Смертельные ловушки - Кэй Клевер Стрэхен

мухи, а третьих похищают? Но я испугана не так, как остальные. Я боюсь, что этот дьявол в человеческом обличье все еще на свободе, и он может вернуться, чтобы снова стрелять и убивать…

– Ох, Коротышка…

– Да, и я думаю, что он уже возвращался, и ничто не сможет переубедить меня. Я думаю, что он имел какое-то отношение к гибели несчастного мистера Тедлоу, это произошло всего несколько месяцев назад. Это же очевидно: тот же самый дом, та же комната и так далее. Запомни мои слова. В соседнем доме есть нечто, что кто-то пытается заполучить. Знаешь, Базз, как в «Летучей мыши».[13] Там, наверное, полно тайных ходов и тому подобного. И все выглядит так, что он начал с того дома, но неизвестно, чем все закончится. Вот чего я боюсь. Но я вовсе не боюсь ни своих родных, ни закона, ни того, что суть всего этого ужаса будет разоблачена.

– В самом деле, – поддержал ее мистер Лаки, но как-то без энтузиазма.

– Разве я этого не знала? Но, Папуля, ты не поверишь, если я расскажу обо всех намеках, которые делались в этой комнате с тех пор, как я виделась с тобой в прошлый раз.

Я говорила с Эймосом. «Эймос, – сказала я, – мне кажется странным, как все воспринимают твои домашние. Я достаточно давно живу здесь, с вами; я прикована к постели уже пять недель, и я знаю: Боб не стрелял в Джералда и не травил соседей. Да и никто из вас этого не делал. Я знаю это. Точно так же я знаю, что вчера вечером Папуля не прятал оружие в кустах, и что…». Ив, что это у тебя за смех?

– Ничего, – Ив перевела взгляд с мистера Лаки на свои руки.

– Ну, ты улыбалась так, будто много знаешь об этом своем «ничего». Базз, разве не так?

Мистер Лаки выпрямился и втянул шею в воротник.

– Да, Коротышка, она улыбалась. Да. Дело в том, что вчера вечером я вышвырнул во двор тот чертов пистолет.

Фелисии потребовалось две секунды, чтобы все обдумать, а затем она безучастно спросила:

– Дорогой, как же так получилось?

Мистер Лаки вопросительно взглянул на Ив, но та прикусила губу и уставилась в потолок.

– Ив, Папуля предпочел бы, чтобы обо всем рассказала ты, – заметила Фелисия.

Ив встала и одернула блузку на спине.

– Сегодня я не в настроении что-то объяснять, – сказала она и вышла из комнаты.

Фелисия сделала круглые глаза, дернула плечом и уголком рта – с таким видом, словно они с мистером Лаки противостояли всему миру.

– Дорогой, я думала, что она никогда не оставит нас наедине. Она считает, что Боб стрелял в Джералда. Как тебе такая жена?

Глава XIX

Не вставая со стула, мистер Лаки придвинул его поближе к постели.

– Коротышка, – начал он, – я бы предпочел, чтобы ты не…

– Папуля, я же спросила тебя: можешь себе представить такую жену?

– Ну, конечно. Вчера вечером Ив нашла на террасе один из пистолетов – сразу после того, как в Джералда стреляли. Она подумала, (и, наверное, все еще думает), что Боб спрятал его под ковром после того, как… стрелял из него.

– Но разве это не глупо? И если она захотела избавиться от этой мерзости, то почему не выбросила его сама, а перепоручила это тебе?

– Как ты знаешь…

– Ну, конечно. Это как сложить два и два. Если у тебя оказался старый пистолет, значит, кто-то его дал тебе, не так ли? Да, и потом кто-то дал тебе еще один?

– Лгут. Газеты лгут, – вздохнул мистер Лаки. – Там был и второй пистолет, но я его не касался. Он лежал на полу – под желтым абажуром. Джастин сказал, что позаботится о нем. А после началась история с Вирнегами. Но тогда никто и не предполагал, что я имею к этому какое-либо отношение.

– И лучше бы им этого не делать, – свирепо прокомментировала Фелисия. – Должна сказать, что пол – отличное место для абажура. Но, дорогой, как бы то ни было, теперь, когда ты пришел, и я начала узнавать правду, мне стало спокойнее. Кажется, не так уж сложно сказать, что происходит. Ручаюсь, что пистолеты, спрятанные везде, где угодно: под коврами, абажурами и так далее, – превратили дом в смертельную ловушку. Припомни мои слова, Базз, в дом недавно кто-то приходил. Скажем, телефонный мастер или кто-то подобный. Конечно, это была лишь маскировка. Он и разбросал повсюду оружие. Это ясно как день. Так что когда убийца явился сюда, он мог схватить первый подвернувшийся под руку пистолет – из ближайшего тайника. А после сбежать. Нам повезло, что все мы не оказались убиты, как, должно быть, и планировалось – просто что-то пошло не так. Но он вернутся; они всегда возвращаются, и…

– Постой, дорогая. Полегче. Знаешь, что ты делаешь? Ты взвинчиваешь себя. И это то, чего я боюсь. Позволяешь воображению взять верх. Но это не рассказ в журнале и не пьеса в театре.

– Папуля, жизнь причудливее вымысла.

– Да, знаю. Но, Коротышка, я имел в виду, что мы не хотим накручивать себя. Метаться в испуге и давать волю воображению. Нет. В подобных случаях надо действовать обдуманно.

– Обдуманно или нет, но вчера это произошло. Едва не погубивший нашего племянника выстрел не был игрой воображения. Так что ты не можешь сказать, что я накручиваю себя. Да и никто излишне себя не накручивает. Нужно, чтобы кто-то поспешил отыскать остальные спрятанные пистолеты. В телефонной книге есть целый список детективных агентств, и…

– Фелисия, – мистер Лаки протестующе поднял руку, – я не хочу больше слышать, как ты произносишь это слово. Оно оскверняет твои уста. Детективы! Учитывая твою прежде беззаботную жизнь, ты и не представляешь, о чем говоришь!

– Почему же?

– Детективы. Худшие представители человеческого рода.

– Фу! – перебила его Фелисия.

– Мамуля, – мистер Лаки подался вперед, втягивая шею в воротник. – Этот вопрос меня глубоко волнует. И у меня есть собственное мнение о нем. Ты о детективах ничего не знаешь. А я знаю. Я знаю о них все. Все! И я попрошу тебя выбросить из головы идею нанять детективов. Я вполне согласен с тобой – нужно добраться до сути событий. Привести хаос в порядок. Я хочу, чтобы все прояснилось. Я намереваюсь очистить от позора наши добрые имена, добиться справедливости и так далее. Но я собираюсь сделать все это собственноручно. И в юности, и в зрелом возрасте моим девизом всегда было: «Если хочешь сделать что-то хорошо, то сделай это сам».

– Возможно, хотя вот