Вы заказывали убийство… - Станислав Александрович Гурин

Едва Тишка успел спрятаться под густыми лапами ели, как подбитый бомбардировщик, не выпуская шасси, коснулся заснеженной равнины озера и, подпрыгивая и издавая страшные звуки, прополз по нему немного и остановился совсем недалеко от берега.

Из самолета спешно выбрались три немецких летчика в кожаных меховых куртках и шлемах, и сразу очень низко над ними пролетел другой бомбардировщик, чтобы совершить посадку и спасти их, но тут раздался сильный треск, и подбитый самолет провалился под лед. Образовавшаяся волна едва не смыла спасшихся летчиков, но дальше произошло нечто совсем неожиданное: один из летчиков выхватил из кобуры пистолет и в упор расстрелял своих товарищей! Потом быстро снял с плеча кожаный планшет и, обмотав его ремешком, спрятал на груди под курткой.

Тем временем второй бомбардировщик сделал на низкой высоте круг и снова приближался к месту катастрофы. Спасшийся пилот помахал ему рукой, и тот в ответ качнул крыльями и резко набрал высоту. От грохота моторов с веток ссыпался снег.

Всего в нескольких шагах от притаившегося Тишки, шумно дыша и ломая ветки, пробежал пилот немецкого бомбардировщика.

Бешено колотилось Тишкино сердце, долго пролежал он под елью ни жив ни мертв…

Спустя час или даже два он, прислушиваясь к тишине и дальней канонаде, осторожно выбрался из укрытия. Окруженное черной стеной леса замерзшее озеро Холодное выглядело тревожно и нелюдимо. Полынья от затонувшего самолета уже покрылась тонким слоем льда, два закоченевших тела вмерзли в лед, над погибшей деревней поднимался к небу жиденький столбик дыма. Он был единственным свидетелем разыгравшейся трагедии, он был единственным человеком мужского пола, которому в этой деревне посчастливилось выжить. Двенадцатилетний Тихон Васьков громко, навзрыд заплакал…

Ни тогда, ни после он так и не узнал, что бомбардировщик «Юнкерс-87» имел на борту секретный груз рейхсмаршала Геринга – почти полтонны награбленного в России золота и драгоценностей. Это был один из многих самолетов особо секретной эскадрильи Геринга, совершавших челночные транспортные рейсы с золотом из России в Германию. О секретном грузе знал только командир экипажа – двадцатисемилетний майор Гюнтер Келлерман, пилотировавший самолет…

– Это мой дом… Я родился в нем… Похорони меня здесь… – Каждое слово давалось старику с огромным трудом.

– Ты спас мне жизнь.

– Где родился, там и пригодился… – силы покидали его. – Петрович… Иконку мою сохрани… Обещай…

– Обещаю…

– Я… я… – Степанов приник к губам старика. – Узнал его…

В этот момент низко, почти задевая деревья и раскалывая небеса, пролетел тот самый вертолет со снятыми дверками и, похоже, где-то неподалеку приземлился за озером. Степанов проследил за удалявшимся шумом, а когда вновь посмотрел на старика, тот был мертв.

Степанов закрыл его глаза.

– Господи… Всемогущий Господи… Прими душу усопшего раба Твоего православного христианина Тихона Макаровича Васькова, а о теле его я позабочусь…

Он уложил старика на землю, прикрыл шапкой лицо и перекрестил его.

– Я вернусь сюда… Я обещаю… Я похороню тебя достойно и красиво и до конца дней своих буду приходить на твою могилу. – Он пал на колени и закрыл глаза. – О Господи… Великий Всемогущий Господи… Я не ходил в церковь и не молился Тебе, но Ты всегда был в сердце моем. Ты подарил мне долгую и счастливую жизнь, много раз спасал меня, грешника, от верной смерти и сейчас спас от погибели неминуемой… Господи… Подари мне еще немного жизни и сил, чтобы успел я по заслугам наказать злодеев… – Степанов несколько раз в поклонах коснулся земли.

На пепелище было тихо, зато на противоположной стороне озера тарахтел на малых оборотах вертолет. Степанов знал, что теперь ему нужно делать. Он поднял винтовку и открыл затвор – обойма была пуста, но он не бросил ее, а пошел вдоль озера на звук вертолета.

Вскоре он остановился. На упругих ветках боярышника лежал человек, между лопатками которого торчал акулий нож. Степанов прикоснулся к мертвецу, потревоженное тело перевернулось и соскользнуло на землю. Это был Профессор – человек, Степанову незнакомый.

Еще через непродолжительное время он увидел на противоположном берегу зеленый мысок, на котором трое суток назад мирно соседствовали его машина и оранжевая палатка Круглова, но сейчас он был пуст… Через сотню метров открылась южная оконечность озера, там он увидел лодку, как раз на том месте, где лежал самолет. Он приник к снайперскому прицелу. В лодке находились три человека. Марк подсоединял к связке толовых шашек электрический провод, затем осторожно опустил ее за борт и стал травить провод.

Когда груз взрывчатки достиг дна, он сделал знак рукой, и двое других – Эдик и Бином – стали грести к берегу, а сам он продолжал с катушки травить кабель, лодка двигалась в том направлении, откуда доносилось тарахтение вертолета.

Степанов отбросил ненужную винтовку и, насколько позволяли силы, побежал по неприметной тропинке вдоль берега, которая то отдалялась от берега, то приближалась к самой воде. Звук вертолета становился мощнее, ближе… Тропинка резко ушла в сторону от озера и вскоре вывела его на опушку, на которой совсем рядом, в каких-нибудь двадцати метрах, стоял готовый к взлету вертолет сельскохозяйственной авиации. Возле него суетились два человека – пилот и Круглов. В багажную дверь они загружали из тайника мешки и коробки. Круглов поглядывал на часы.

– Скорей! Скорей! – торопил он.

Между тем лодка причалила к берегу, Марк оттащил в лес катушку с тянущимся проводом, а Эдик и Бином спешно резали ножами бока лодки, чтобы затопить ее. Марк приладил конец провода к динамо и крутанул ручку. Низко ухнул взрыв. Тяжелый столб воды, грязи и металлических обломков «Юнкерса» поднялись над поверхностью озера.

– Все! – Марк зло усмехнулся и смачно сплюнул. – Только кому это надо? Столько времени потеряли!

Услышав взрыв, Круглов крикнул пилоту:

– Наконец-то… Все! Хватит! Сейчас они придут! Будь готов! – и, обежав вертолет, занял пассажирское кресло рядом с пилотом. На соседнем кресле лежал массивный пластмассовый шлем с вмонтированными наушниками и электроникой.

Степанов все еще прятался за кустами, вычисляя тот единственный миг, когда можно было что-то сделать! Такой миг наступил: пилот повернулся к нему спиной и направился к кабине.

Степанов выскочил из укрытия и что было сил помчался к вертолету, настиг у самой кабины пилота и ударил его сплетенными в единый кулак руками по голове. Тот рухнул.

Ужас перекосил лицо Круглова, когда он увидел на соседнем кресле Степанова. Он выхватил пистолет, но Степанов оказался проворнее: сильнейший удар пилотским шлемом нанес он по ненавистной роже, Круглов вывалился из кабины. Степанов поддал газа и, набрав необходимые обороты, поднял машину в воздух.

Бандиты выбежали на поляну и растерялись – вертолет, который должен был дождаться и забрать их, поднялся в воздух, а в пилотском кресле сидел их недавний пленник! Голый, безумный и страшный в своей