Психология убийства - Марина Серова

— Ладно, полощи свое горлышко, лечись и выздоравливай, — сказала я.

— Спасибо, — поблагодарил меня вежливый ребенок.

Я отошла от квартиры, в которой находилась больная девочка, и подошла к двери напротив. Только я хотела нажать на кнопку звонка, как за дверью раздались громкие и раздраженные голоса.

— Лариса, ты все не так поняла! — буквально проорал мужской голос. — Это не то, что ты подумала!

— Не то, что я подумала?! А что я могла подумать, когда увидела, как ты нашел утешение в объятиях своей секретутки?

— Да не искал я никакого утешения! Она сама ко мне приставала! А я мужик! Это даже изменой назвать нельзя!

— Да пошел ты… Ты уже со всеми бабами из бухгалтерии флиртуешь, а с кадровичкой и того хуже! Я все знаю, мне все рассказали! Убери от меня свои грязные руки!

Понятно, что эти соседи мне ничего не скажут о том, когда можно застать Зинаиду Конобеевскую, им сейчас ни до чего.

Я отошла от входной двери, за которой бушевала обиженная на свою соперницу женщина.

Осталась еще одна квартира, еще одна попытка. Я позвонила. Потом еще раз. Подождала. Прошло несколько минут. Наконец, приняв решение больше не ждать, я уже повернулась, чтобы спуститься вниз, но тут услышала за дверью чьи-то медленные и осторожные шаги.

— Кто вы и что вам нужно? — раздался голос.

Понять, кому он принадлежит, мужчине или женщине, было трудно. Но однозначно это был пожилой человек.

— Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив. Мне необходимо поговорить с вашей соседкой Зинаидой Николаевной Конобеевской, но ее, скорее всего, нет дома. Будьте добры, откройте вашу дверь, — попросила я.

Послышался лязг замков, дверь медленно и со скрипом открылась, и на пороге показалась маленькая сухонькая старушка в байковом теплом халате.

— Это вы, что ли, сейчас звонили ко мне? — спросила старушка.

— Да, я. Скажите, когда можно застать вашу соседку Зинаиду Николаевну Конобеевскую? — спросила я.

— Проходите, милочка, — не отвечая на мой вопрос, пригласила пожилая женщина.

Она повернулась и пошла в глубь квартиры по длинному коридору, а я последовала за ней. Хозяйка привела меня в гостиную, обставленную мебелью еще советского производства. В гостиной стояли книжный шкаф, стеллажи для книг, диван-раскладушка, а также полированный раскладной стол, четыре стула около него и кресло-качалка.

— Садитесь куда хотите, — предложила старушка.

Я села на диван, застеленный клетчатым пледом. Старушка устроилась на одном из стульев.

— Скажите, как к вам можно обращаться? — спросила я.

— А? Чего? — спросила пожилая женщина.

Возможно, что она глуховата, а может быть, просто не поняла моего вопроса. Тогда я решила просто спросить ее имя-отчество.

— Скажите, как вас зовут? — задала я вопрос.

— Меня-то? Клавдия Яковлевна я, — ответила женщина.

— Клавдия Яковлевна, мне нужно задать вам несколько вопросов, — начала я.

— Да задавайте, милочка, если знаю ответы, то скажу, ничего не утаю.

— Я — частный детектив. Так вот, скажите… — начала я, но Клавдия Яковлевна меня перебила:

— Ой, а удостоверение личности у вас есть, милочка?

— Эм… вам нужен мой паспорт или разрешение частного детектива? — уточнила я.

— Да все одно, — махнула рукой Клавдия Яковлевна.

— Ладно, хорошо, сейчас.

Я вытащила из сумки свою лицензию и подала ее пожилой женщине.

— Ой, так я же все равно не смогу ее прочитать, мне к очкам лупа требуется. Ладно, поверю вам. Хотя сейчас столько мошенников развелось! Все норовят бедных пенсионеров обмануть!

— Я вас не обману, Клавдия Яковлевна, — пообещала я и добавила: — Хорошо, что вы такая бдительная.

— Да, да, — закивала Клавдия Яковлевна, — только вот кошечку свою я прошляпила. Ах, она опять, наверное, убежала на улицу. Может, вы ее видели?

— Нет, вашу кошечку я не видела. А вы не знаете, где сейчас может быть Зинаида Николаевна Конобеевская? Она ведь проживает в соседней с вами квартире? — спросила я.

— Да, но сейчас она здесь не живет, — ответила Клавдия Яковлевна.

— Вот как?

— Да, живет Зиночка сейчас в другом месте. И я никак не пойму, почему она связалась с таким подозрительным типом…

— А кого вы имеете в виду? — спросила я.

— Да ее сожителя Георгия. У него Зиночка живет, у него. А свою квартиру сдает одной девушке, Ниночке. Очень приличная барышня, я вам доложу. Такая вежливая, внимательная, обходительная. Всегда поздоровается, спросит, как здоровье, не нужно ли чего в магазине купить или в аптеке. И всегда сумки донесет, если встретит. И дочка у нее тоже вежливая такая. А…

— Скажите, а где живет Георгий, вы знаете его адрес? — перебила я.

— Нет, увы, не знаю. Зиночка как сошлась с ним, так и дорогу сюда забыла. Ниночка сказала, что они договорились, что она будет квартплату ей на какую-то там карту переводить. Так что Зиночке и нет нужды сюда, значит, приходить. Но а как же соседские отношения, я вас спрошу? Мы же с Зиночкой долгие годы жили бок о бок, сроднились. Я же все про нее знала, она всем со мной делилась. Она ведь сирота, ну то есть родители у нее давно уже умерли, ни братьев, ни сестер у нее нет. Замуж вышла, детей тоже не нажили, так уж получилось, чего уж. Зато муж ее… Бывало, прибежит Зиночка ко мне, начнет рассказывать, как ее муж опять напился, опять дебоширит. Я уж ее успокаивала, убеждала разойтись с ним, с супостатом таким. Да не пришлось ей в загс идти разводиться, муженек как-то так напился — а дело зимой было, — что и замерз насмерть. Зиночка, слава богу, вздохнула спокойно. А тут этот Георгий откуда ни возьмись взялся. Правда, он не пьющий. Вот чего нет, того нет. Вроде и выглядит солидно, а вот чует мое сердце, что что-то тут нечисто. Ой, как бы Зиночка не попала из огня да в полымя. То есть от мужа своего алкоголика, пропойцы она избавилась, а что Георгий ей преподнесет — одному богу известно.

— Но вы только что сказали, что он положительный, — заметила я.

— Да вроде как положительный, подарки вот дарит Зиночке, не пьет, не бьет и даже не ругается. Зиночка теперь деньги от квартирантки на книжку складывает, все-таки прибыток какой-никакой. А вот… чует мое сердце, что что-то такое, ох…

Клавдия Яковлевна покачала головой.

— Может быть, вы знаете телефон Зинаиды? — с надеждой спросила я.

— Телефон? Нет, не знаю. Да и зачем мне его знать? Сейчас с телефоном просто страшно связываться, столько мошенников развелось, ужас! Вот моя знакомая, Михална, нарвалась на мошенников, едва без денег не осталась.