Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

— Ну вот и отлично, — Ломтев достал из кармана блокнот с ручкой. — Дело за малым. — Он протянул их ван Удену.

— Это что? — настороженно спросил собеседник.

— Ваше заявление об отходе от активной борьбы против португальского народа и законной власти в стране.

— Разве моего слова мало?

— Я не могу предъявить своему руководству ваше слово, сеньор Франсишку, от меня требуется документальное подтверждение.

В этот момент дверь в мужскую комнату открылась, и в нее ввалился пьяный субъект.

— Какая компания, — радостно заявил он, намереваясь присоединиться к беседе.

— Вот свободная кабина, — ледяным тоном заявил Ломтев, вставая на его пути.

Мужчина быстро ретировался.

— Пишите, капитан. В зале мои люди, без письменного обещания вы отсюда не выйдете.

Португалец помешкал, но взялся за перо.

— Я выполню свое обещание, только если на это будет приказ от инспектора Кардозу, — напомнил он.

— Будет, можете не сомневаться. Хватит с вас политики, займитесь наконец своими делами и проблемами.

Наследник бывших королей быстро написал несколько строк, витиевато расписался. Он оставил блокнот на подоконнике и, не прощаясь, направился мимо Андрея к выходу.

Немного выждав, советский разведчик вернулся в зал. Ван Уден с супругой, сославшись на самочувствие, прощались с другими гостями. Марию он заметил в самом дальнем углу у стойки бара. Около нее увивался какой-то пожилой подвыпивший мужчина. Напарницу надо было выручать.

— Моя дама не танцует, — жестко заявил он кавалеру.

— Да я, собственно, и не собирался…

— Я же сказал, — оборвал его Андрей, повысив голос и подойдя вплотную так, что мужчина вынужден был невольно отступить. — Моя дама не танцует.

Незнакомец счел за лучшее удалиться, что-то бормоча себе под нос. Мария икнула и нервно захихикала. Ломтев понял, что она просто-напросто сильно пьяна.

— Что с тобой? — удивленно спросил он. — Нам пора уходить, дело сделано.

— Не пойду, — еще раз прикладываясь к стакану, заплетающимся языком упрямо заявила женщина.

— Да что с тобой, в конце концов? — теряя терпение, заявил мужчина.

— Я еще никого не убивала, — со слезами в голосе ответила Мария. — До сегодняшнего дня.

— Не дури. Объект жив-здоров, вон посмотри, собирается домой, — Андрей кивнул на уходящих.

— Это неважно. Я дала ему яд, и если бы он отказался от наших условий, то сейчас бы уже лежал мертвым на холодном полу в туалете, — слезы текли по ее щекам, размазывая косметику, но она не обращала на это внимания.

Разведчик украдкой огляделся. Пока на них никто не обращал внимания. Он приобнял ее, закрывая от посторонних взглядов.

— А ты уже убивал? — допытывалась женщина.

— Я воевал, а там всякое бывало, — уклончиво ответил собеседник.

— Как хорошо, что ты спас его. Я так тебе благодарна. Хочешь, поедем к тебе в гостиницу?

Настроение выпившей женщины менялось стремительно. На нее такое острое задание подействовало чересчур угнетающе, вот она и попыталась утопить стресс в алкоголе. Ломтев понял, что перепады настроения и скачки ее желаний не стоит воспринимать слишком серьезно. Эту особенность женской психики надо учесть на будущее.

— Какая гостиница, Мария. Нас твой муж ждет.

— Муж, — резко вскинулась она. — Значит, ему можно, а мне нельзя.

«Ну вот, вляпался в семейную тайну», — догадался молодой человек.

— Не придумывай, Мария. Пойдем лучше на свежий воздух.

Но женщину было не остановить. Она так сильно вцепилась в рукав его пиджака, что казалось, ткань вот-вот порвется.

— Не придумывай? — яростным шепотом зашипела она ему прямо в ухо. У нее хватило сообразительности не говорить громко, а молчать она уже не могла. Нервное напряжение и эмоции переполняли ее, как забытый на огне чайник. — Мой муж очень заботливый и чувствительный мужчина. Недавно в баре он заметил рыдающую пьяную бабу и решил успокоить ее, утешить. Очевидно, он очень старался, — едко заметила она, продолжая разбрызгивать слюну. — Вот она ему и раскрыла душу. Оказывается, ее только что бросил любовник, и она вся в отчаянии. Тетке за сорок, а мужика нет. Как на грех, оказалось, что она работает секретарем в штабе НАТО, а ее бывший любовник там начальник отдела. Мой сразу сообщил в Центр, что есть перспективный кадр для вербовки, срочно шлите «Ромео». Ты знаешь, кто такие «Ромео»? Это специально подготовленные мужчины для охмурения глупых одиноких женщин, приближенных к секретам.

— Во многих разведках мира до сих пор существует расхожая поговорка: «Зачем вербовать министра, если можно завербовать секретаршу?» — припомнил начинающий вербовщик слова опытных наставников.

— А ему отвечают, — продолжала Мария. — «Приказываем лично установить плотный контакт. Объект представляет повышенный интерес». Я же сама принимаю шифровки из Центра. И мне пришлось консультировать собственного мужа, что сказать и где погладить эту заразу. А она вообще не в его вкусе — здоровенная толстуха с редкими крашеными волосами и гнилыми зубами.

— Ты что, тоже с ней знакома?

— Вот еще! — буквально взвизгнула несчастная собеседница. — Так моему бедному муженьку приходилось перед каждой встречей с ней глотать успокоительные вместе с возбудителем потенции. Так она была ему противна.

Женщина плакала, уже не стесняясь своих слез. Андрею хотелось как-то успокоить ее, поддержать, дать совет.

— Вам бы детей завести.

Но эта фраза вызвала еще более сильный приступ слез.

— У нас есть сын. Он у дедушки с бабушкой. Я его уже два года не видела.

«Вот попал», — чертыхнулся про себя оперативник. У него не было опыта и подготовки, как вести себя с женщиной в таком состоянии. Он попросил в баре стакан воды для Марии и порцию знаменитого портвейна для себя. Побывать в Португалии, на родине известного напитка, и не попробовать его было обидно. Напарница стала судорожно пить воду, зубы ее стучали о край стакана.

— Так чем все закончилось? — Ломтев решил, что пусть лучше она выговорится, может, тогда успокоится.

Однако, очевидно, сильный эмоциональный всплеск закончился, он не может держаться долго, женщина обмякла, скисла и вяло отговорилась:

— Закончилось. Пошли отсюда. Я жутко устала, и у меня болит голова.

Жак довез Ломтева до гостиницы, и они распрощались. Андрей в задумчивости побрел через площадь к гостинице. Теплый вечер был насыщен запахами горячего шоколада, ванили, апельсинов и вина, которые как раз и создавали ощущение праздника и радости. На площади перед гостиницей выросли рождественские елки. Сотни огней зажглись, освещая пространство и придавая ему сказочное сияние. Особое внимание гостя привлекла большая ель на площади — символ Рождества. Это чем-то напомнило Ломтеву традиционную елку в Москве на Красной площади. Рядом с испанской зеленой колючей родственницей расположилась группка светящихся ангелов, окружающих фигуру Nino Jesus[12]. Все это добавило празднику особую торжественность. Кроме