Тени дома с башенкой - Евгения Ринская

В это время телефон у нее в руках пиликнул. Римма Борисовна посмотрела на экран.

Владимир Иванович рассыпался в приветствиях, выражал свое удовольствие в связи с возможностью помочь и предлагал в любое время набрать ему по указанному телефону, чтобы он рассказал все, что знает о присланных монетах.

Римма Борисовна вздохнула и, решив, что не стоит откладывать дело в долгий ящик, вышла на улицу и набрала номер телефона.

– Алле, Владимир Иванович, добрый день! Не отвлекаю? Это Римма Борисовна, жена… вдова Адриана… Узнали? Вот как замечательно.

Следующие пятнадцать минут она слушала подробнейшую лекцию о найденных монетах, а также о денежной политике империи конца XIX века в целом. Из нее она узнала, что их монеты с высокой вероятностью серебряные. Судя по всему, речь шла о николаевских рублях одного из первых тиражей – то есть, выпущенных в конце XIX века. Сами по себе они не были редкостью, но благодаря металлу и раннему тиражу цена одной такой монеты на коллекционном рынке сегодня могла достигать от 50 до 100 тысяч рублей.

Римма Борисовна поблагодарила собеседника и уже собиралась прощаться, но он, кажется, был настроен философски.

– Не за что, не за что, моя дорогая. Еще раз – очень сочувствую вашей утрате. Знаете, в наши годы начинаешь замечать, как быстро проскакивает мимо жизнь – на всех парах. Казалось бы, давно ли мы с Адрианом вместе дремали на парах.

Римма Борисовна внимательно слушала, понимая, что преврать его было бы невежливо и совершенно бесчувственно. Но в глубине души надеялась, что надолго этот экскурс в прошлое не затянется.

– Но вообще, удивительная, конечно, штука жизнь, – протянул ее собеседник. – Подумать только, что Адриан Валентинович когда-то и сам обращался ко мне с этими самыми монетами.

Глава 14 Неприятный сюрприз

Вернувшись к Дому, она обнаружила Марью Власьевну в ярости. Та успела вызвать участкового и теперь ожесточенно втолковывала что-то молодому человеку. Римма Борисовна подошла поближе.

– Эти дачники совсем страх потеряли! Мы с мужем живем здесь почти пятьдесят лет – никогда, слышите меня, никогда такого хулиганства не было! Я требую, чтобы вы приняли меры, или я подниму все свои связи! Мы до области дойдем, я вам обещаю!

Несчастный участковый, со щек которого сразу спал весь румянец, слушал ее, ритмично кивая в такт возмущенной тираде. Когда Марья Власьевна чуть остыла и отпустила готового уже козырнуть ей участкового, Римма Борисовна подошла к подруге.

Выяснилось, что после того, как она отправилась в город, Марья Власьевна, не любившая отступать от своих планов, собрала внуков и организованно выступила с ними в сторону Дома с башенкой. В планах у нее была ликвидация мусора со второго этажа, а также завершение генеральной уборки на первом, чтобы Римма Борисовна могла приступить к латанию нанесенных неизвестными повреждений.

Замысел, однако, был чудовищным образом сорван, когда она со своим небольшим отрядом подошла к Дому. Внуки, раззадоренные бабушкиными рассказами о загадочном особняке, кинулись вперед и толпились у жизнерадостной желтой двери в ожидании, когда бабушка их нагонит. Однако, едва она повернула ключ и распахнула дверь, внучка пронзительно вскрикнула и зарыдала.

Прямо перед ними, в темном проеме коридора, парил в воздухе выбеленный временем коровий череп.

Внук растерянно отшатнулся, не определившись еще, как подобает реагировать на такие ситуации настоящему мужчине. Отпрянула даже непоколебимая Марья Власьевна. Впрочем, она быстро взяла себя в руки. Беглый осмотр показал, что череп вовсе не парил в темном пространстве коридора, а был бережно подвешен умельцем на тонкой рыболовной леске. Однако это означало, что злоумышленник проник в Дом с башенкой, то есть речь шла уже не о простых шалостях, а о настоящем взломе. Марья Власьевна была вне себя.

Она, разумеется, немедленно списала это на проделки в конец разошедшихся дачников, которых в этой части деревни было особенно много. Когда-то большие колхозные поля, отделявшие старую деревню от особняка, в 1990-е были нарезаны, а затем отданы местным жителям, которые, конечно, не преминули их продать. Так и вышло, что в этой части Неприновки теперь теснились недорогие дачки, часть из которых с самого начала строилась под сдачу, а в часть владельцы приезжали лишь на пару недель в году. Марья Власьевна была уверена, что именно эта территория стала рассадником и первопричиной всех бед, которые происходили в родной Неприновке.

Масла в огонь добавляло состояние ее внуков. О генеральной уборке, для которой Марья Власьевна старательно все утро собирала инструменты, пришлось забыть. Внучка наотрез отказалась подходить к дому ближе, чем на десять метров. Внук, глядя на такую реакцию, тоже решил, что испугался. И домой Марья Власьевна вернулась не только не солоно хлебавши, но и с двумя до крайности испуганными детьми, отказывающимися отходить от нее хоть на шаг. Неудивительно, что она была не в духе.

К ее удивлению, на Римму Борисовну рассказ об этом происшествии произвел еще более удручающее действие. Она побледнела на глазах и, оставив подругу в недоумении, развернулась и направилась к Дому.

Там уже стоял задумчивый участковый. Увидев приближавшуюся Римму Борисовну, он только развел руками.

– Наверняка, молодежь местная развлекалась. Я, конечно, поспрашиваю, но где нам теперь их искать? Тут половина домов и вовсе сдается, я даже жильцов не знаю.

– Не беспокойтесь, – пробормотала Римма Борисовна, завороженно глядя на лежащий на крыльце вытянутый череп. – Наверняка это ничего страшного.

Сама она так не думала. Только взглянув на этот неприятный сувенир, она вспомнила ужасающий подвал в часовне и груду костей под своими ногами. Кто бы ни оставил здесь это, Римма Борисовна была уверена, что он хотел передать ей привет из старой часовни. Особенно пугало ее то, что у злоумышленника был доступ в Дом. Хотя, немного поразмыслив, она вынуждена была признать, что при большом желании попасть в ветхий особняк мог любой желающий – тем более с тех пор, как в доме было разбито окно.

Об этом инциденте, впрочем, она даже теперь не решилась рассказать Марье Власьевне – побоялась, что это станет последней каплей и та пойдет войной на ни в чем не повинных дачников. А в том, что они вряд ли причастны ко всей этой истории, Римма Борисовна была уверена. Напротив, чем дальше, тем больше она убеждалась, что ответы стоит искать среди самых старых жителей деревни.

Тем не менее, в последующие дни