Рапсодия Богемской - Елена Дорош

По версии следствия, пожар возник в пристройке. Причина неизвестна, выясняют. Смерть хозяйки произошла от отравления угарным газом. Никаких других причин не называлось, но Нонна была убеждена: Генриетту убили и только потом устроили пожар. Перед смертью наверняка пытали, заставили рассказать о Климове. Иначе нельзя объяснить, как они на него вышли. О них с Викой тоже могли узнать от нее, но это маловероятно. Скорее — от Климова. Другой вопрос, где он сейчас. Лежит в костромской квартире с пулей в затылке? Вряд ли. Два трупа — уже перебор. Слишком заметно. Могут связать их между собой. Что касается Климова, то он может понадобиться Вельскому. Например, чтобы опознать их с Викой. Хотя не факт. Наверняка у бандитов есть их фото. Как говорится, анфас и в профиль. Сейчас с этим проблем нет, а вот держать Климова в качестве заложника, чтобы выманить одну из них, — вполне реально. Неужто две бабы не пожалеют мальчика, черт бы его побрал!

Румяная соседка, расправившись с половинкой копченой курицы, булкой, двумя вареными яйцами и схрумкав огурец, стала готовиться ко сну. Подготовка выражалась в долгом расчесывании кудрей, охах, чесании коленей и пяток. Наконец соседка угомонилась, улеглась на спину и в ту же минуту захрапела. Вика поморщилась во сне и повернулась на бок.

Нонна выпрямила затекшие ноги, уперлась затылком в стенку купе и продолжала думать.

Чтобы не бросаться в глаза, еще в реабилитационном центре она надела протезы и темные очки. Черную худи, джинсы. В толпе не отличишь от подростка. Один минус — передвигаться на протезах быстро не получится. Тут больше подошла бы коляска, но теперь те, кто их преследует, знают, что имеют дело с инвалидом, поэтому именно колясочника и будут искать.

Другая докука — Вика. Зря она не посадила девчонку под замок, чтобы не совала носу куда не следует. Но даже если допустить, что ее заметили в Питере и вели, они убрались из центра слишком быстро, чтобы преследователи успели среагировать и отследить их путь. Но может быть и по-другому. В Костроме их уже ждут. Это плохо. Возможно, у них был бы шанс, передвигайся они поодиночке, но отпускать девочку от себя страшно. Даже страшней, чем таскать с собой.

Значит, придется учитывать именно такой расклад.

Теперь о Костроме. В дом к Генриетте сразу нельзя. Вообще нельзя. Можно осторожно поговорить с персоналом детского дома и соседями. Хорошо бы пообщаться с полицией или, на худой конец, с участковым. А вот съездить на квартиру, где жил Климов, придется. При этом не спалиться, что при отсутствии опыта и сноровки затруднительно.

Может, сначала поселить Вику в какую-нибудь гостиницу, а потом справиться самой? Самый разумный вариант, кстати. Хотя лучше всего оставить ее в квартире сестры Генриетты. Если, конечно, там не лежит окоченевший трупешник Климова и они не попадут в лапы бандитов, как только заявятся. Но, в конце концов, у Вельского не дивизия на подхвате. Люди есть, но у таких, как он, товар всегда штучный. К себе Вельский подпускает только проверенных и даже перепроверенных. Изучила она этого типа неплохо, поэтому может предположить, как он будет действовать. В его логике не гоняться за жертвой, а устроить ловушку и ждать, когда она попадется. Где же лучше всего ее устроить? Кострома для этого вообще не подходит. Невозможно предугадать, куда и когда они с Викой заявятся и заявятся ли вообще. К тому же чужая территория, где Вельский не хозяин. Поэтому если в квартире, где прятался Климов, нет ни трупа, ни его самого, то наблюдения, скорей всего, тоже нет.

Итак, с этим все ясно. Что потом? Потом она одна отправится на добычу информации и уже на месте решит, как действовать. Главное, чтобы Вика была в безопасности. Насколько это возможно.

Вика, словно почуяв, что думают о ней, заворочалась и вдруг тоненько застонала. Нонна протянула руку, чтобы погладить, но передумала. Только рассиропиться сейчас не хватало! В конце концов, Вика уже не младенец. С ней вообще надо построже, а то быстро на шею сядет и погонять начнет.

Забраться бы на полку и снять валенки. То-то бы культяпки обрадовались. Нонна живо представила лицо соседки, когда утром та обнаружит отдельно стоящие ноги попутчицы, и прыснула в ладошку.

Поудобнее устроившись в своем уголке, она закрыла глаза.

«Спи, Нонна, силы тебе еще понадобятся».

Команда сработала. Глубоко вздохнув, она уснула и крепко спала до самого утра.

Утро началось с причитаний жалостливой Вики:

— Зачем я согласилась лечь на нижней? Вот эгоистка. Вам же тяжело забираться. Не надо было вас слушать. Ну что я за размазня?

— Вика, если ты сейчас же не заткнешься, я огрею тебя «валенком». От твоего нытья зубы ломит.

— Мне ужасно стыдно, Нонна Викентьевна. Завалилась на нижнюю и спала, как свинья, а вы…

Застонав, Нонна вышла из купе и хлопнула дверью. Румяная соседка, возвращаясь из туалета, заметила:

— Как вы доченьку свою любите. Всю ночь охраняли.

«Тебя, что ли, треснуть?» — подумала Нонна и приторно улыбнулась.

Брать такси на вокзале они не стали. Отошли подальше и сели на рейсовый автобус, благо вещей у них всего ничего — рюкзак и сумка, которая без протезов была почти пустой.

В центре города, где возвышается красавица каланча и веером расходятся во все стороны костромские улицы, пересели на другой. Ночью Нонна узнала, какой нужен маршрут, вела Вику уверенно, и только в самом конце пути та догадалась, куда они направляются.

— Зачем? Нонна Викентьевна? А если там бандиты?

— Гораздо хуже, если там труп, — буркнула Нонна, которой все больше становилось не по себе.

Одно дело — размышлять, сидя в теплом купе, и другое — переться в пасть к зверю. Если, конечно, он там есть.

Она приткнула Вику на скамейку в соседнем дворе.

— Сиди тут и не рыпайся.

Та вскинулась что-то сказать.

— Не рыпайся, я сказала. И не ссы.

Грубые окрики люди, как ни странно, понимают лучше, чем уговоры и даже самые убедительные убеждения.

Вика примерзла к скамейке и больше не произнесла ни слова.

О ключе от квартиры Нонна вспомнила, лишь поднявшись на четвертый этаж. Ей неожиданно стало смешно. Выстроила безупречную логическую схему, а сломалась на ерунде. Умница, ничего не скажешь.

На звонок в дверь, понятно, никто не отозвался. Прислонившись к стене, она постояла немного и стала спускаться.

— Вы Нонна?

Она настолько не ожидала это услышать, что чуть не полетела с лестницы кувырком.

В проеме открытой двери напротив квартиры