Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

про тебя! – горячо перебила Доу Хуэй. – Я про Яли! Наша дочь так упорно учится. Разве Небеса могли этого не заметить? Они подарили Яли возможность поехать в лучший университет мира!

– Ну… это да, – кивнул Тань Юн.

– Только вот «вознаграждение» слишком уж щедрое, – фыркнула Тань Яли, игриво высунув язычок. – Моя учеба за границей обойдется максимум в миллион, а папе-то достанется больше двадцати семи!

– Именно поэтому мне как-то… не по себе. – Тань Юн поерзал на диване. – Чувствую себя мошенником. Незаслуженные деньги – они ведь как… как горячие угли в кармане.

– Да что ты мелешь? – Доу Хуэй всплеснула руками. – Деньги не украдены, не отняты! Гун Ямэй сама решила оставить тебе наследство. Да и не тебе одному – всей вашей «Большой семье»!

– Но я-то среди них чужак. Они живут в одном доме, видятся каждый день. А я лишь изредка захожу на их посиделки. Вот уж не думал, что Гун Ямэй включит меня в завещание. И вот еще что! Для остальных есть условие: двадцать лет жить в «Юэхайване», иначе лишатся наследства. И только у меня нет никаких ограничений, то есть я за просто так получаю эти двадцать семь миллионов

Доу Хуэй уже захлебывалась от восторга:

– Лао Тань… Скажи, за какие такие заслуги? Гун Ямэй… она и правда к тебе так хорошо относилась?

– Да уж слишком хорошо. – Тань Юн в замешательстве почесал затылок. – Кстати, мне нужно доложить об этом руководству…

– Что?! – Жена всплеснула руками. – Где это написано, что полицейские не могут получать наследство? Ты что, заставлял Гун Ямэй вписывать тебя в завещание? Какое твоему начальству до этого дело?

– Точно! Если что – уйдешь оттуда. Пап, ты же теперь мультимиллионер! Чего бояться какого-то начальника?

– Не неси ерунды! Полиция – это не просто работа для меня. Это призвание.

– Ага-ага! Мой папа – воплощение справедливости, гроза преступников, посланник мира! Самый крутой полицейский на свете! – Яли обвила руками его шею.

– Ну и язык у тебя! – Тань Юн шутливо щелкнул ее по носу.

В комнате раздался дружный смех.

– Пойду разогрею еду, – объявила Доу Хуэй.

– Мам, серьезно? Вчерашний том-ям? Папа же скоро станет миллионером! Разве это не повод для праздника?

– Опять в ресторан?

– Конечно! – неожиданно согласился Тань Юн. – Сегодня идем в хороший стейк-хаус!

– Ура! Ты лучший!

– А твоя контрольная…

– Сделаю, как вернемся. Сейчас я могу сосредоточиться на том, что впредь буду жить за счет богатого папули! – Дочь цепко ухватилась за отцовскую руку.

– Ну и ну, откуда в тебе столько наглости?

– Ха-ха-ха!

Видя, как сияют лица жены и дочери, Тань Юн ощутил прилив ни с чем не сравнимой радости. Оказывается, деньги могут приносить столько положительных эмоций. Впервые за долгие годы он осознал это с такой ясностью.

Глава седьмая. Темное пятно

1

Что можно сделать с ежегодным доходом в один миллион триста восемьдесят тысяч юаней? Ну, за вычетом налогов.

Если верить интернет-исследованиям, пара может позволить себе комфортное кругосветное путешествие за два миллиона. То есть на эти деньги двое людей объедут полмира, причем не в режиме жесткой экономии.

Если вложиться в недвижимость, в небольшом городе можно сразу без ипотеки купить трехкомнатную квартиру. Через двадцать лет в собственности будет как минимум двадцать объектов – и жизнь рантье обеспечена.

А если тратить на повседневные нужды? Ежедневный бюджет составит три тысячи семьсот восемьдесят юаней. Можно каждый день ужинать в ресторане на тысячу юаней – и все равно останется уйма денег. Или выпивать по сто чашек «Старбакса» в месяц. Любые развлечения, кроме, пожалуй, запредельной роскоши, будут тебе легкодоступны.

Одежда и аксессуары? Если не гнаться за люксовыми брендами, можно каждый день покупать новый комплект одежды или сумку из премиум-сегмента. Триста шестьдесят пять дней в году – столько же новых образов.

Знаете, даже Лю Цяндун, президент JD.com[19], как-то признался в интервью: «Вообще-то, я заметил, что моей семье хватает меньше миллиона в год». И это не уникальный случай. Обычной семье – если, конечно, не пускаться в безумные траты и не сталкиваться с крупными расходами – тоже редко требуется больше. Другими словами, один миллион триста восемьдесят тысяч в год – это финансовая свобода даже для состоятельных людей, не говоря уже о простых смертных.

Об этом размышляла Су Сяотун. И скорее всего, остальные тоже.

После того как Фэн Чжэн и Тань Юн ушли, в «Большой семье» воцарилась недолгая, но ощутимая тишина.

Первой ее нарушил Ван Синсин:

– Эй, вы уже пришли в себя?

Шэнь Фэнся покачала головой:

– Мне… нужно еще немного времени.

– Мне тоже, – добавил Юань Дун, оглядывая присутствующих. – Это правда? Мы все… станем мультимиллионерами?

– Похоже на то, – сказал Ван Синсин. – Причем без всяких усилий. Никаких рисков, никакой работы – просто один миллион триста восемьдесят тысяч каждый год, как по расписанию.

Ранее, пока Фэн Чжэн зачитывал завещание, дети – Фань Вэньцзин и Гу Сяолян – играли в соседней комнате. Теперь девочка вышла и спросила:

– Мама, а кто такой мультимиллионер?

– Это тот, у кого очень много денег, – объяснила Фань Линь.

– А у нас будет много денег?

– У всех нас будет.

– Ура-а-а! – Девочка захлопала в ладоши. – Тогда мне можно купить новую куклу Барби?

– Целый домик Барби купим! – не дожидаясь ответа Фань Линь, вставил Ван Синсин.

– Правда?! – Глаза Фань Вэньцзин загорелись.

– Вэньцзин, иди пока поиграй с Сяоляном, – мягко прервала ее мать. – Обсудим кукол позже.

Девочка послушно скрылась в комнате.

Ли Сюэли взглянула на часы:

– Уже половина первого. Давайте лапшу на обед приготовим, ладно?

– Серьезно? – Ван Синсин поднял брови. – Мы только что стали миллионерами, а в меню – домашняя лапша?

– Наследство мы еще не получили. Фэн Чжэн сказал – минимум месяц ждать.

– Какая разница? Все равно это дело решенное. Разве не стоит отметить?

– Синсин, мы только что с похорон вернулись. – Ли Сюэли нахмурилась. – Какие празднования?

– А что такого? Я из Сычуани. У нас после похорон как раз обед устраивают. Такой обычай.

– У нас в Гуйчжоу тоже, – поддержала Шэнь Фэнся.

– Что думаете? – Ли Сюэли обвела взглядом остальных.

– Думаю, не надо притворяться, – неожиданно произнесла Фань Линь.

– В смысле?

– Вижу же – все напряжены, стараются не показать эмоций. Но внутри… – ее губы дрогнули, – вы все так же ликуете, как и я, да?

После этих слов все переглянулись. Прошло несколько секунд – и Ван Синсин больше не смог сдерживать смех. Хань Лэй, сидевшая рядом, шлепнула его по плечу и тоже рассмеялась. В тот же миг