Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

кирпичику бородинского хлеба и паре воблешек — царскому подарку с Родины. Они вместе отправились на работу. Руководитель компании тоже был прежний, он вспомнил Ломтева, а особо его порадовало владение новичком португальским языком.

— Юрий Константинович просил меня закрепить за тобой самостоятельное направление, связанное с возможным перемещением по стране, — закрыв поплотнее дверь кабинета, с осторожностью заговорил начальник. — Думаю, сельское хозяйство тебе подойдет. Португалия лидер по производству пробки, здесь сильно развито виноделие. Страна в основном аграрная, рассчитывать на большие договоры не приходится, а план из Москвы надо выполнять, так что бери на карандаш средние предприятия. Попробуй заняться рыбопереработкой, прежде всего консервами. Теми же сардинами. Страна небольшая, так что придется попутешествовать.

— Тогда мне нужна будет машина, — ухватился за это предложение Ломтев. — Водительские права у меня есть.

— Если Семенычев поддержит, — хитро улыбнулся торговый работник, — то, думаю, Москва выделит средства на новый автомобиль.

Андрей догадался, что через него оборотистый торгпредовец хочет решить проблему с транспортом, чтобы не самому выделять единицу, а привлечь возможности КГБ.

— Пошли знакомиться с коллегами, — предложил шеф.

Вечером Ломтев встретился с резидентом.

— Товарищ полковник, разрешите представиться. Лейтенант Ломтев, направлен в ваше распоряжение.

Молодой сотрудник пытался быть серьезным, но довольная улыбка выдавала его радость от встречи с опытным оперативником.

— Рад, Андрей, что направили именно тебя. Присаживайся.

По внутренней связи резидент вызвал из зала, где трудились сотрудники резидентуры, майора Ивкова. Через минуту дверь кабинета открыл невысокий худощавый мужчина, разменявший полтинник, в довольно потрепанном костюме и клетчатой рубашке без галстука. Бросилось в глаза, что руки его, очевидно, хорошо знали, что такое физический труд. Да и ботинки не блистали чистотой. То есть он никак не походил на кабинетного служащего.

— Знакомьтесь, товарищи, — начал резидент, усадив их напротив друг друга. — Вы вместе будете работать по линии «КР». Майор Ивков, Николай Иванович, контрразведчик со стажем. Как организовалось посольство пять лет назад, так он здесь и работает. Его прикрытие — ответственный за автотранспорт. Все машины, перевозки в его руках. Наладил в нашей маленькой колонии плотную агентурную сеть. Так что за внутреннюю безопасность я спокоен. Но Николай Иванович не очень хорошо владеет португальским, ему сподручнее немецкий. Поэтому направлением внешней контрразведки придется преимущественно заняться вам, товарищ лейтенант. Прежде всего это работа по главному противнику — представительству ЦРУ США здесь, в Лиссабоне. После «революции гвоздик» португальцы упразднили свою контрразведку. Ее функции частично передали полиции и Министерству юстиции. Там у нас есть надежные источники, а вот в американском разведывательном логове нет, к сожалению. Нам известно, что штат правительственной миссии США в Португалии огромен. Преимущественно это военные. Всего миссия США насчитывает в целом 280 сотрудников, из них 160 американцы, а остальные — португальские служащие. Военнослужащие — это главным образом сотрудники группы военных советников аппарата военного атташе и командования Иберийского района НАТО. Примерно 40 человек точно сотрудники ЦРУ. Еще некоторое количество работают в Лиссабоне и других городах под видом временно командированных и, таким образом, не включены в списки штата посольства. Резидентура занимает в здании посольства целый этаж, и доступа туда местным служащим нет. Кодовые цифровые замки, охрана из морских пехотинцев — все как положено. Джон Морган, предыдущий резидент ЦРУ, который, несмотря на все усилия, не смог предотвратить свержение диктатуры Салазара, после публичного разоблачения в августе 1975 года сотрудников ЦРУ, работающих под дипломатическим прикрытием американского посольства в Лиссабоне, был отозван в США. Новым шефом ЦРУ в Португалии стал Дэвид Уиппл. Ему 53 года, он прослужил в ЦРУ более 25 лет. Участвовал во Второй мировой войне, учился в университете в Англии. Свое первое назначение по линии ЦРУ под прикрытием Государственного департамента он получил в Сайгоне и Ханое, затем служил в Рангуне, тоже под дипломатическим прикрытием, а с тысяча девятьсот пятьдесят восьмого по тысяча девятьсот шестьдесят первый год — в Бангкоке, где был советником ЦРУ по вопросам полиции. Следом Уиппла перевели в американское консульство в Конго, где ЦРУ стоит за убийством Патриса Лумумбы. После двух лет пребывания в Конго Уиппл получил назначение в Лондон и Хельсинки, а затем заменил Джона Моргана на посту руководителя лиссабонской резидентуры. Дипломатическое прикрытие Уиппла — атташе посольства.

— Довольно подробная информация, — отметил Ломтев.

— Да, — согласился резидент, — только предоставлена она Центром, не наша заслуга. Так что начинать вам придется с чистого листа и стоя перед закрытой дверью. Как повелось, ЦРУ и большинство спецслужб отличается консервативным характером. В Лиссабоне и в других местах их разведка остается традиционно учреждением действия. Сфера его деятельности лежит между «дипломатией полосатых брюк» и высадкой морской пехоты, а его объекты в большинстве стран остаются, в общем, те же: правительства, политические партии, вооруженные силы, полиция, секретные службы, профсоюзы, молодежные и студенческие организации, культурные и профессиональные общества, средства массовой информации. В каждом из них ЦРУ продолжает поддерживать своих друзей и громить противников, поскольку его целью остается обеспечение гегемонии США, чтобы американские транснациональные компании могли усилить эксплуатацию природных богатств и трудящихся иностранных государств.

— Задание непростое, — задумчиво протянул новичок. — На какую помощь я могу рассчитывать?

— На любую, ты только план реальный представь. Обсудим, поможем, но, — полковник назидательно поднял вверх указательный палец и сделал паузу, — только тем, чем сможем.

— Резидентура ЦРУ пыталась выходить на наших служащих?

Вопрос обращался к Семенычеву, но тот кивком переадресовал его Ивкову.

— Случаи, конечно, были, но мы работаем с людьми и постарались все такие попытки отвести.

— А ответные действия предпринимались? — продолжал уточнять Ломтев.

— Пока нет, — коротко, без объяснений ответил майор.

— Именно вам, товарищ лейтенант, как сотруднику внешней контрразведки придется этим заняться, — резидент потянулся за очередной сигаретой.

— Для начала, Юрий Константинович, можно о машине позаботиться? — не стал упускать шанса раздобыть автомобиль Андрей.

— Да говорил мне о машине для тебя наш барыга, — не очень вежливо отозвался о внешторговце хозяин кабинета. Правда, и у Ивкова эта оценка вызвала одобрительную улыбку. — Ты думаешь, он о тебе беспокоится? У него все рассчитано. Мы, конечно, поддержим его заявку на новый автомобиль. Средства выделят, только сядет на него он. Машина формально будет закреплена за «Внешторгом», а тебе достанется его старый. Понятно?

— А что, совсем развалина? — загрустил Ломтев.

— Нет, конечно, — вступился Ивков. Этот вопрос был в его ведении. — «Рено», надежный аппарат, всего четыре года в эксплуатации. Не переживай, напарник, сделаем так, что будет рысачить лучше обычного.

— У него срок командировки заканчивается, и он думает, что ему его продлят, — продолжал кипятиться резидент. — Того не знает, что решение по нему уже принято, и полетит он вместо новой машины голубем