Убийство в коттедже Хоторн - Бетти Роулендс

будет ежевика и яблоки из ее сада. Она попробует свои силы в приготовлении ежевичного желе. Несомненно, Ирис даст ей несколько советов. Птицы поселятся в скворечнике, который она уговорила плотника починить и переделать.

Солнце сверкало на латунном дверном молотке свежепокрашенной входной двери и на окнах, на которых все еще виднелись пятна и следы от замазки, оставленные стекольщиками. Еще одна работа, которую строитель обещал выполнить — и не выполнил. Если бы Обри был здесь, им бы не сошло с рук столько всего… но сейчас было не время думать об Обри.

«Привет!» — раздался голос. Айрис перегнулась через садовый забор и помахала пучком зелени. «Только что срезала немного трав. Нет ничего лучше свежих трав. Заходите!» Она указала на белую деревянную калитку и повела их по гравийной дорожке к задней части коттеджа.

«У тебя задний двор намного чище, чем у меня!» — заметила Мелисса, с некоторой завистью оглядывая огороженное белыми стенами пространство. «Строители оставили мне кучу мусора, от которого мне придется избавляться».

«Пусть придут и уберут это», — посоветовала Айрис.

За задней дверью находился небольшой вестибюль из кирпича и стекла, где на полках стояли вымытые цветочные горшки и садовые инструменты. Айрис сбросила грязные туфли и втиснула свои костлявые ноги в деревянные сандалии. На ней все еще было клетчатое платье-сарафан, которое было недостаточно длинным, чтобы скрыть затяжку на колготках.

«Надеюсь, вы не против пройти через кухню», — сказала она.

«Ни за что», — сказала Мелисса. «Сейчас я бы не хотела, чтобы кто-нибудь видел мою кухню». Она повернулась, чтобы закрыть дверь, и пушистый кот проскользнул внутрь как раз вовремя. «О, он твой?»

«Это мой Бинки!» — сказала Айрис детским голосом, когда кот, энергично мурлыкая, обвился вокруг ее ног восьмеркой. «Ну и жадный мальчик, он уже выпил!» Кот посмотрел на нее безэмоциональными желтыми глазами, затем ушел и исчез через приоткрытую дверь, ведущую из кухни. Вернув себе обычный голос и выражение лица, Айрис бросила свой букет трав в дуршлаг и включила кран. «Просто промойте их перед тем, как резать», — объяснила она. «Выпьем перед едой?»

«Спасибо», — сказала Мелисса, с любопытством ожидая, какой напиток ей предложат. Она с интересом и некоторым удивлением оглядела маленькую кухню. Она ожидала увидеть захламленный и немного старомодный интерьер, но, казалось, здесь было все мыслимое современное оборудование и бытовая техника, совершенно новые. Если, как утверждал агент по недвижимости, Айрис — художница, то, похоже, она добьется успеха.

Она, безусловно, знала, как сделать еду привлекательной. На столе стояли тарелки с салатами и ассортимент сыров, разложенных на подносе, все было украшено так, словно готовилось для кулинарной статьи в журнале. Из кипящей кастрюли на плите Aga исходил пряный, аппетитный аромат. Все это выглядело очень многообещающе.

Айрис достала из холодильника тяжелую зеленую бутылку и открыла пробку, в которую была вставлена ​​проволока. Раздался громкий взрыв и поднялась белая пена.

«Шампанское с бузиной!» — гордо воскликнула Айрис, наливая в два бокала. «Вино прошлого сезона — должно быть довольно крепким. Если вы слишком пьяны, чтобы доковылять до дома, можете поспать на диване. За ваше здоровье!» Она сделала большой глоток и потянулась за ножом и разделочной доской.

Мелисса сначала осторожно отпивала, а затем с удовольствием.

«Это нектар!» — воскликнула она. — «Ты сам его приготовил?»

«Конечно. Делаю всевозможные вина. И желе. Ежевику, рябину, шиповник. Живу за счет сада и живых изгородей. Проголодался?»

«Да, скорее всего». Если бы еда была так же хороша, как вино, то и стейка бы не захотелось. Айрис мелко нарезала зелень и щедро посыпала ею салаты. Ее острота соблазнительно смешивалась с паром из кастрюли. Мелисса с энтузиазмом вдохнула аромат. «Пахнет божественно!» — воскликнула она.

«Хорошо. Значит, можно есть?» — Айрис сняла кипящую запеканку с плиты и повела из кухни. «Помоги мне с остальным», — скомандовала она, обернувшись.

В столовой она налила дымящуюся смесь пряных овощей в глиняные миски с коричневым рисом и подала одну Мелиссе.

«Угощайтесь хлебом». Она махнула рукой на плетеную корзину, полную чего-то похожего на окаменелые брюхоногие моллюски. «Я сама пеку», — добавила она. Это был простой, но безвкусный жест.

«Спасибо». Задумавшись, достаточно ли крепки ее зубы, Мелисса разломила одну из булочек. Она была хрустящей и очень вкусной, и ей стало стыдно за свои сомнения. Айрис, может, и была эксцентричной, но готовила она превосходно.

«Вы из Лондона?» — спросила хозяйка, потягивая блюдо.

«Да». Айрис, очевидно, сделала свой вывод по имени и адресу на грузовике для переездов и заинтересовалась своей новой соседкой. Мелисса подозревала, что сейчас ее будут расспрашивать. Возможно, именно шампанское с бузиной побудило ее ответить с необычной откровенностью. «Я всегда мечтала жить за городом, но почему-то все время жила в городах», — объяснила она. «Это мой первый шанс вырваться на свободу».

«Надеюсь, вам здесь понравится».

«Уверен, что так и сделаю. У меня возникло предчувствие насчет этого коттеджа, как только я его увидел».

«Ощущение, что всё вот-вот рухнет?» — Ирис сардонически усмехнулась. — «Я тоже. Раньше боялась, что оно поглотит и это вместе с собой. Какое облегчение, что всё наконец-то закончилось».

«Наверное, вы чувствовали себя довольно одиноко, пока дом пустовал», — прокомментировала Мелисса. «Кстати, кто жил в моем коттедже до меня? Это была женщина по имени Бабс?»

Айрис покачала головой. «Старик, почти отшельник. Умер около девяти месяцев назад. Домик — свинарник, ни одна женщина в нем не стала бы жить. Почему?»

«Сегодня утром позвонил мужчина и подумал, что я Бабс», — повторила Мелисса разговор. «Вероятно, он весь вечер ждал ее. Он звучал довольно рассеянно и не дал мне возможности объяснить свою ошибку».

«Бедняга!» — Айрис на мгновение задумалась, нахмурив брови. — «Джеко прожил там много лет. У него никогда не было телефона. Ещё риса?»

'Спасибо.'

«Салат? Угощайтесь». Айрис переложила тарелки на потрепанном столе с распашными ножками и принесла еще из кухни. Ее проницательный взгляд остановился на левой руке Мелиссы. «Значит, ты вдова?»

«Да». Как обычно, Мелисса на этом остановилась. Никого, кроме неё самой, не касалось, что Гая убили, прежде чем он успел сделать из неё честную женщину — всегда предполагая, что он бы этого хотел, зная, что она беременна. Она никогда по-настоящему не знала Гая, кроме как через его сына. Интенсивность Саймона, его безжалостное стремление к совершенству во всём, что он делал, его приступы раздражительности, чередующиеся с неотразимым обаянием, — всё это она унаследовала от отца. Это она