Пионерский выстрел - Игорь Иванович Томин

Из дверей корпуса показались двое пациентов в коричневых халатах, стали в стороне, не приближаясь. Вороны с тополя взметнулись и перелетели на соседнее дерево.

– Кто это был, вы видели? – медсестра подбежала к Косуло и осторожно приложила полотенце к его щеке. – Глаза болят?

– Пацаны, – выдохнул он. – Мальчишки. Оттуда… – Он показал в сторону бетонной плиты. – Двое. В шапках.

– Куда побежали? – Санитар с тряпкой повернулся лицом в сторону деревьев, пристально вглядываясь.

– За склад, – сказала вахтерша. – Там лаз в сетке, видела, как собаки пролазят.

– Я догоню, – оглянулся санитар, но не шелохнулся.

К посту подбежал патрульный с проходной.

– Что случилось?

– Неизвестные бросили дымовушки… – Санитар замялся. – Вон, смотри.

Патрульный глянул на дымящийся серебристый цилиндрик, поддел его палкой, закидал снегом.

– Вызову наряд, – сказал он и побежал куда-то.

Косуло попытался поднять букет, но пальцы дрожали. Он присел, подбирая гвоздики, затем поднял шляпу. Медсестра поддержала его за локоть:

– Постойте. Щеку надо обработать. На ожог не похоже. Просто небольшой синяк.

– Машина должна подойти, – пробормотал Косуло, все еще озираясь в ту сторону, где исчезли мальчишки. – Меня ждут.

– Пойдемте в процедурную, – мягко, но твердо сказала она. – Минуты две.

Но Косуло не стал слушать женщину, продолжая внимательно смотреть на окружающие его деревья, все еще надеясь увидеть малолетних преступников. Дорожка перед КПП была в серых разводах. Серебристый огрызок лежал под слоем снега и тихо тлел. Сквер вокруг оставался безлюдным. Вороны снова закаркали, передвигаясь по веткам короткими прыжками.

Наконец подъехала машина. Черная «Волга» мягко остановилась у ворот КПП. Водитель опустил стекло.

– Вы Косуло? – спросил он.

– Я, – буркнул Иван Афанасьевич.

Он плюхнулся на заднее сиденье, прикрыл дверь, потер ладонью щеку. Она ныла и горела. Машина тронулась.

– Что с вами случилось? – осторожно спросил водитель.

Косуло ждал этого вопроса. Сразу заговорил торопливо, с подробностями. Как летело, как шипело и дымило. Как ударило в лицо. Как пацаны выскочили из-за плиты и рванули по листве. Водитель кивал, охал, сочувствовал. Мимоходом вспомнил, что сам в детстве такими штучками баловался.

– Я доложу Туманскому. – Голос у Косуло стал жестче. – Этим хулиганам не позавидуешь. Всех в колонию для малолетних. Куда-нибудь в Сибирь. И чтобы пороли их каждый день. И жрать не давали. В холодный карцер. А лучше сразу расстрелять, потому что ничего путного из них уже не выйдет. Малолетние бандиты. Понимаешь? Бандиты.

Водитель перестал поддакивать. Руки у него лежали на руле крепко, взгляд стал отрешенным. Он изредка поглядывал в зеркало заднего вида на пассажира, потом снова переводил глаза на дорогу. Машина плавно обгоняла троллейбус и уходила к центру.

Глава 52. По горячим следам

Косуло размахивал рукой с платком и возбужденно перескакивал с факта на оценки. Он уже третий раз повторил про «шипение» и «малолетних бандитов».

– Дальше не нужно, – спокойно сказал Максим. – Вы все это расскажете Илье, подробно и по порядку. Он оформит опрос в полном объеме.

Илья уже раскладывал на столике блокнот и чистые листы. Положил рядом шариковую ручку, поднял глаза:

– Начнем. Фамилия, имя, отчество, год рождения? Время, когда вы вышли из отделения и оказались у КПП? Точное место, где это произошло?

Косуло дышал часто, взял стакан воды, отпил, кивнул.

– Возраст и приметы мальчишек? – Илья диктовал спокойным голосом. – Одеты как? Рост. Шапки какого цвета? Во что был упакован предмет, который шипел? Куда побежали? Кто первым пришел вам на помощь? Что делали до приезда машины? Кто из сотрудников видел сам момент?

Косуло даже не почувствовал, что оперативник откровенно издевается над ним, нарочно засыпая множеством вопросов, ответы на которые никому не были нужны.

– Двое, – заговорил Косуло, стараясь передавать уже по пунктам. – Лет по двенадцать. Оба в шапках, серые, с узорами. Куртки темные. Ноги быстрые. Бросили в меня серебристую штучку. Сначала в лицо, потом в пальто. Санитар, медсестра, вахтерша, патрульный. Потом подъехала машина…

Илья писал. Иногда уточнял коротко:

– На какой стороне лица ожог? Куда именно угодила «штучка»? Что вы почувствовали? Какие были ваши первые мысли? Упал ли букет. Что с шляпой? Чем прижимали предмет к земле? Правой или левой ногой? Кто поднимал? Кто трогал руками? Где сейчас эта вещь? Насколько громко каркали вороны?

Похоже, Косуло эти вопросы нравились. Отвечал он подробно и с удовольствием, увидев в Илье благодарного и эмпатичного слушателя.

– Где эта «штучка» сейчас – не знаю, – с досадой произнес Косуло.

– Это очень плохо, – Илья поднял на ветерана строгий взгляд. – Это важнейший вещдок! Орудие преступления!.. Ну хорошо. Я уточню через Микитовича. Попросим наряд найти и доставить «штучку» в лабораторию.

Валя тем временем развернула пальто Косуло на спинке кресла. Осмотрела полы, поскребла ткань кончиком ногтя. На внутреннем краю виднелось едва заметное темное пятно, ворс местами был опален. Она достала из сумочки маленький фонарик и пинцет, подцепила крошечный блестящий обрывок, переложила в бумажный конверт и подписала. Косуло уважительно и с пониманием следил за ее действиями.

– Есть микрочастицы, – тихо сказала она. – И оплавление. Пальто временно заберем на экспертизу, поэтому вам придется посидеть в номере. Я оформлю опись, верну целым. Нужна будет еще обработка ожога у врача и фотография повреждений на ткани.

Косуло кивнул и озабоченно добавил:

– Вот только завтра у меня очень важная встреча с общественностью и журналистами в Доме офицеров.

– Значит, до завтрашнего утра из номера ни на шаг. И еще нам понадобятся ваши ботинки.

– Ну, надо – значит надо, – развел руками Косуло. – У меня есть тапочки.

Максим больше не в силах был смотреть на этот спектакль. Он пожал всем руки и сказал:

– Продолжайте по форме без меня. Всех свидетелей запиши, их контакты. Из больницы возьмите журнал КПП, отметки о входе и выходе всех лиц. Попросите патрульного сохранить следы на снегу до приезда техников. Огородите место происшествия. Валя пальто зафиксировала, ожог тоже. С врачами обменяйтесь телефонами, чтобы получить запись в карте.

– Есть, – кивнул Илья.

Максим взял со стола кепку.

– Я пройдусь по горячим следам, – коротко сказал он. – Встретимся через пару часов у Микитовича в кабинете, подведем итоги.

Он взглянул на часы, приветственно кивнул бармену, который замер за стойкой, и вышел.

В баре стало тише. Илья поставил рядом с блокнотом пепельницу, хотя никто не курил. В руках у него послушно шуршала бумага.

– Продолжим, – сказал он Косуло. – После того, как сели в машину. По каким улицам ехали. Фразы водителя. Ваши ответы. Все дословно, насколько помните…

Он работал без спешки. Теперь время работало на них. На стол падал ровный свет лампы, в окне с трудом просыпался серый день. В коридоре звякнула тележка буфетчицы. Илья перевернул очередную страницу, поставил в углу «лист 7», дописал время окончания опроса и расписался. Косуло утер лоб платком. Валя убрала конверт с микрочастицами и закрыла на молнию. Илья и она понимали, что разговор в кабинете Микитовича станет для начальника местного ОВД подобен взрыву бомбы.