Разрушитель. Семейное дело - Александр Трогон

– Ни в коем случае! – почему-то больше всех возмущался Артур. – Это же, какие деньжищи!

Однако Никите удалось довольно быстро убедить родню в целесообразности такого поступка, приведя в качестве весомого аргумента тот факт, что Иван Иваныч и его внучка также присутствовали на даче и слышали признания Вячеслава.

– Но ведь старик пообещал, что будет хранить молчание! – истерически взвизгнула Лидия. – Неужели мы должны за это еще и заплатить?!

– А по мне, так парень говорит дельные вещи, – рассудительно произнес Игнат, быстро привыкший к своему новому статусу члена семьи Вершининых.

В результате, после недолгого диспута семья, пусть и неохотно, но все же согласилась вернуть картину бывшему владельцу.

День клонился к вечеру, и небо окрасилось в нежно-розовый цвет закатного сентябрьского солнца. Старший сын Владимира вбежал в комнату и, капризно топнув ножкой, заявил, что ему скучно. В коляске разревелся младенец, которому срочно понадобилось поменять подгузник. Вершинины начали собираться по домам. Напоследок обменявшись дежурными поцелуями в щеку, все с плохо скрываемым облегчением распрощались, каждый в глубине души надеясь, что еще не скоро увидит остальных.

Выйдя из душной квартиры на шумную московскую улицу, Никита проводил задумчивым взглядом разъезжающуюся родню. В последнее время его не покидало подспудное ощущение какой-то неправильности, недосказанности всей этой истории, цепкой занозой засев в голове.

– Никитка, ты, когда к нам на дачу приедешь? – окликнула его Люся, высунувшись из окна их с Игнатом внедорожника.

– Послезавтра, – бездумно отозвался парень, усаживаясь за руль Фольксвагена.

Глава 30

На дачу Никита, передумав, рванул следующим же утром. Внутренний червячок ничем не объяснимого беспокойства нещадно грыз его изнутри, и, чтобы задобрить его, парень решил не откладывать поездку.

Подъехав к дачному участку, он, поддавшись безотчетному импульсу, припарковал машину на обочине, подальше от въездных ворот. Заглушив мотор, Никита выбрался из автомобиля и огляделся по сторонам.

На дороге никого не оказалось, лишь соседский пес громко заливисто тявкал, подсунув свой длинный нос в щель под забором, и парень, недолго думая, подпрыгнул и уцепился руками за низко нависающую ветку одного из садовых деревьев. Подтянувшись, он вскарабкался наверх и перемахнул через старый покосившийся забор, едва не ободрав себе штанину. Спрыгнув на землю с противоположной стороны, Никита замер, прислушиваясь.

Голоса Люси слышно не было – видимо тетка находилась в доме. Зато во дворе задорно урчал мотор работающей газонокосилки. Пригнувшись, Никита подкрался поближе, спрятавшись за все еще густой, хотя уже начавшей желтеть и постепенно осыпаться, листвой. Игнат приводил газон в порядок, планомерно выкашивая квадрат за квадратом.

Никита уже пожалел о своем спонтанном мальчишеском поступке. Нужно было посигналить и въехать в ворота, как все нормальные люди. Он только собрался с духом, чтобы выйти из-за кустов и поздороваться с мужчиной, как Игнат выключил газонокосилку и остановился, подняв голову и пристально уставившись куда-то вверх. Внутреннее чутье заставило Никиту помедлить и остаться в своем укрытии.

Рассмотрев, наконец, что-то в ветвях разлапистой ели, растущей под окнами большого дома, Игнат пронзительно свистнул. Большой черный ворон, подпрыгнув на ветке, расправил крылья и легко спланировал вниз, усевшись мужчине на плечо. Тот одним пальцем погладил птицу по бархатной головке. В ответ ворон коротко каркнул, переступив с ноги на ногу.

Никита оторопело уставился на обоих. Ноги сами понесли его вперед.

Услышав шуршание у себя за спиной, Игнат резко обернулся на звук. При этом ворон недовольно заворчал, но остался сидеть у мужчины на плече.

– Ух ты, неожиданно, – недоуменно хмыкнул Игнат вместо приветствия, увидев выходящего из кустов Никиту. – Мог бы и предупредить, что приедешь.

– Да вот, решил сделать сюрприз, – саркастично отозвался парень, не спуская пристального взгляда с птицы.

– Знакомься, это мой друг – Каркуша, – беззлобно усмехнулся Игнат, доставая из кармана и протягивая птице угощение.

Глава 31

– Так это был ты! – слова сами сорвались с языка Никиты. – Но почему? Ты же не знал, что написано в дедовском завещании.

Игнат оглянулся на дом.

– Отойдем подальше. Не хочу, чтобы Люся нас услышала, – вполголоса произнес он, указывая рукой в сторону подлеска.

Не дожидаясь ответа парня, Игнат спокойно зашагал вперед. При этом ворон ворчливо заклекотал и улетел обратно к деревьям. Никита без возражений двинулся следом по тропинке, ведущей к дачному пруду.

Отойдя от дома на приличное расстояние, мужчины вновь заговорили.

– Для начала, пообещай, что ничего не расскажешь Люсе, – настойчиво потребовал Игнат. – Иначе мне придется тебя убить.

После такого заявления лицо Никиты приобрело каменное выражение, а руки непроизвольно сжались в кулаки.

– Расслабься, шучу я! – грубовато хохотнул Игнат, дружески хлопнув парня по предплечью.

При этом Никита заметил в глубине его глаз промелькнувший опасный огонек. В уме парень быстро прикинул, сможет ли он справиться с Игнатом в случае чего. Несмотря на то, что парень был выше и моложе коренастого Игната, тот весь состоял из груды крепких мышц, а сбитые костяшки пальцев на его руках недвусмысленно свидетельствовали, что драться Игнату приходилось не единожды. Только теперь до Никиты дошло, как опрометчиво он поступил, приехав сюда без приглашения. Сделав над собой усилие, парень криво улыбнулся и выдавил из себя обещание, что весь разговор останется только между ним и Игнатом.

Оба мужчины снова неторопливо зашагали вперед по тропинке.

– Каркуша у меня – совсем ручной, – безо всякого вступления заговорил Игнат. – Твой дед, нанимая меня на работу, был категоричен: никаких животных в доме. Пришлось его прятать. Тогда я смастерил ему домик в глубине нашего участка, и каждый день его навещаю.

– А Люся в курсе?

– Она больше любит собак, – уклончиво ответил мужчина. – Когда переедем отсюда – обязательно заведем какого-нибудь барбоса.

– За что ты ненавидел деда? – неожиданно спросил Никита.

– А за что его было любить? – недоуменно пожал плечами Игнат. – Он отравил жизнь моей любимой жене, а ко мне всегда относился, как к пустому месту. Все время подчеркивал, что я – никчемный человек, уголовник, а он – благодетель, давший мне крышу над головой.

– Разве за это убивают? – возмутился Никита.

– Поверь мне, убивают и за меньшее, – мужчина выразительно посмотрел на парня исподлобья, отчего у Никиты по спине побежали мурашки.

Игнат ненадолго замолчал, задумавшись.

– Согласись, это было идеальное преступление, – внезапно заявил Игнат с самодовольным видом.

План, как избавиться от генерала, Игнат вынашивал последние несколько месяцев.

На идею, использовать в своих целях Каркушу, его случайно натолкнула Люся, однажды проговорившись, что Борис Алексеевич панически боится птиц, особенно ворон. С тех пор Игнат