Колымага семейного счастья - Дарья Донцова

не поленилась привезти ей из Калуги что-то вкусненькое, может, варенье, которое с прошлого года не съели, а оно, постояв в кладовке, только лучше стало. Дома журналистка живо открыла ящик. Внутри, заботливо завернутый в старую фланелевую пеленку, лежал трехлитровый баллон с… песком. Не с сахарным, с обычным. На нем была записка: «Сделай замок». Не понимая, что происходит, Нилова раз десять перечитала послание, потом высыпала песок на стол. В куче нашелся новый листок: «Ломай». Глагол мог относиться только к ящику. Женщина осмотрела его со всех сторон, разбила крышку, потом дно и стенки. И вынула тонкие папки с документами – договорами дарения дома в Подмосковье на имя Любови Драпиной и автомобиля. Там же был номер телефона с припиской: «Он все сделает. Позвони, скажи: “От Фуфы”».

Я посмотрела на Муркина, тот покачал головой.

– Прямо помесь шпионского романа с триллером.

– Но Люба уверяет, что это правда. Мужчина, контакт которого получила Нилова, вопросов задавать не стал. Он дал паспорт на имя Любови Драпиной и велел: «Срочно уезжай из Москвы. Веди себя тихо, незаметно, сиди в доме, не светись. В столицу не таскайся. И не звони Зинаиде! Ни в коем случае! Она ничего не знает. Ее имя использовали, чтобы ты без удивления посылку взяла». Люба считает, что все устроила Башкина, но та захотела себя обезопасить, не сама документ сделала.

Костя потер ладонью лоб.

– М-да. Привлечь к такому делу еще кого-то – не самая умная идея.

Зазвенел внутренний телефон.

– Слушаю, – сказала я.

– Вилочка, солнышко, а где Муркин? – очень ласково произнес вроде знакомый голос.

– Кто его спрашивает? – осведомилась я.

– Не узнала? – рассмеялся баритон. – Богатым стану.

– От всей души желаю вам полного финансового благополучия, но сейчас Константина нет на месте. Скажите, кто вы, он перезвонит.

– Твой коллега, любимая, Веня Быков из третьего отдела, – сообщили из трубки. – Надеюсь, не забыла, что такой человек живет на свете.

– Все передам, – пообещала я, потом положила трубку на стол и посмотрела на Муркина. – Вениамин разыскивает тебя.

– Похоже, Быков тебе не нравится, – рассмеялся Костя.

– Что, так заметно? – насторожилась я. – Я вежливо разговаривала.

– Ну да, ну да… Отойду минут на десять и вернусь. Я обещал мужику кое-что показать. Он неплохой человек.

– Вероятно. Но несколько месяцев назад я пошла в буфет. Иду по коридору, слышу голос Вениамина, он у него зычный. Вещает Быков громко, говорит, что я дура дурой, только сижу, глазами хлопаю, изображаю из себя великого детектива. Из-за меня других специалистов, умных, не берут в Первый отдел, а там самые интересные дела, не кража трусов с бельевой веревки. Но, поскольку я боюсь конкуренции, опасаюсь настоящих профи, на фоне которых я полный ноль, Быкову никогда не попасть туда.

Я взяла бутылку с водой, открутила пробку.

– Если бы мужчина мне в лицо все высказал, то он бы честно, вслух озвучил свою личную позицию, мнение обо мне. Но Вениамин мне улыбается, комплименты отвешивает, в друзья набивается, а за глаза гадостями осыпает.

– Малоприятно, – заметил Костя. – Но я ему уже пообещал помощь с ноутбуком.

– Иди, конечно, – кивнула я.

Костя быстро поднялся, пошел к двери, бросил на ходу «скоро вернусь» и исчез за дверью. Я же направилась к чайнику, стоящему на маленьком столике, и остановилась.

Женщине, которая работает в коллективе, где много мужчин, очень трудно добиться уважения коллег. Если вы думаете, что сплетни, подсиживание и прочие офисные «прелести» буйно цветут только там, где сидят одни бабы, то вы ошибаетесь. Представители сильного пола тоже способны оболгать коллегу, распустить слухи, и многие из них испытывают острый припадок зависти, если кто-то из соседей по кабинету поднимается на ступеньку выше. Почти все парни считают себя уникальными, достойными лавровых венков и больших окладов. Но когда все это достается коллеге, «обиженный», стоя у писсуара, принимается долго говорить тем, кто находится вместе с ним, что его не ценят, продвигают исключительно своих. Половая принадлежность тут ни при чем. Умные, хорошо воспитанные, знающие себе цену женщины и мужчины никогда не захотят никому делать гадости. Почему? Потому что они умные, хорошо воспитанные и знают себе цену. Если они понимают, что тут продвигают лишь тех, кто подлизывается к начальству, то просто сменят место работы, найдут такое, где их оценят по достоинству.

Я хотела включить чайник, но тут мой телефон, который лежал на столе, издал тихий звук – прилетело сообщение. Рука схватила мобильный. Что-то показалось странным. Экран вспыхнул, и я увидела сообщение, украшенное смайликами: «С днюхой! Живи долго! Здоровья, радости и денег побольше! Очень хочу, чтобы кто-то, кроме меня, тоже вспомнил сегодня про твой д. р., накрыл поляну, подарил наконец второй телефон! Ты, жадина, никак его не купишь сам! Жаль, я далеко, но когда-нибудь вернусь. Не забывай меня, пиши! Т. К.» Лишь дочитав сообщение, я сообразила, что сейчас держу телефон Муркина и стою возле его стола. Вот почему мне показалось, что что-то не так. Конечно, не так! Схватила чужой телефон!

Значит, у Кости сегодня день рождения, а он молчит. Похоже, у Муркина почти нет друзей. Мой телефон в день рождения переполняется открытками, музыкальными приветами и веселыми картинками. Утром я сразу получаю подарок от мужа, потом что-то приносят коллеги, вечером мы непременно идем в ресторан. А ближе к ночи, когда уже совсем спать пора, Степа всегда вручает мне второй презент.

Я быстро вернула чужую трубку на место, схватила свою, позвонила мужу, затем отправила Муркину сообщение: «Сломала каблук, пошла за новой обувью. Когда собираешься домой?» – и умчалась в гараж. Эсэмэска от Кости прилетела, когда я стояла в кондитерской: «В районе восьми часов, если в пробке не застряну». Ура! У меня хватит времени!

Глава двадцать четвертая

– Он едет! – закричала я. – Только что позвонила охрана поселка, я просила ее предупредить! Костя едет по территории! Все готовы?

– Да! – одновременно ответили Степан и Софья.

Я внимательно оглядела присутствующих. Степа наряжен в костюм Карлсона, который живет на крыше: рубашка, брюки, большие ботинки, на спине пропеллер. Сонечка – Спящая Красавица, на ней белокурый парик и пышное розовое платье. Я фея, у меня голубой бальный наряд, искусственная шевелюра оттенка каштана, в руке волшебная палочка. Коты тоже принарядились, на них разноцветные попонки.

– Во двор въехал! – объявила Софья, глядя в окно через просвет в гардинах.

– По местам! – скомандовала я.

Степан и Сонечка исчезли. Дверь открылась, появился Муркин. Он увидел меня, заморгал.

– Добрый вечер, дорогой Константин, – начала я. – Герои ваших любимых книг