Дело о Книжном Клубе - Филиппа Кларк

Перед тем как Шарлотта ушла из участка, Катрина протянула ей визитку. Возможно, детективы знают, как вычислить звонившего. И теперь у Шарлотты была зацепка. Настоящим именем Рози называли немногие.

Роуз.

И это имя всегда давало понять: человек не дружит с Рози и не жалует ни книжный магазин, ни его хозяйку. Рози было всё равно, а Шарлотту это раздражало.

На доброе слово времени уходит не больше, чем на злое.

Нахмурившись, она записала имена всех, от кого слышала «Роуз» вместо «Рози»:

Сид

Джонас

Вероника

Октавия

Маргерит

Кто-нибудь ещё?

Теперь она будет внимательнее: прислушиваться к тому, как люди строят фразы, какие используют выражения, как подбирают слова. Октавию Шарлотта вычеркнула. И если только Вероника и Маргерит не умели менять голос, их тоже можно было исключить. Оставались двое, которых она с самого начала подозревала в причастности ко всей этой неразберихе.

– Так это вы, Сид? Лентяй, злостный вредитель, грубиян и скользкий тип. Или член совета Джонас Кармайкл? Изворотливый, жестокий, продажный. М-да. Один другого краше.

Шарлотта заглянула в духовку и решила: и так сойдёт. Хлеб хотя бы согрелся. Она щедро намазала его маслом. Перекладывать ужин на тарелку не стала: просто положила хлеб поверх пасты и понесла на балкон лоток вместе с бокалом вина.

На улице уже почти стемнело. Шарлотта посмотрела на часы: уже за восемь. Она понемногу откусывала хлеб, потягивала вино и лишь потом попробовала пасту. Не то чтобы гадость, но замороженные ужины она, пожалуй, больше покупать не станет. В конце концов, никто не мешал ей готовить впрок и замораживать несколько порций на такие вечера.

Я знаю, что ты сделала со своей пациенткой.

Шарлотта постучала пальцами по столу. Звонивший мог блефовать, надеясь, что в её прошлом найдётся что-нибудь, чем можно её напугать. Но если он знал правду – нашёл газетные статьи и публикации в соцсетях, – почему просто не рассказал всему миру? Зачем было ей угрожать?

И у Сида, и у Джонаса были причины желать, чтобы Шарлотта уехала. С первой же встречи в прошлом году – глубокой ночью на пустынной улице у разбитого окна магазина Эстер – Сид подозревал, что она не та, кем кажется. Не раз обещал докопаться до её прошлого и вытащить все её тайны на свет.

У Джонаса, члена местного совета, были свои планы. Шарлотта полагала, что ему нужна земля под застройку, и всегда считала, что именно он стоял за прошлогодними кражами рождественских ёлок. Но как это доказать? Даже исполнители будто бы не знали, кто им заплатил. Во всяком случае, они так утверждали. Джонас пытался разжечь ненависть к семье Вудлендов из-за тех краж и слишком тесно общался с Вероникой, у которой имелись весьма сомнительные связи.

Тишину нарушил смех с улицы: сначала женский, затем низкий мужской смешок. Шарлотта отодвинула ужин и с бокалом вина подошла к перилам. Внизу под фонарём остановилась молодая пара. Они держались за руки. Поцеловались. Не желая им мешать, Шарлотта отошла.

Сердце защемило – совсем чуть-чуть. Тихая тоска по тому, чего у неё, скорее всего, никогда не будет.

Звонивший мог угрожать разоблачить её ошибку с прежней пациенткой, но настоящие её тайны лежали гораздо глубже: их не отыскать ни в соцсетях, ни в газетах. Они таились в её ДНК, и лишь время откроет правду. Пока Шарлотта не знала, что готовит ей будущее, как она могла впустить в свою жизнь другого человека? Она никогда так не поступит. Не повторит того, что сделала её мать.

– Ну же, Сид. Или Джонас. Попробуйте. Расскажите всему миру.

Кингфишер-Фоллс был её домом. Первым настоящим домом – выбранным ею самой. Местом, где её приняли, где она обрела друзей и даже счастье. И сколько бы всё это ни продлилось, Шарлотта не собиралась позволять никому ни запугать себя, ни выжить из города.

Глава 19

Шарлотта не ожидала, что уснёт, – и всё-таки уснула. Сны о буше, водопаде и крошечном зимородке не отпускали её даже после пробуждения на рассвете. С каждым походом к смотровой площадке или заводи всё крепло ощущение, что она стала частью здешней природы. А теперь за садом книжного магазина появилось новое место, которое можно исследовать.

С чашкой кофе в руке Шарлотта бродила по саду, пока над забором пробивались первые лучи солнца. Поначалу ёлочке пришлось нелегко, но теперь она окончательно окрепла; скоро надо будет спросить Дарси, куда её лучше высадить.

– Буду по тебе скучать, ёлочка. – Она коснулась верхушки; деревце теперь было почти с неё ростом. – Но ты отправишься жить куда-нибудь в лес на ферме или возле одной из местных спортивных площадок.

Разговаривать с деревом было ничуть не странно. Пока оно не отвечало, с Шарлоттой всё было в полном порядке.

Улыбаясь, она направилась к заднему забору, пристроила пустую чашку на край столба и отошла на шаг. Если подрезать лианы, как советовала Рози, откроется калитка. На карте в телефоне Шарлотта с удивлением обнаружила, сколько в городке зелёных зон и прогулочных маршрутов. А за этим забором не было ни одной отмеченной тропы – только густой буш.

Она заглянула в гараж за секатором. Тачка стояла возле машины – там, где Шарлотта оставила её той ночью. После работы можно будет разобрать всё, что в ней лежало, и разложить по местам разномастные инструменты, одолженные Рози. На всякий случай Шарлотта поискала топорище – вдруг всё-таки прихватила его? Но топорища не было. Надо было поискать у Рози, однако из-за безобразного поведения Сида и того, что Рози торопила её на допрос, Шарлотта совсем об этом забыла.

Неужели кто-то вломился в сарай Рози лишь затем, чтобы перерыть старые шкафы и унести рукоять какого-то инструмента? Шарлотта один за другим состригала усики лианы. Допустим, топорище и вправду исчезло. Но кому и зачем оно понадобилось? По словам Рози, когда-то оно было частью топора. А камина у неё в доме не было. Такое тяжёлое топорище подошло бы для колки крупных чурбаков. Не то чтобы Шарлотта была экспертом по топорам – топороведом. Она улыбнулась собственной выдумке – и тут же нахмурилась.

У Октавии был камин.

Прежде чем Шарлотта успела отогнать воспоминание, перед глазами вспыхнула картина: Октавия лежит лицом вниз, уткнувшись лбом в мраморное основание камина. След на затылке. Коврик. Изящные книжные шкафы. Удивительно, что порой запоминается.

Не знай Шарлотта Рози так хорошо, пришлось бы внести её в список подозреваемых. Рози недавно публично ссорилась с Октавией, знала её дом и имела доступ к тяжёлой рукояти, способной оставить такой след. Хорошо, что у Рози было железное алиби.

И всё же что-то не сходилось. Что она упускала?

– Ой, незадача.

Она упустила из виду ровно одно: куда направляет секатор. Теперь на земле лежала целая ветка. Шарлотта