Что скрывает прилив - Сара Крауч

– Вы еще здесь, шериф?

– Ага.

– Вот, нашла. Критик из «Таймс» счел сюжет неправдоподобным и заключил, что читатель не сможет в него поверить. Элайджа был из тех, кто следит за всеми откликами – и хвалебными, и критическими, – поэтому я позвонила и зачитала ему рецензию. Это самая отвратительная часть моей работы. Чего только я не выслушивала от рассерженных клиентов! Но Элайджа был вне себя. Прямо кипел. Могу его понять: он работал в поте лица и верил, что достоин успеха. Прочитать вам?

– Давайте, – сказал Джим.

Джини прокашлялась.

– При всей уникальности места действия и убедительности голоса рассказчика, «Приливу» недостает динамичности, а Лит требует от своего читателя слишком многого – способности поверить неправдоподобному. Разбросанные по тексту намеки заслуживают более изящной концовки. Но, пожалуй, самый проблематичный аспект этого образца современной прозы состоит в том, что ни один даже самый изощренный убийца не способен провернуть такое преступление.

Джим слегка выпрямился.

– Не могли бы вы повторить последнее предложение?

Джини медленно зачитала: «Пожалуй, самый проблематичный аспект этого образца современной прозы состоит в том, что ни один даже самый изощренный убийца не способен провернуть такое преступление».

– И как он на это отреагировал? – Джим крепче сжал трубку. – Вы не помните, что он сказал?

Джини усмехнулась.

– Я помню все звонки, которые заканчиваются бросанием трубки. Последние его слова были: «это возможно. Возможно все».

– Благодарю вас, мисс Дэвин, – сказал Джим. – Вы мне здорово помогли.

* * *

Утренний кофе стоял нетронутым на столе, пока Джим строчил в блокноте. Он проспал всего пять часов, мысли крутились вокруг романа Элайджи и новостей, которые сообщила ему по телефону Джини. Надо бы позвонить Джереми и обсудить план действий. Словно в ответ на его мысль в коридоре послышались шаги, и на пороге кабинета возник помощник шерифа.

– С Рождеством. – Он бросил на стол пару серебристых ключей на кольце.

Джим приподнял кольцо за бирку с пометкой «Металлоизделия Пойнт-Орчардс» и внимательно изучил блестящие новенькие ключи.

– Что это?

– Дубликаты ключей от дома доктора Лэндри.

– Дубликаты? – Шериф пригляделся. – Но как? У нас и оригинальных-то нет.

– Мне позвонила Стефани из агентства недвижимости «Пьюджет-Риэлти» и сказала, что у нее есть. Прознала, что мы расследуем убийство, и захотела помочь.

Джим встал из-за стола.

– Иными словами, лучшая подружка Делла выболтала.

– Отдала ключи с условием, что мы будем держать ее в курсе, – признался Джереми.

Джим сунул кольцо в карман.

– И все-таки: откуда они у Стефани?

– Эрин, как выяснилось, подумывала выставить дом на продажу и найти себе что-нибудь поменьше, раз уж она живет одна. Думаю, ей там все напоминало о прошлом. В общем, в прошлом месяце она отдала комплект ключей Стефани.

Джим потянулся за курткой.

– Ну и отлично – не нужно будет разбивать окно. Поехали.

Температура опять колебалась в районе нуля, и шериф с помощником потрусили по автомобильной стоянке. Джим со всей силы дернул дверцу патрульной машины, разбив наледь, и нырнул внутрь. По дороге он пересказал Джереми вчерашнюю беседу с агентом.

– Это, по-вашему, весомый мотив для убийства? – фыркнул Джереми. – Только потому, что какой-то там критик решил, что преступление невозможно совершить?

– Выводы делать рано, – признал Джим. – Но все указывает на такую возможность.

Дорогу посыпали солью, и полицейские добрались без приключений.

– Что конкретно будем искать? – спросил Джереми, когда они свернули на подъездную дорожку и припарковались перед гаражом.

– Например, машину. Кошелек, адресную книжку, список встреч, все в таком духе. Мне нужны имена всех, с кем она виделась в последние недели, – хорошо бы еще знать, с какой целью. Не пропускай ни одной мелочи и, если что, беги ко мне.

– Тогда за дело, – сказал Джереми, отстегивая ремень, и Джим протянул ему ключи.

– Ты начинай, я подойду.

Взбежав по ступенькам, Джереми исчез в доме. Джим достал из ящичка пачку сигарет и щелкнул зажигалкой. Обычно он позволял себе одну сигарету в неделю, но сейчас велик был соблазн увеличить норму до пятидесяти. Когда воздух в салоне остыл, Джим вылез из машины и зашагал в сторону дома.

Вдруг в дверном проеме появился Джереми.

– Кое-что есть!

Джим, глубоко затянувшись, выпустил струю дыма.

– И что же?

– Календарь на холодильнике. Три дня зачеркнуты: 29, 30 и 31 декабря. И приписка: «Приезжает М».

Джим кивнул.

– Тогда нам нужно…

– Позвонить в аэропорт Сиэтл/Такома и узнать, улетел ли он 31-го? – договорил за него Джереми. – Я все сделаю.

Джим кивнул и помахал ему сигаретой.

– Отлично. Я закончу и догоню.

Затянувшись, он прошел во дворик и окинул взглядом лужайку. Росшие вдоль ограды кусты гортензии нуждались в обрезке. Побуревшие головки уныло поникли, на сухих листьях, будто в ладонях, покоились горстки снега. Еще одна глубокая затяжка – и Джим выпустил дым через нос, наслаждаясь свежим ледяным воздухом, прежде чем направиться в дом, где придется столкнуться неизвестно с чем.

И тут еле слышно – не раздайся скрип соли по асфальту, он бы и не заметил – мимо дома на низкой скорости проехала машина. Бросив окурок на землю и придавив его сапогом, Джим помчался обратно к крыльцу и успел заметить сворачивающий за угол блестящий синий «камаро».

16

8 августа 1991 года

Элайджа подскочил в постели, освещенный лунным светом, льющимся через окно. Глянул на электронные часы, растерянно заморгал – три тридцать восемь. Телефон на кухне разрывался, и тут до него дошло: вот от чего он проснулся. Откинув одеяло, Элайджа вышел в темный коридор, в крови билась паника. Никто не звонит в половину четвертого утра, чтобы пожелать хорошего дня.

– Алло?

– Элайджа?

– Да, я.

– Это Эрин Лэндри. Боюсь, тебе надо приехать в больницу как можно скорее, Читто совсем плох – и хочет тебя увидеть.

– Что стряслось? Несчастный случай?

– Все дело в легких. Пару часов назад он поступил с серьезным кровохарканьем. Тут я мало чем могу помочь.

Ноги у Элайджи подкашивались, он привалился к кухонной стойке.

– Хочешь сказать, он умирает?

Эрин отвечала с профессиональным спокойствием.

– Да. Поторопись.

Бросив трубку, Элайджа кинулся в спальню и быстро натянул заготовленную на утро одежду. Не прошло и трех минут, а он, вцепившись в руль, мчался в город так быстро, как только осмеливался. Небольшая клиника находилась в двадцати минутах езды. Закладывая на поворотах крутые виражи, а на прямых участках вдавливая педаль газа, Элайджа пытался переварить происходящее. В голове не укладывалось: как это – Читто умирает? Последний раз они виделись пару дней назад, когда тот, в очередной раз сильно простудившись, вышел на работу, и Элайджа