Ложка меда в канистре бензина - Марина Серова

корпорации Алька согласилась, не вдаваясь в подробности. Она собиралась заниматься тем, что умела и любила, — паблик рилейшнз, то есть раскруткой и рекламой всех направлений деятельности фирмы. Против переезда в турецкий Измир она тоже не возражала, так как предпочитала теплый климат. Единственное, что беспокоило Альку, так это расставание с родителями и то, как долгое отсутствие бабушки с дедом скажется на Регине. Но ведь из Уфы в разные турецкие города самолеты летают не реже, чем в Москву, так что все решаемо. Что до того самого права первой подписи, так Алька даже не поняла, о чем идет речь. Она приняла тот факт, что руководить, условно говоря, нефтяными и медовыми направлениями бизнеса будет Олег, а всем, что связано с металлами и «чем-то там еще», — Игорь. Алька очень хотела познакомиться наконец с семьей деверя, возможно, слетать к ним в Нью-Йорк или пригласить их к себе, в «замечательный такой, Женька, ты не представляешь!» дом в Измире.

А что же Тагир Закиев?.. А Тагиру объяснили, разумеется с подачи Игоря, что Олег Резников вполне может быть деловым партнером и «принести пользу благодаря связям своего брата». Да вот только Тагир с этим не согласился. Играть на бильярде со славным парнем Олегом — это одно, а поделиться влиянием и прибылью — совсем другое.

Итак, по всему выходит, что Олега заказал Тагир.

— Да ты что?! Ты правда так считаешь?! — подскочила Алька, и я поняла, что подумала вслух.

Алька подошла к витражному окну. Пуленепробиваемому, успокоила себя я. Она некоторое время молчала, рассеянно водя пальчиком по узору, потом обернулась ко мне.

— Женя! Я задала вопрос! — Таким тоном Алька со мной не разговаривала никогда в жизни.

Я встала, подошла к ней и мягко обняла. Напомнила себе, что Алька старше на три года и ей позволительно включать режим «старшая сестра».

— Знаешь, Жень, если это и правда Тагир, то… Игорь его убьет, — прошептала Алька. — Они ведь… Олежка с Игорем были… как мы с тобой!

Мы стояли, обнявшись. Я подумала о том, что Алька мне сестра. Не как сестра, а именно сестра, пусть не по крови, так по какому-то высшему космическому замыслу.

— Жень, а ты могла бы…

— Да! — твердо сказала я. — За тебя я бы убила! При малейшей опасности, угрожающей тебе… Можешь не сомневаться, я убью любого, кто есть или будет угрозой для тебя.

Алька отстранилась и ошарашенно посмотрела мне в глаза. Она, конечно, не знала про мой девятый дан и черный пояс, считая единоборства просто увлечением вроде ее рунических ставов. Она помнила, как в ярмарочном тире я за пару минут выбила все мишени и мы, радостно хохоча, утащили главный приз — огромного оранжевого зайца, но так я расслабилась при ней лишь один раз, объяснив, что просто повезло.

— Жень, я бы тоже за тебя убила, — выдохнула Алька, и я мысленно тоже выдохнула — для нее это лишь фигура речи, пусть так и будет.

Мы решили, что надо бы попить кофе, и пошли в кухню. Эта кухня меньше, чем в доме Валеевых, но столь же уютная и оснащенная всем необходимым. Мягкий верхний свет распространялся на всю площадь, как у Валеевых.

Алька вынула из холодильника и сунула в микроволновку остатки пиццы, включила кофемашину. Курица, приготовленная Викторией, стояла в большом самоподогревающемся контейнере. Я открыла верхнюю часть — изумительный аромат!

— Аль, а курочку будешь?

— Нет, Жень, ты кушай, если хочешь, я потом — после сеанса. Кофе вот выпью, пиццы кусочек…

Не вытаскивая всю курицу, я отломила крылышко и начала есть. Черт возьми, вкусно-то как! Почти как у моей тетушки. Ох, Вика-чечевика, какая ж ты умелица — и психолог, и астролог, и кулинар, и… хамелеон, что ли?..

— Вкусно, да? Вика отлично готовит, — сказала Алька, доставая из шкафа и расставляя тарелки, чашки, креманки для мороженого.

— Аль, а не много ли Вики вообще? — Я позволила себе подумать вслух. — Она и с Региной занимается, и дела твои рунические администрирует, и готовит вон… Пожалуйста, прости, что напоминаю, но ведь ее связь с Олегом…

— Женя! Не надо! — Алька опять включила старшую сестру. — Да, Виктория Наумовна… как бы это сказать… давно вхожа в нашу семью. Папе она не особо нравится, честно скажу, но пользы от нее больше, чем… вреда.

— То есть вред от Виктории Наумовны ты осознаешь? — подбросила я дровишек.

Алька вынула пиццу из микроволновки и разложила по тарелкам — мне два больших куска, себе один маленький, достала из морозилки большую упаковку пломбира, разлила кофе американо по чашкам, села за стол и лишь тогда ответила:

— Нет, я не так выразилась! Это не вред, это… издержки. И связь Вики с Олежкой — главная. Вика занималась и продолжает заниматься с Регинкой, она же и документально оформляет то, что Регинка учится, из класса в класс переходит, тут все официально и законно. Вика составила нам всем натальные карты, ну, это… ситуация в небе на момент первого крика человека, по этим картам просчитывала лучшие периоды для разной деятельности. Я тебе уже говорила, что двадцать третье августа для Олежки она выделила еще в апреле, пыталась ему объяснить, мне пыталась объяснить… Мы не слушали. То есть не придавали значения. Олежка в конце концов здорово психанул, это в начале июля было, и тогда, на эмоциях, мне сказал, мол, надоела эта курица рыжая!.. Проговорился, что она на него залипла, так и сказал — «залипла как банный лист», а я надавила, ну я же умею, я же все-таки репортер и интервьюер, он и поплыл… Признался, что однажды, на нетрезвую голову, переспал с ней, а потом — еще раз. Сказал, что это было три года назад и с тех пор Вика на него смотрит глазами недоеной коровы.

— Прямо так и сказал? Про корову…

— Ну да, — усмехнулась Алька. — Мне Вику даже жалко стало!

— Нашла кого жалеть, — фыркнула я, догрызая ножку приготовленной этой самой Викой курицы.

— Жень, может быть, это ненормально, но нет у меня ревности к Вике, — сказала Алька, раскладывая пломбир по креманкам. — Мы с Олежкой очень хорошо жили! Во всех смыслах. И в постельном тоже, да! Мне кажется, я еще не совсем осознала, что…

— Алька, хорош оправдываться! — не выдержала я. — Ешь давай и наряжайся уже, а то придет твоя дурочка очередная, а ты тут в джинсах. Вон, первый час ночи уже!

Алька засмеялась, глядя на меня с обглоданной куриной костью в руке и затолкала целиком в рот свой кусочек пиццы, отпила кофе из чашки. Я подумала о том, что… реально убью за нее!

Смартфон