Лисий Омут - Елена Анатольевна Леонова

– Не думаю. Скорее, он даже не слышал, как к нему подошли сзади и напали. Посмотри на положение тела, – Саблин указал рукой. – Кузнецов стоял спиной к входу, когда его убили. И поэтому упал набок.

– Но… что он здесь делал ночью? Я не понимаю. Все же выбежали на крыльцо, пока мы были в лесу, – нахмурившись, проговорила Дина.

Следователь достал из кармана мобильный и взглянул на время. Часы показывали половину четвёртого утра.

– Я, конечно, не эксперт, но, судя по окоченению тела, Кузнецов умер раньше, чем ты выбежала из усадьбы. Если бы убийство произошло буквально перед этим, полагаю, тело было бы тёплым.

– Как-то всё очень странно, товарищ майор, – покачала головой Максимова. – Зачем кому-то убивать Кузнецова?

– А вот это самый главный вопрос. Не исключено, он что-то видел, – задумчиво пробормотал Саблин. – Или слышал. Или же перед нами отвлекающий манёвр, – он обвёл взглядом библиотеку.

– Отвлекающий манёвр? От смерти Можаева?

– Или от чего-то ещё.

В приёмной зале послышались быстрые шаги, и в библиотеку ворвался Жуков.

– Поездка отменяется! У машин спущены шины!

Саблин, обеспокоенно переглянувшись с Максимовой, бросился на улицу. На крыльце их уже ждали Вето́шкин, Мавританов, Грекова и Левашова. Майор выскочил под дождь к автомобилям. Он осмотрел шины – у каждой машины действительно было проколото по два колеса.

– Какой-то абсурд! – воскликнул Вето́шкин, ругаясь сквозь зубы. – У меня новый мерседес, дорогие колёса! Что за чертовщина, кто это сделал?!

– Господи, неужели мы здесь застряли? – с тревогой залепетала Левашова, зашуршав в кармане упаковкой таблеток. Девушка вытащила из кластера одну и быстро проглотила. – И теперь нам придётся оставаться в доме с трупом?!

Мавританов молча закурил.

– Это сделал тот неизвестный, приходивший ночью, – Ирма обхватила себя за плечи, ощущая холод. – Тере́шка… Он хочет, чтобы мы тут оказались в ловушке!

Саблин вернулся на крыльцо и тоже закурил.

– Призраки шины не режут. Это человек. И, судя по всему, он действительно хочет нас здесь задержать.

– Но зачем? – удивилась Ирма.

– Чтобы нас убить, – прошептала Левашова, удаляясь в усадьбу.

– Тьфу ты, мать твою! – зло проворчал Вето́шкин.

Саблин сильнее нахмурил брови и посмотрел на Дину. Ситуация, похоже, выходила из-под контроля. Его взгляд скользнул по лицам присутствующих, задерживаясь на каждом чуть дольше обычного. Он видел, как напряжены плечи Вето́шкина, как нервно Жуков переминается с ноги на ногу, как Ирма старается сохранять спокойствие, но её сжатые пальцы рук выдают внутреннее волнение. Мавританов, казалось, погрузился в себя. Он курил, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно он пытался разглядеть там что-то, скрытое в темноте ночного леса.

Глава 29. Тверская область. Четверг. 04.15

В приёмной зале на шатком табурете Саблин сидел за столом, погружённый в бумаги. Рядом дымился кофе в пластиковом стаканчике. О сне, само собой, следователь помыслить теперь уже не мог – слишком много мыслей и событий навалились за последние часы. Он перебирал документы по реконструкции усадьбы, оставленные Кузнецовым. Обычные чертежи, замеры, планы – ничего, пролившего бы свет на случившееся.

Отвлёкшись от материалов проекта, Саблин закурил и достал телефон. Сети, как и следовало ожидать, не было. Утром придется искать способ связаться с Карловым, возможно, даже идти пешком до Черногорки или до ближайшего шоссе.

Мысли невольно вернулись к Арсению Кузнецову, чьё тело майор вместе с Мавритановым и Вето́шкиным отнесли в подвал. Кто и зачем мог убить архитектора? Чтобы свернуть шею, нужна либо недюжинная сила, либо определённый опыт – медицинский или военный. А прокалывание шин? Это вообще выбивалось из логики. Факт убийства явно указывал на то, что Кузнецов кому-то помешал. Но кому? Все участники проекта заинтересованы в скорейшем начале реставрации, никто не хотел задержек. Мотива для убийства или саботажа не было. Или всё же был?

Саблин стряхнул пепел с сигареты в пустую банку. Не исключено, что дело вовсе не в проекте реконструкции, а в самой усадьбе. Вероятно, Кузнецов стал случайной жертвой, и убийца – тот самый человек, которого видела Дина. Он вошёл, убил и исчез. Но зачем такой сложный план? Зачем проникать в дом посреди ночи, когда внутри люди, двое из них сотрудники полиции! То, что убийца в курсе их с Максимовой профессиональной деятельности, майор не сомневался. Ещё в деревне неизвестный наблюдал за ними через окно бани, и сегодня в усадьбу приходил определённо тот же самый человек. Кто он? Загадка. Как и, впрочем, присутствие Кузнецова в библиотеке ночью. Проклятие! Картина никак не складывалась.

Следователь вспомнил пылкий рассказ Арсения об архитектуре усадьбы и его слова о «пустотах» в стенах. Может, он наткнулся на то, что не следовало знать? Или он в своих исследованиях чертежей поместья слишком близко подобрался к чему-то, угрожавшему интересам других? Как Можаев? Да. Убийства двух мужчин могут быть связаны. Но следователь ни на шаг ещё не приблизился к пониманию причин произошедшего с ними.

Саблин поёрзал на табурете, заскрипевшем под его весом. Он затушил сигарету в банке, потёр глаза, ощущая, как усталость накатывает волнами. Надо отдохнуть, хотя бы немного, чтобы утром с ясной головой продолжить расследование. Но как уснуть, когда в голове шквал мыслей? Внезапно мелькнула неожиданная идея.

Саблин поднялся и бесшумно прошел через холл в столовую. Там, погружённые в сон, дремали Вето́шкин, Грекова, Левашова и Мавританов. В тишине майор осторожно прокрался в каминный зал. Максимова тоже уснула, но следователь тихонько разбудил её. Дина вздрогнула и, не до конца проснувшись, вскочила, не соображая, что происходит. Саблин приложил палец к губам и прошептал:

– Вставай, кое-куда сходим.

Они вышли в холл, а затем на улицу. Было темно, рассвет ещё не начался. Дождь прекратился, воздух наполнился сыростью и прохладой, а окрестности обволакивал густой туман. Саблин, одетый в тёмное пальто, смотрелся мрачной тенью на фоне ночного пейзажа. Максимова, в пуховике, шла рядом, её шаги были такими же тихими и уверенными, как и у майора. Они миновали спящий дом, его окна чернели провалами в темноте, обогнули оранжерею и направились к краю леса, зловещей стеной возвышавшегося впереди. Тишина казалась почти пугающей, нарушаемая лишь отдаленным шорохом ветра в кронах деревьев. Саблин остановился у кромки леса, его взгляд внимательно изучал близлежащую территорию к усадьбе.

– Куда мы идём? – тихо спросила Дина.

– Проверим дворянское