Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

– Нет, – твердо ответил Фэн Чжэн. – В такой ситуации доля будет распределена между остальными наследниками – как и при добровольном отказе.

– Значит, мы не можем распоряжаться этими деньгами по своему усмотрению, – произнес Юань Дун.

– Учитель Юань, хватит уже. Вы с Фэнся и так получили по отдельной доле! – вмешалась Хань Лэй. – Су Сяотун и Гу Лэй делят одну на двоих. Чего вам еще надо?

– Для нас и одна доля на двоих – большая удача, – мягко сказала Су Сяотун. – Мы ведь переехали сюда недавно, да и к тому же женаты. А вы с учителем Юанем не расписаны. Думаю, сестрица Ямэй учла это.

– Уже само то, что мы попали в число наследников, неожиданно. – Гу Лэй старался скрыть довольную ухмылку. – Да и одна доля – это немало.

– И правда, даже первая выплата в полтора миллиона – целое состояние. Мои родители в горах за всю жизнь столько не заработали бы, – вздохнула Шэнь Фэнся.

Юань Дун молча кивнул.

– Вот и все основное содержание завещания. – Фэн Чжэн раздал распечатанные копии. – Кстати, даже если со мной что-то случится за эти двадцать лет, исполнение завещания не прервется – наша юридическая фирма продолжит выполнять все обязательства перед вами.

– Адвокат Фэн, раз вы были другом Гун Ямэй, почему она не оставила долю и вам? – поинтересовался Тань Юн.

– Вообще-то, она предлагала, но я отказался. Когда я работал в компании Гун Ямэй, она и так хорошо ко мне относилась. Потом, как частный консультант, я получал щедрые гонорары. Совесть не позволила бы мне принять наследство. Да и включать себя в завещание, будучи юристом, – сомнительно. К тому же за двадцать лет ведения наследственного дела я получу вознаграждение – оно предусмотрено в завещании и будет вычтено из общей суммы, – улыбнулся Фэн Чжэн.

Тань Юн кивнул.

После того как завещание обошло всех по кругу и вернулось к Фэн Чжэну, он сказал:

– Полагаю, никто не собирается отказываться от наследства? Тогда я приступаю к дальнейшим процедурам – нужно провести аудит и конвертацию всех активов Гун Ямэй, как упоминалось ранее. Это займет около месяца, но я постараюсь ускорить процесс. Как только все будет готово, мы переведем первую выплату каждому из вас.

– Благодарим вас за труды, господин Фэн, – сказала Ли Сюэли.

Остальные также выразили адвокату свою признательность.

– Не стоит благодарностей, это моя работа. Что ж, мне пора возвращаться в Ухань. До свидания.

Фэн Чжэн вежливо помахал собравшимся, взял свой чемодан и вышел из квартиры Ли Сюэли.

3

– Похороны закончились? – спросила Доу Хуэй, когда Тань Юн вернулся домой.

– Угу, – пробормотал он, опускаясь на диван.

Глаза его были устремлены в пустоту – он все еще не мог решить, как рассказать семье о неожиданном наследстве.

– У нас сегодня снова хого, – объявила Доу Хуэй, хлопоча на кухне.

– Хорошо, – автоматически ответил Тань Юн.

– Вчерашний обед влетел нам в копеечку. Больше пятисот юаней, – вздохнула она, перебирая контейнеры с остатками. – На эти деньги можно было бы недельный запас продуктов купить. Хорошо хоть том-ям не вылила. Разбавлю кипятком, овощей добавлю, вот и на обеде сэкономим.

– Ага, – кивнул Тань Юн, но мысли его были далеко.

Доу Хуэй подошла к мужу и заметила его отсутствующий взгляд.

– Что с тобой? Ты будто в облаках витаешь, отвечаешь односложно… Все в порядке?

Тань Юн поднял взгляд на жену, помолчал несколько секунд и спросил:

– Яли дома?

– Да, в комнате уроки делает, – нахмурилась Доу Хуэй.

– Позови ее сюда.

– Зачем?

– Просто позови. Мне нужно поговорить с вами обеими.

Доу Хуэй, испытывая смутное беспокойство, позвала дочь. Тань Яли появилась на пороге с недовольным видом:

– Пап, я контрольную пишу. Учитель велел засекать время, как на экзамене.

– Прервись ненадолго. – Тань Юн указал на диван напротив. – Это важно.

Мать и дочь, прекрасно знавшие, что Тань Юн обычно не устраивает семейных собраний без серьезного повода, переглянулись. В воздухе повисло напряжение.

– Пап… – осторожно проговорила Тань Яли, – что-то случилось?

Тань Юн посмотрел на них, беспомощно открыв рот, затем неожиданно усмехнулся и покачал головой. Эта странная пантомима только усилила их тревогу.

– Лао Тань, говори уже! Ты меня пугаешь…

Тань Юн глубоко вдохнул и медленно выдохнул:

– У меня такое ощущение, будто я во сне. Хотя это явно не так.

– Пап, хватит интриговать! – нетерпеливо воскликнула Тань Яли. – Говори уже, в чем дело!

– Даже не знаю, с чего начать… Когда вы услышите, то тоже решите, что это сон. – Он нервно провел рукой по лицу. – Вчера мы ломали голову над твоей учебой за границей, а сегодня… проблема решилась сама собой.

– Что? – Доу Хуэй резко наклонилась вперед. – Ты что, занял деньги у кого-то?

– Зачем брать в долг заранее? – Тань Юн покачал головой. – Ведь поездка не завтра.

– Пап, – глаза Тань Яли загорелись, – ты выиграл джекпот?

– Это куда невероятнее, чем джекпот.

– Тогда я сдаюсь.

Тань Юн снова сделал глубокий вдох, словно набираясь храбрости:

– Сегодня на поминках Гун Ямэй появился ее адвокат. После церемонии он сообщил нам, что она оставила завещание. Все свое состояние она разделила между членами нашей «Большой семьи»… включая меня.

– Серьезно? – Доу Хуэй схватила мужа за руку. – Сколько тебе досталось?

– Один миллион триста восемьдесят тысяч.

– Что?! Такая огромная сумма?! – Доу Хуэй аж подпрыгнула на месте. – У Гун Ямэй было столько денег? Но ты же говорил, ее компания обанкротилась…

– Подожди, я не закончил. – Тань Юн поднял ладонь. – Ежегодно по одному миллиону триста восемьдесят тысяч. Двадцать лет подряд. В сумме – больше двадцати семи миллионов.

Губы матери и дочери синхронно разомкнулись.

– Лао Тань… – Доу Хуэй наконец прикрыла рот ладонью. – Ты… ты сейчас не разыгрываешь нас?

– Ну скажи, по-твоему, я способен на такие шутки?

– Значит… это правда? – Она вскочила с дивана, дрожа всем телом. – Каждый год… миллион с лишним… О небеса… – Слова от волнения застревали в горле.

Тань Яли выпустила воздух со свистом.

– Мне… мне нужно пару секунд, чтобы это переварить.

Им потребовалось добрых десять минут, чтобы прийти в себя. Когда Доу Хуэй наконец заговорила, по ее щекам уже катились слезы:

– Это же… это же сама судьба! Точно как ты сказал – вчера голову ломали, а сегодня… – Она всхлипнула, сжимая руку мужа до побеления костяшек. – Небеса нас услышали! Как там говорится… «Небо вознаграждает усердие»! Вот оно, вот!

Тань Юн горько усмехнулся:

– «Небо вознаграждает усердие»? Неужели за то, что я ходил на посиделки к Ли Сюэли, Небеса решили осыпать меня золотом?

– Я не