Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Убийца решил, что это хорошее место для его задумки, вышел из машины и неторопливо прошел к дому в стороне от Андрикс на Ист-Арлайт, принадлежавшему 60-летней Джойс Люсиль Нельсон. Бледно-желтый дом длиной в тридцать метров и шириной в пятнадцать. Вход слева, большой дуб на тротуаре перекрывает свет от уличных фонарей, создавая широкую тень. Он решил, что место ему подходит, и пошел прямо к входной двери, всего в пятнадцати шагах от тротуара. Одетый во все черное, он был невидим. Попытался открыть входную дверь, но та не подалась. Он подошел к левому окну, наступая на землю, оставляя глубокие, четко очерченные следы обуви. Не заперто – так что он снял сетку и легко поднял окно. Прежде чем войти, он отнес сетку на задний двор и оставил ее там, чтобы не вызвать излишних подозрений. Он потянул заднюю дверь – безуспешно – и вернулся к открытому окну.

Джойс Люсиль Нельсон жила здесь с мая 1949 года, была разведена и уже двадцать лет жила одна. Тридцать три года она проработала на конвейере в коммерческой компании «Коуст Энвелоп Компани». Скоро ей предстояло выйти на пенсию, и она планировала проводить большую часть свободного времени на поле для гольфа. У нее было два сына, Дейл и Дон, и пять внуков. Джойс была очень молода душой, часто садилась на пол, чтобы поиграть в настольные игры с внуками, и до сих пор могла делать сальто.

Об убийце она знала – читала в газетах о нападениях. Сын Дон даже предлагал ей поставить на окна решетки, но она отказалась, заявив, что не будет узницей в собственном доме.

Убийца проник в переднее окно дома Джойс Нельсон и нашел ее спящей на диване перед телевизором. Он удостоверился, что в доме никого нет, и, приставив ей к голове автоматический пистолет 22-го калибра, разбудил ее.

Пораженная, широко открыв глаза, она произнесла:

– О боже! Кто ты? Чего ты хочешь?

– Не смотри на меня, сука! Делай, как я скажу, и все будет в порядке!

Он схватил ее за волосы и потащил в сторону спальни, но Джойс Нельсон ему сопротивлялась и потребовала, чтобы он немедленно ушел. Ее требование привело его в ярость, и он ударом кулака повалил ее на пол, наклонился и быстро, работая кулаками, как поршнями, довел ее до потери сознания. Потом затащил ее в спальню за волосы и забил до смерти, пнув ногой в лицо с такой силой, что она резко покатилась по полу. На ее лице остался четкий след подошвы «Авиа».

Он обыскал дом, взяв все, что хотел: видеомагнитофон, украшения, часы, радиоприемник – и вышел через парадную дверь, как будто прожил в доме много лет.

Думать он мог только о сексе и убийстве, и снова продолжил охоту, поехав в Альгамбру, затем в Розмид, но не нашел подходящий объект.

В три часа ночи он вернулся в Монтерей-Парк и снова проехал по тихому, сонному поселению – справедливо полагая, что Джойс еще не нашли.

Он припарковался на Голливуд-Оук-драйв, вышел из машины и пошел по тротуару, заткнув наручники и никелированный автоматический пистолет 22-го калибра за пояс. На улице не было ни души.

Он остановился перед домом Софи Дикман, 63-летней медсестры психиатрического отделения. Это был ухоженный желтый одноэтажный дом с небольшой подъездной аллеей, ведущей к гаражу слева. На улицу выходило единственное окно переднего фасада. С одной стороны рос кипарис, с другой – высокая сосна, нет ставень на окнах и много тени.

Довольный тем, что нашел подходящее место, он подошел к переднему окну, за секунды снял сетку, но окно было крепко заперто, и он не смог его открыть. Но он не сдавался – подстегивавшая его одержимость делала это невозможным. Он обошел дом слева и нашел собачью дверку, просунул руку и, открыв дверь, вошел в дом.

Как всегда, он затих, давая глазам привыкнуть к темноте.

С фонариком в одной руке и пистолетом 22-го калибра в другой он направился к спальне Софи Дикман, нашел ее и убедился, что она одна. Он зажег свет и бросился к ее кровати.

Она проснулась, когда он бежал к ней из дверного проема. Он зажал ее рот рукой и произнес:

– Не смотри на меня! Только пикни, и я тебя убью! – Он приставил пистолет ей к голове. – Поняла, мать твою?

Она кивнула, сразу поняв, что «Взломщик из Долины», о котором писали в газетах, как-то добрался до ее дома. Теперь он глядел на нее чернильно-черными глазами, полными ненависти настолько сильной, что она казалась нечеловеческой. Он вынул наручники и надел ей на запястья. Чувствуя его ужасный взрывной темперамент, Софи была тихой и максимально спокойной, инстинктивно понимая, что ни в коем случае нельзя его провоцировать. Он надел ей на голову наволочку, чтобы она не могла его видеть, отвел ее в одну из двух ванных в доме и усадил на пол. Отключил телефоны и начал лихорадочно обыскивать дом, но через две минуты вернулся к ней.

– Где бриллианты и деньги? – потребовал он.

– У меня их нет, – сказала она.

Он сильно ударил ее.

– Не ври! Где украшения, или ты сдохнешь!

– В другой ванной, – сказала она ему.

Он затащил ее во вторую ванную, и она показала ему свой тайник: в чашке в аптечке. Он быстро осмотрел содержимое чашки, мгновенно поняв разницу между фианитами и бриллиантами, и положил все в карман. Пока он занимался чашкой, она сняла с пальца бриллиантовое кольцо и бросила его в раковину. Едва он снова обратил на нее внимание, он заметил, что она сняла кольцо, и потребовал сказать, где оно, и Софи кивнула в сторону раковины. Он ударил ее по лицу, нашел кольцо и потащил ее обратно в спальню, где сорвал с нее трусы и велел раздвинуть ноги. Там он попытался изнасиловать ее анально, но не смог добиться эрекции.

Софи оставалась спокойной, насколько возможно, стараясь никак его не спровоцировать. Было очевидно, что он должен быть главным, и она осторожно делала все, чтобы дать ему почувствовать, что он контролирует ситуацию – иначе это могло быть смертельно опасно. Она тридцать восемь лет проработала с пациентами психиатрической больницы и многое знала о поведении психопатов.

Он расстегнул наручники, приковал ее ими к кровати и снова безуспешно попытался ее изнасиловать. Затем потребовал сказать, где спрятаны другие драгоценности. Он заставил ее поклясться Сатаной, что у нее ничего больше нет, и все время ровным,