Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

маленькой черной телефонной книжке. Из департамента полиции Лос-Анджелеса сообщили, что они через суд привлекали к участию в деле телефонную компанию для установления личностей и адресов людей, чьи номера были в книжке.

Салерно знал, что это был их первый и самый большой прорыв. Все, что требовалось от полиции Лос-Анджелеса – выяснить владельцев номеров, установить за ними наблюдение и ждать.

На прием к дантисту убийца записался под псевдонимом «Ричард Мена». Два детектива по расследованию убийств отправились навестить дантиста Питера Ляна, прагматичного азиата, семь дней в неделю руководившего стоматологической клиникой с семи утра до девяти вечера.

У «Ричарда Мены» дантист нашел абсцессы, он испытывал боль, и врач назначил ему повторный прием. На лечение он пришел 3 июля, то есть через несколько недель после того, как сбежал от Ставроса.

Каррильо и Салерно сообразили, что, если бы кабинет дантиста, как и положено, немедленно взяли под наблюдение, 3 июля его бы поймали.

Они спросили доктора, можно департаменту шерифа разместить в кабинете детективов под прикрытием до возвращения «Ричарда Мена». Ляну эта идея не понравилась, но в конце концов он сдался, попросив, чтобы детективы были азиатского происхождения, ведь большая часть его пациентов – азиаты. Они согласились, и в клинику доктора Ляна посадили двух азиатских детективов из департамента шерифа. Салерно и Каррильо много раз предупреждали их не рисковать: парень, которого они искали, был умелый хладнокровный убийца, действующий очень быстро и решительно.

С этого момента детективы с оружием безвылазно сидели в клинике с оружием наизготовку в ожидании «Ричарда Мены». Если он схватится за оружие, то умрет прежде, чем успеет опомниться.

Салерно и Каррильо были уверены в успехе операции. По словам доктора Ляна, состояние «Мены» требовало внимания и было очень болезненным. Они рассудили, что если он уже вернулся после задержания, то вернется и снова. Каррильо показал рентгеновские снимки «Мены» другу-дантисту, и тот подтвердил: «Этому парню скоро понадобится медицинская помощь».

На тот момент они не могли подтвердить, является ли пациент тем самым «Взломщиком», хоть его описание и образ действий и соответствовали убийце в кроссовках «Авиа».

Оперативная группа шерифа разрасталась, прибавляла в боеспособности, целеустремленности и концентрации усилий, и коммуникация между всеми полицейскими службами города наконец наладилась. Теперь необходимо было следить за всеми сведениями, поступающими в департамент шерифа. Салерно поручил Бамкроту и Робинсону собрать информацию о каждом «Ричарде Мене» в базах данных. Нашлось сорок человек.

– Нашими самыми главными ключами к разгадке были его зубы и ноги, и именно на них мы сосредоточили нашу энергию, – скажет позже Салерно.

Действительно, когда Бамкрот и Робинсон проверяли сорок Ричардов Менов на своих компьютерах, они были так заняты разглядыванием их ног и обуви, что если бы они действительно случайно наткнулись на Охотника, признавал Бамкрот, он бы наверняка на них напал.

Меньшие по размеру оперативные группы были сформированы в департаменте полиции Лос-Анджелеса и в полиции Монтерей-Парка. В участках по всему округу Лос-Анджелес патрульным показали снятое Каррильо видео. Многие из них приклеили на приборные панели фотороботы убийцы: поймавший Ночного охотника мгновенно бы стал героем и получил продвижение по службе. Его поимка стала главным приоритетом в сознании каждого полицейского.

Каррильо все так же спал один, с пистолетом возле кровати.

Салерно тоже принял меры предосторожности: его лицо было во всех теленовостях и газетах, и он предполагал, что Охотник мог решиться на поиски его или его семьи. У него было два хорошо обученных охотничьих лабрадора-ретривера, которые лаяли при появлении незнакомцев. На случай, если собаки оплошают, он привязал мусорные баки к двум дверям с левой и правой сторон дома, ведущих во двор и задние спальни.

Салерно тоже спал с пистолетом у кровати, – как и Фрэнк-младший, который работал заместителем шерифа и все еще жил в доме отца. Если Охотник придет в дом Салерно, они вынесут его в мешке для трупов.

* * *

13 июля Софи Дикман пошла на созванное полицией Монтерей-Парка собрание жителей города, которое проводилось в залах мэрии. Явка шокировала: без какого-либо официального объявления пришли почти две тысячи человек. Ожидалось, что приедут только старшие по кварталу, но едва разнеслось известие, людей уже невозможно было сдержать. Первым к напуганным гражданам обратился лейтенант Джо Санторо.

Он рассказал о преступлениях, совершенных убийцей за пределами городка, и признал, что в Монтерей-Парке было больше нападений, чем где-либо еще. Рассказал, что детективы в штатском теперь ходят по улицам круглосуточно. Если он вернется в их город, они его схватят. По его словам, Охотнику нравилось причинять жертвам боль – увечья и очень жестокие сексуальные посягательства. «Он работает по ночам. Если вы услышите или увидите что-то подозрительное, звоните нам без сомнений. Поскольку он вламывается ночью, потренируйтесь набирать 911 в темноте. Держите телефон под рукой. И закрывайте окна».

Когда Софи Дикман услышала о злобе нападавшего, она поняла, насколько ей повезло – хоть ее и учили общаться с психопатами.

Ей хотелось встать и рассказать всем, что она пережила – как внезапно он навис перед ней, злобно смотря на нее, как, рыча, изнасиловал. Но она продолжила сидеть, слушая лейтенанта Санторо.

– Его ищут сотни детективов, – сказал он. – Мы скоро его найдем. А пока никакая осторожность не будет лишней!

17 июля от ран, нанесенных рукой убийцы 29 мая, скончалась Мейбл Белл. Доктор Сара Редди, проведшая вскрытие, в отчете указала, что причиной смерти стала обширная травма мозга. Детективу Робинсону и Бамкроту так и не удалось ее расспросить.

Нетти оставалась в коме. Кормили ее внутривенно.

Глава 13

Ночной охотник с большим интересом читал новости о своих нападениях. Когда он впервые увидел заголовки, случайно проходя мимо газетного киоска в центре города, он в шоке остановился. Живот скрутило, а сердце учащенно забилось. Он понятия не имел, что все его преступления связали между собой. Он купил газеты и, слушая хэви-метал, читал их в кишащем тараканами гостиничном номере с окнами слишком грязными, чтобы сквозь стекла можно было что-нибудь увидеть. В статьях ничего не говорилось о следах «Авиа» или установленных баллистической экспертизой соответствиях, тем не менее он понимал, что с этого момента ему придется быть гораздо осторожнее, – дело для него запахло жареным.

Тем не менее он остался в Лос-Анджелесе, планируя новые преступления, еще ужаснее прежних.

Именно сейчас, после нападений на Нельсон и Дикман, он решил поднять преступления на новый уровень, который шокирует мир невиданной жестокостью. Он хотел, чтобы все и повсеместно знали о том, на что он способен.

20 июля,