Маска тишины - Наталья Николаевна Тимошенко

Стефан помог выбраться Лине, следом из дыры показался и Дэн.

— Ну что, посмотрели на скелетики? — хмыкнул он. — Где теперь будем призраков искать?

— Вернемся к беседке? — предложила Лу.

— Пока будем ходить туда-сюда, рассветет, и ничего мы не увидим.

— А который сейчас час?

Лина первой вытащила телефон из кармана, но не успела даже экран зажечь, как вдруг вскрикнула и отшвырнула телефон в сторону. Дорогой айфон ударился о камни, отлетел в сторону и замер у стены.

— Лина! — Стефан мгновенно оказался возле нее. — Все в порядке?

Лина уткнулась лицом в его шею. Плечи ее вздрагивали, будто она плакала. Пока Стефан осторожно гладил ее по спине, Дэн и Лу непонимающе переглянулись, а потом вопросительно посмотрели на Стефана, но тот лишь едва заметно мотнул головой. Лу шагнула к телефону, подняла его, заглянула в темный экран. К счастью, тот даже не треснул. Но, что именно в нем так напугало Лину, она не понимала.

— Что случилось? — наконец тихо спросил Стефан.

Лина покачала головой, крепче вцепившись в его свитер, а потом едва слышно произнесла:

— Я не могу так больше.

— Это началось после истории с зеркалом?

Лина едва заметно кивнула. А Лу вспомнила, как Ангелина отпрыгнула сегодня от зеркала в комнате, как спрашивала, не видит ли Лу чего-то особенного после истории с Ордынским.

— Ты что-то видишь после того, как вернулась? — догадалась Лу.

Снова кивок.

— Что именно? — спросила Стефан. — Что ты видишь?

— Я… не знаю. Думаю… думаю, я вижу там призраков…

Глава 13

Это началось сразу после того, как Лина пришла в себя в старом особняке на Васильевском острове. Точнее, в тот момент вокруг происходило слишком много странного, и она сама еще не до конца понимала, где она и что тут делает. А вот уже оказавшись в отеле и как следует отдохнув, увидела это.

Лина тогда вышла из душа, и в запотевшем от пара зеркале ей показалось, что за спиной кто-то стоит. Она быстро протерла стекло, но позади уже никого не было. Списала на усталость и общее перенапряжение. Тем более после возвращения в Москву все прекратилось. Но ненадолго.

Второй раз она увидела тень за своей спиной на работе. Выдалось сложное дежурство, и, когда Лина под утро зашла в туалет, чтобы умыться, в зеркале снова кто-то стоял. Но и тогда она объяснила все усталостью и стрессом.

Однако со временем это стало случаться чаще. Лина что-то видела в зеркалах, в отражениях витрин на улице, в окнах поезда метро. Сначала не понимала, что это, думала, что сходит с ума. Первая догадка посетила ее, когда она увидела окровавленную девушку в окне магазина на Тверской. Обычно Лина сразу отворачивалась, но в тот момент что-то заставило ее задержать взгляд на девушке. Быть может, она просто не сразу поняла, что девушки не существует, слишком реальной та казалась. Высокая блондинка, молодая, красивая. Одета как большинство людей вокруг: джинсы, яркая футболка, длинный кардиган. Только вот на футболке расплывалось красное пятно, голова тоже казалась разбитой, волосы на виске слиплись от крови. И только когда сквозь девушку прошел человек, Лина вздрогнула и обернулась. За ней никого не было. Точнее, люди спешили по своим делам, но никакой девушки с разбитой головой не было. Лина поспешила дальше и, едва завернув за угол, увидела толпу. Сразу поняла, что кого-то сбила машина. Профессиональная этика не позволила пройти мимо, и несколько секунд спустя, растолкав зевак, она увидела ту самую девушку в яркой футболке. И еще до того, как подошла к ней, Лина уже понимала, что девушка мертва.

После этого она пару раз пыталась разглядывать тех, кого видела. Иногда они были похожи на настоящих людей, иногда заметны были лишь тени. Но каждый раз Лина чувствовала, как собственное сердце при этом бьется в истерике от ужаса, и быстро разрывала зрительный контакт.

И вот сейчас, стоя за тридевять земель от дома, ночью, в старом полуразрушенном склепе, она вываливала все это на Стефана, который десятки раз уже пытался выяснить, что происходит, и двух малознакомых людей. Наверное, в глубине души Лина боялась, что они посмеются над ней, может быть, отправят к психиатру. Скажут, что она просто впечатлительная барышня, столкнувшаяся с аномальным и потому немного поехавшая крышей. Потому что вот же Лу, которая тоже была с ней в том зазеркалье, но живет себе нормально, ничего такого не видит.

Однако никто не смеялся. Все смотрели на нее серьезно, даже Дэн не отпустил ни одной глупой шуточки. В глазах Стефана — искреннее сочувствие. У Лу скорее интерес, но тоже не насмешка.

— Почему ты молчала все это время? — спросил Стефан. — Я ведь спрашивал.

Лине нечего было на это ответить. Он действительно спрашивал. Много раз. Но Лина привыкла справляться со своими проблемами самостоятельно, быть поддержкой и опорой, а не наоборот. Правда, в этот раз она скорее бежала от проблем, а вовсе не справлялась с ними.

— А ты бы сказал? — только и спросила она. — Сказал бы о таком кому-то? Ты три года молчал…

Она оборвала себя. Ни Лу, ни Дэн понятия не имели, зачем Стефан ищет все эти артефакты: сначала зеркало, теперь маску. Знали только она и Крис. На лице Стефана не дрогнул ни один мускул, но Лина точно знала: он недоволен ее оговоркой, за которую тут же ухватилась Лу:

— О чем это ты молчал три года, профессор?

— Ни о чем, — оборвал ее Стефан, и прежде, чем Лина успела бы придумать, как исправить свою оплошность, на помощь пришел Дэн:

— Значит, и сейчас ты что-то увидела в отражении телефона?

— Да, — кивнула Лина. И вдруг сделала то, чего сама испугалась: — Дай мне телефон.

Может быть, пришла пора перестать бегать от себя самой? Да, возможно, темный разрушенный склеп — не идеальное место, чтобы проверять собственную смелость, но рядом с ней люди, которые ей верят. Которые не посмеялись над ней. А значит, лучшего места и времени просто не будет.

Лу медленно, будто сомневаясь, протянула ей айфон. Лина взяла его осторожно, мысленно собираясь с силами. Почувствовала, как ее плеча коснулся Стефан, легонько погладил через тонкую кофту. Затем поднесла телефон к лицу и повернула темным экраном к себе. Несколько секунд пришлось осторожно водить телефоном из стороны в сторону, всматриваясь в него. Но, как бы