать.

Ветер ощутимо усилился. Маленькие ялики словно сдувало с нептуновых плеч.

Полдень еще не настал, когда Йельм запарковал свою служебную «мазду» возле гольф-клуба на улице Кевинге. Удивительно большое количество игроков тренировались, забрасывая мяч за мячом, в это буднее утро в начале апреля. Йельм достал мобильный телефон и набрал номер.

— Определение номера, — ответил женский голос.

— Будьте добры 08 — 641 12 12.

— Одну минуту, — ответила дама и ровно через минуту сообщила: Йорген Линден, Тиммермансгатан, 34.

— Спасибо, — сказал Йельм и записал имя и адрес. Перед этой записью он поставил цифру четыре. С этим тоже надо успеть разобраться до трех часов.

Он вышел из машины и начал быстро подниматься вверх по лестнице к гольф-клубу. В конторе его встретила молодая девушка.

— Добрый день, — поздоровалась она.

— Добрый день, — ответил Йельм и показал свое удостоверение. — Криминальная полиция. Я расследую дело, касающееся двух ваших бывших членов.

— Думаю, что понимаю, о ком вы, — сказала девушка, слегка кивнув в сторону утренних выпусков «Свенска Дагбладет». Йельм кивнул ей в ответ.

— Они состояли в вашем клубе, не так ли?

— Да. И оба очень хорошо играли. Они здоровались друг с другом, останавливались, перебрасывались парой слов.

— А они играли друг с другом? Вы их когда-нибудь видели на поле вместе?

— Постоянными партнерами они не были. Я даже не помню, чтобы видела их вдвоем на поле. Хотя иногда я видела их в большой компании других игроков. Они были из тех людей, кто собирается после игры, чтобы обсудить темы, не имеющие отношения к игре.

— Кого вы имеете в виду, говоря «из тех людей»?

— Из не-гольфистов.

Йельм сделал небольшую паузу.

— У вас проходят соревнования? — спросил он.

— Угу.

— И вам не очень нравятся те люди, которые приходят сюда только затем, чтобы провести свободное время, пообщаться с коллегами и завести новые связи? И хотя вы настоящая светская львица, вам не очень по душе «не-гольфисты», потому что именно они создают этому виду спорта устойчивую репутацию легкомысленной забавы богачей.

— Вы хороший психоаналитик, — заметила настоящая светская львица.

— А как у вас все происходит? Можно просто выйти на поле и начать играть сразу, как пришел сюда, или требуется какая-то регистрация?

— У нас есть гостевая книга, в которой записываются все, кто играет на поле.

— Могу я на нее взглянуть?

— Вы как раз положили на нее локти. Извините, сюда идут гости.

— Нет, подождите, — остановил девушку Йельм. — Пока я буду листать записи последних недель, посмотрите-ка мне быстренько на вашем прекрасном компьютере, когда Даггфельдт и Странд-Юлен стали членами вашего клуба.

— Простите, я займусь вами буквально через минуту, — сказала девушка через плечо Йельма двум седоволосым господам в классических клетчатых шерстяных поло для игры в гольф. Проглядывая так называемую гостевую книгу, он одним ухом прислушивался к их разговору.

— Боже мой, — говорил старший из них. — Каких только ужасов не прочтешь в газетах! Ты читал «Свенска Дагбладет»?

— Да уж! Неужели каждому солидному человеку теперь нужно нанимать взвод охранников? Прекрасные были люди, говорю тебе, брат, прекрасные люди. И Даггфельдт, и Странд-Юлен. Я знал их лично. Как думаешь, может, это коммунисты?

— Ох, не знаю. Хотя от этих озорников можно ждать чего хочешь. Один вон даже в «Новости культуры» проник.

— Неужели? Внедрился? И заложил мину замедленного действия? Да, пропала наша Швеция!

— Давно ничего подобного не было. С тех пор, как этот… Как его — коммунист, который писал о культуре?

— Лундстедт?

— Да-да, Арвид Лундстедт. Ну и еще и этот «красный» главный редактор, который только благодаря кое-чьей не в меру проявленной толерантности стал известным журналистом.

— Ты имеешь в виду Икскюлля? Красного Икскюлля?

— Его самого.

Йельм предоставил господ их не совсем предсказуемой судьбе и взял записку из рук девушки, которая уже с улыбкой оборачивалась к гостям. Йельм прервал не успевшую пока начаться беседу.

— Я еще не совсем закончил. Господин Д вступил в клуб в 82 году, а господин С-Ю в 85, — сказал он, зашифровывая фамилии, чтобы не привлекать внимания седовласых господ. — Сохранились ли у вас гостевые книги этих лет?

Девушка снова извинилась перед гостями, несомненно, покоренными ее белоснежной улыбкой.

— Какая красивая девочка, — услышал Йельм за спиной. — Тия из «Похищения Европы», честное слово!

— Можем ли мы пройти в офис? — спросил Йельм. Они вошли в кабинет. — Тия из «Похищения Европы»?

Девушка улыбнулась.

— Эти милые старички спутали меня с Лоттой Нойман. В их возрасте десять лет туда, десять лет сюда не имеют большой разницы.

— Сохранились ли у вас старые гостевые книги?

— Да, у нас есть архив. Я могу принести.

— Отлично. Начиная с 1982 года и далее. Я должен забрать книги с собой. Вы получите их назад. Я должен также забрать текущую