Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Привет, Тор, – сказала Натали. – Какой большой ты стал.

Ей захотелось ущипнуть его за щеку, но это было бы слишком.

Тор жестом пригласил ее следовать за ним. Они молча пошли по знакомому коридору к двери отцовского кабинета. Здесь Тор остановился и поджал губы.

– Он сегодня как будто немного не в себе. Если что-нибудь выяснишь на этот счет, можешь сказать мне. Со мной он, похоже, больше не разговаривает.

Подавив смешок, она постучала в дверь и вошла. Отец за столом читал самую толстую папку из всех, какие только Натали видела в жизни.

Заваленный бумагами стол – как это на него не похоже. Дома на столе в его кабинете не могло лежать больше двух бумаг одновременно. Но со вчерашнего вечера отец изменился.

Натали почувствовала ком в желудке.

– Привет, Натти! – он поднял глаза от папки. – Я тут кое о чем переговорил с твоей матерью. Думаю, было бы хорошо, если бы ты пожила у нее некоторое время.

– Э… что? – Натали застыла на месте. – Неожиданно как-то… Это чередоваться, да? Неделя через неделю, что-то вроде того? Не уверена, что хочу этого. Нам с тобой неплохо вдвоем, или как?

– Я не имел в виду чередоваться. Ты переедешь к ней насовсем, прямо сейчас. Сразу, как только это можно будет организовать. Зачем ждать, если это хорошая идея, верно?

Отец попытался улыбнуться, но вышло неубедительно.

– Вам нужно подольше побыть вместе, – продолжал он, откидываясь на спинку кресла. – Наверное, было бы неплохо отпраздновать с ней Рождество. А может, и Новый год… как тебе?

Натали уставилась на отца. Рубашка мятая, такого с ним раньше не случалось. Волосы нечесаны.

– Папа, в чем дело? Что произошло?

– Произошло? Ровным счетом ничего. Просто я… немного переутомился.

Ясное дело, он лжет. Но Натали не собиралась давить на отца. Кроме того, в чем-то он прав. За последние несколько месяцев Натали сблизилась с матерью и стала понимать, что та ей… скорее нравится. Странная, конечно. Но это лучше, чем скучная.

Мысль о том, чтобы жить с ней, все еще вызывала головокружение. Это был невероятно большой шаг, на который надо решиться. И все-таки, как сказал папа, возможно, было бы неплохо провести некоторое время с Миной.

Мама.

Почему бы и нет?

– Посмотрим, – неуверенно ответила Натали.

– Ну вот и отлично. Так, может, прямо сейчас к ней и поедешь? Я уже звонил Мине, сказал, что ты в пути.

Он посмотрел на наручные часы.

– Вообще-то, она уже тебя ждет. Я дам адрес.

– Большое спасибо за предоставленную возможность самой решать за себя.

Натали недовольно скривилась. Какая-то ее часть хотела протестовать, возмущаться. Отец все всегда решал сам, не интересуясь ее мнением. С другой стороны, любопытно взглянуть, как живет Мина. В конце концов, кому, как не Натали, выбирать, возмущаться или соглашаться?

– Хорошо. У меня как раз выдалась свободная минутка.

Натали взяла со стола прямоугольный кусочек плотной бумаги и записала адрес, который продиктовал отец. Сунула в карман.

– Всего один вопрос, прежде чем я поеду домой собирать вещи. Зачем было вызывать меня сюда? Ты ведь уже все решил. Мог бы просто написать мне.

Некоторое время отец смотрел на нее, не отвечая. Потом несколько раз моргнул и провел ладонью по глазам.

– Я просто хотел тебя увидеть. Кто знает, сколько раз еще я смогу это сделать. Ты растешь…

Натали хотела было сострить, что уже слышит на заднем фоне сентиментальную музыку, как в кино. Но поведение отца действительно ее беспокоило. Она помнила, каким он бывал обычно, когда переутомлялся. Здесь явно что-то другое, но Натали даже не догадывалась, что это может быть. Наверное, им действительно будет лучше расстаться на некоторое время.

– Не обижай Тора, – напутствовала она, открывая дверь. – Думаю, ему стоит купить резиновое кольцо для зубов… что-то вроде того.

Ребекка на кухне изучала настенный календарь, который Винсент повесил над кофемашиной, и морщила лоб. Каждый месяц был проиллюстрирован – не котиками и даже не умными изречениями, а математическими задачами и головоломками.

Винсент остановился позади Ребекки. Декабрь. Теорема Ферма. Жестокая шутка со стороны составителя календаря. Математическим гениям всего мира потребовалось почти триста шестьдесят лет, чтобы доказать ее. Когда Пьер Ферма в тысяча шестьсот тридцать седьмом году впервые поставил эту проблему, он заявил, что решение существует, просто он не записал его вовремя, а потом забыл. Однако доказательство теоремы, появившееся в печати в тысяча девятьсот девяносто пятом году, демонстрировало методы, каких не знала математика семнадцатого века.

Винсент улыбнулся про себя. Он подозревал, что Пьер Ферма просто разыграл научный мир. Математики тоже шутят.

– Хочешь доказать теорему Ферма? – спросил Винсент дочь. – Тогда тебе будет чем заняться на каникулах. Запись доказательства составляет том толщиной с кирпич.

– Хм-м-м… Нет, но это почти неприлично, – вместо ответа заметила Ребекка. – У кого дома на стене висят задачи по математике? Мне этого хватает в школе… Я только хотела спросить тебя, зачем ты обвел 21, 24 и 28 декабря? Тебя не будет в эти дни дома? На Рождество тоже? Ты обещал отвезти меня на вокзал двадцать второго. Не вздумай от этого отказываться.

– Разумеется, я отвезу тебя на вокзал, – Винсент кивнул. – Дени тоже едет кататься на лыжах? Вы ведь собираетесь во Французские Альпы, если не ошибаюсь?

– Я еду с Эдит и Сигрид, – резко возразила Ребекка. – А Дени пусть катится к черту.

Винсент пожал плечами. Уследить за этими качелями невозможно. Выходит, теперь французский парень Ребекки в отставке.

– То есть я должен быть дома на Рождество, а для тебя это не обязательно, – пробормотал он и подмигнул дочери.

Ребекка ответила взглядом, способным испепелить любого отца. Она отрабатывала этот прием последние несколько месяцев, пока Винсент был дома и передвигался на костылях.

– Если серьезно, – быстро поправился Винсент, – это даты обвел не я. Думаю, это сделала Мария.

– Понятно, – вздохнула Ребекка. – В таком случае ты действительно можешь отвезти меня на вокзал.

Ребекка удалилась к себе и закрыла дверь. Винсент подумал о том, что давно не был в ее комнате. Что он найдет там, когда Ребекка уедет? Возможно, мины, подписанные его именем.

Взгляд снова упал на альманах. Как бы то ни было, числа 21, 24 и 28 выбраны неспроста. Винсент сложил их в уме, прежде чем успел остановиться. Получилось 73. Двадцать первое простое число в счетном ряду. Числа 21, 7 и 3 связаны еще тем, что 7, помноженное