Рецепты любви и убийства - Салли Эндрю

– Лоуренс? – позвала она.

Детектив Канемайер на мгновение обхватил лоб ладонями, но тут же выпрямился, сошел с крылечка и направился к женщине.

Шакал позвал снова. Долгий и одинокий крик. Но ответа не последовало.

Глава двадцать девятая

Домой я вернулась очень поздно, сильно устала, но заснуть никак не получалось. Жабы в моем саду после дождя распелись, как сумасшедшие. И лягушки в ручье тоже не отставали. За моим домом, ближе к горе, есть небольшой источник и ручей, он течет, когда идет дождь. Но заснуть мне мешали вовсе не лягушки. Мозг мне сверлило совершенно другое. Я не могла выкинуть из головы лежащее на полу тело Лоуренса. И сердитое лицо Канемайера. И красивую женщину, похожую на куду.

И идущего к ней Канемайера.

Я поднялась, приготовила себе чашку горячего молока с медом и корицей, в ночной рубашке села за кухонный стол.

Голова пухла от вопросов.

Кто убийца?

Мартину и Лоуренса убил один и тот же человек?

Мартина пила гранатовый сок с убийцей?

Я взяла ручку и бумагу и стала записывать некоторые свои вопросы:

Почему сумка для покупок не сложена?

Где наша обувь?

Я составила список людей, с которыми надо поговорить. Утром отнесу его на работу, и все обсудим с Джесси и Хэтс. Мы с Джесси договорились приехать пораньше, а Хэтти утром в субботу всегда на месте. В это время она всегда занимается бухгалтерией.

Выплеснув мысли на бумагу, я наконец почувствовала усталость. И пошла спать.

Я легла и прислушалась к настырному брачному крику жаб и к дождю, который пошел снова, увлажняя листья дерева за моим окном. Я вдохнула запах влажной земли и листьев камфоры. Погоди-ка, а ведь сезон гранатов еще не наступил…

Но когда я засыпала, перед моим мысленным взором возник вовсе не гранат, а детектив Хенк Канемайер, в белой рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами спускающийся с крыльца. Но он шел не к женщине, которая зовет по имени погибшего. Он шел ко мне.

Глава тридцатая

На следующее утро я проснулась вместе с птицами и после завтрака поехала в город. Открыв окна своего бакки, я вдохнула свежий воздух. Для разнообразия было приятно и прохладно. Небо после дождя совершенно очистилось, и далеко за холмами виднелись голубые складки Лангеберга. Вельд сиял чистотой и зеленью.

В нашем офисе Джесси уже сидела за своим столом. Покачивая сандалией, висящей на кончиках пальцев ног, она улыбалась сама себе. Увидев меня, она вообще расплылась в улыбке. Глаза ее блестели так ярко, будто их тоже промыл дождь. Поверх майки на ней была хлопчатобумажная рубашка с короткими рукавами. Выцветшего коричневого цвета.

– Танни М., – заговорила она. – Хэтти только что ушла в банк. Я про вчерашнее ей все рассказала.

– Она рассердилась?

– Не-а. Скорее, встревожилась.

– В отличие от тебя, – заметила я.

Она не ответила, только погладила своего геккона. Рубашка была ей велика – явно мужская. Она откашлялась и начала печатать на компьютере. Я похлопала по письмам на своем столе.

– Займусь почтой, пока Хэтти не вернется, – сообщила я.

Я приготовила для нас по чашке кофе и сухарику, потом принялась за работу. Закончила письмо и рецепт фрикаделек для Марко с его голубыми тарелочками, а потом взяла стопку новых писем. Я узнала коричневый конверт, хотя на этот раз жирных пятен от пальцев автослесаря на нем не было.

Спасибо, танни Мария,

я молодец! Послал сообщение, как вы посоветовали. Пришлось купить себе сотовый. Но есть недорогие, всего за 140 рэндов. Поэтому я купил два. Один для Люсии. Я попросил знакомого передать ей телефон, и мы отправили 15 сообщений в обе стороны и только потом встретились. Пошли в кино и посмотрели «Как на небесах». Мне понравилось, хотя я не все понял. А когда пошла грустная часть, ее затрясло, будто мотор разладился. Я приобнял ее, и сначала она дрожала, будто у нее не заводился стартер, но потом успокоилась и перестала плакать, а я обнял ее покрепче.

Потом зашли в кафе, съели бургеры с салатом, я почти ничего не говорил, а она съела несколько чипсов с моей тарелки, и мы под столом держались за руки.

Мы не поцеловались на прощание, но она подарила мне такую улыбку, что мое сердце забилось, как движок на спортивной тачке. Из дома она написала мне сообщение, и мы не спали допоздна, все переписывались. Еще хочу сказать вам спасибо за яйцо. Я вас отлично понял, ведь если в радиатор налить холодную воду, когда двигатель горячий, то может треснуть картер. Может, подскажете еще что-нибудь простое, раз уж я теперь знаю, как сварить яйцо.

Я ответила:

Дорогой Карел,

отличная работа! Предлагаю освоить гренки по-валлийски. На самом деле, ничего сложного. Это просто сырный соус. Получается вкуснятина, если полить им нарезанное ломтиками вареное яйцо на тосте.

В «Пармалате» сейчас есть выдержанный сыр «гауда», из него получится отличный соус.

Я дала ему любимый рецепт отца, с пивом и горчицей. Тут подъехала Хэтти. Когда парковалась, так газанула, будто сидела за рулем «харлей-дэвидсона». Мы прислушались – будет ли удар? Но на сей раз обошлось.

Она появилась в дверях и глянула на меня, плотно сжав губы.

– Ну вы даете! – сказала она наконец. – Это же надо! Вы едва не погибли.

Она подошла и обняла меня.

– Ладно, – сказала Джесси. – Давайте запишем все, что нам известно.

У нас есть большая белая доска, иногда мы на ней пишем какие-то списки, планы. Джесси протерла ее тряпкой. Рот Хэтти несколько раз открылся и закрылся, но останавливать Джесси она не стала. Та поделила доску на две колонки, одну озаглавила «преступления», другую – «улики». В первой колонке она написала: «убийство Мартины» и «убийство Лоуренса».

– Вот, – сказала я, протягивая Джесси свой список, сделанный накануне вечером. – Тут вопросы, на которые нам нужны ответы, и люди, с которыми стоит поговорить.

Она добавила еще одну колонку: «вопросы». А потом еще одну: «люди».

Я включила чайник.

– Придержите коней, девочки, – сказала Хэтти. – Надеюсь, вы шутите.

– Чай? – спросила я у Хэтти.

Джесси переписывала на доску мой список.

– Это начинает дурно пахнуть, – встревожилась Хэтти.

– С каких пор журналистов пугает дурной запах? – спросила Джесси.

– Два убийства! Это работа для полиции, – сказала Хэтти.

– Мы можем им помочь, – вставила я. – Надо сотрудничать друг с другом.

– Вздор, – отрезала Хэтти. – Джесси сказала мне, что