Смертельный след - Андреас Грубер

– В настоящий момент мы не можем быть уверенными на сто процентов, что на борту нет еще одного террориста. Также мы не можем исключить запланированный угон самолета или наличие бомбы в багаже.

Снова повисла короткая пауза.

– Тогда нужно подключить полицию аэропорта, выгрузить весь багаж, эвакуировать пассажиров и, возможно, терминал.

– До этого мы еще не дошли. Если бы вы не задерживали меня зря, я бы продвинулся гораздо дальше. – Снейдер оборвал разговор и бросил телефон полицейскому, тот успел поймать его в последний момент, прежде чем он грохнулся на пол. – Никогда больше не соединяйте меня с диспетчерской вышкой, поняли?

Полицейские, которые слышали разговор, побледнели, но теперь кивнули, стараясь сохранять спокойствие. Снейдер не особо верил в бомбу или угон самолета, но так он, по крайней мере, выиграл еще немного времени и задержал взлет. Ведь возможность того, что кто-то из сообщников Конрада действительно находился на борту, была реальной.

Снейдер знал, что время поджимает. Тем не менее ему еще нужно было допросить Конрада о других участниках. После того как пожар в доме Конрада уничтожил все документы, Анна погибла, а криминальная полиция даже в ее квартире не нашла ничего интересного, Конрад оставался их единственной зацепкой. Он должен был где-то спрятать всю информацию и контактные данные. Но где? Невозможно же было держать все это в голове. И к чему этот чертов рейс на Майорку? Им отчаянно нужна была дополнительная информация, чтобы парализовать всю террористическую сеть до того, как произойдут ужасные события.

Снейдер уже протиснулся мимо полицейских и взялся за дверную ручку, чтобы продолжить допрос, когда зазвонил его телефон. На дисплее высветился личный номер Фридриха Дромайера. «Еще и это!» Босс собирался устроить ему разнос из-за запрета на вылет самолета?

Снейдер снова отошел от двери и снял трубку.

– Вы звоните по поводу ареста Конрада и рейса на Майорку?

– Да, Снейдер, я уже в курсе всего, – раздраженно прогремел голос Дромайера сквозь помехи.

– Нам необходимо, чтобы самолет задер…

– Да, Снейдер, я знаю! Отличная работа. Я уже на пути в аэропорт. Буду через десять минут. Встретимся у контроля безопасности.

Помехи в трубке внезапно исчезли.

– До встречи, – выдохнул Снейдер, удивленный тем, что связь уже прервалась. – Он убрал телефон и обратился к полицейским: – Я скоро вернусь. А пока следите, чтобы Конрад не сбежал. И не разговаривайте с ним! – Он развернулся и направился к гейту.

Через десять минут он достиг пункта контроля безопасности, где стояла масса людей, и увидел, как две женщины-полицейские в форме провели Дромайера мимо очереди к полному сканеру тела. Тот сразу сработал, но Дромайер показал коллегам паспорт для своей протезированной руки, и его пропустили.

Коротко кивнув Снейдеру, Дромайер убрал паспорт, и они пожали друг другу руки.

– Конрад в допросной таможенной службы, – объяснил Снейдер, пока они быстрым шагом шли через зону дьюти-фри. – Вы прямо из Висбадена?

Дромайер кивнул:

– Я узнал о смерти Анны Бишофф прошлой ночью, а сегодня утром об аресте Конрада – поэтому сразу прилетел сюда на вертолете.

Снейдер кивнул. Это объясняло, как Дромайер оказался здесь так быстро, но не отвечало на главный вопрос – почему он вообще приехал.

– У меня все под контролем, – проворчал Снейдер.

– Верю вам, но это дело слишком важно для меня, – парировал Дромайер.

– Хотите сами поговорить с Конрадом? – предположил Снейдер.

– Не только… – сказал Дромайер, – сегодня утром я получил от БНД тревожные новости, которые не хотел обсуждать по телефону.

Глава 33

Пауль Конрад подергал наручники и задумался. Во время телефонного разговора, который лысый голландец вел в коридоре, Конрад напряг слух и уловил среди прочего слова бомба и угон самолета. По крайней мере, ему так послышалось. И это вполне могло быть правдой, потому что голландец уж точно не обменивался с диспетчером рецептами пирогов. Предположения копов были ошибочными, но они не могли рисковать, исключая какой-либо сценарий.

Сразу после этого голландцу снова позвонили, и он исчез. Если Конрад правильно услышал и пересчитал, сейчас в коридоре у двери оставались трое полицейских. Они обсуждали того самого голландца, которого, видимо, звали Снейдер и который был одинаково непопулярен как в полицейской среде, так и в криминальных кругах.

Конрад уже что-то слышал об этом Снейдере. Ну конечно! Внезапно все встало на свои места. Он вспомнил автомобиль с висбаденскими номерами, который видел за живой изгородью у соседей. Снейдер – тот самый нидерландский профайлер из БКА, один из ближайших доверенных лиц президента ведомства. И теперь Снейдер исчез – это был его шанс.

– Мне нужно в туалет! – рявкнул Конрад.

Тут же в комнату вошли двое полицейских. Пока один внимательно следил за ним, второй расстегнул ему наручники за спиной и защелкнул их спереди. Первым делом Конрад вытер пот со лба предплечьем. Затем его вывели.

В коридоре было заметно прохладнее, а воздух, благодаря работающему кондиционеру, намного свежее, чем в душной допросной. Правда, прогулка оказалась недолгой: туалет находился всего через две двери. Пока Конрад стоял у писсуара и мочился, полицейские наблюдали за ним косвенно – через зеркало.

Он застегнул молнию на брюках и, намыливая руки, завел разговор с полицейскими. Если ему удастся сейчас втянуть их в эмоциональный диалог, возможно, они забудут снова защелкнуть наручники за спиной.

– Я слышал, что мою дочь тоже допрашивают, – начал он, наклонившись к струе воды и сделав несколько глотков. – С ней все в порядке?

– Мне об этом ничего не известно, – ответил младший из двоих, с аккуратно подстриженными усами, которые снова вошли в моду.

Конрад перевел взгляд на старшего, в очках.

– У вас есть дочь? Тогда вы понимаете, что я сейчас чувствую.

Полицейский лишь подозрительно посмотрел на него.

Конрад сделал еще пару глотков, провел предплечьем по губам и вытер руки бумажным полотенцем.

– Где ее допрашивают? Здесь, на таможне?

– Не знаем, – сказал усатый, тогда как старший по-прежнему молчал.

– Я хотел бы увидеть ее, – продолжал Конрад. – Всего лишь на секунду. Мне этого достаточно. Я просто хочу знать, что с ней все в порядке.

Усатый открыл дверь и кивком указал наружу.

– Вперед.

Конрад пошел первым, тем же путем обратно в допросную.

– Полагаю, она тоже здесь, – предположил он. – Это ведь всегда одна и та же игра. Двух задержанных допрашивают одновременно и стравливают друг с другом. Ладно, это понятно, но…

– Мы об этом ничего не знаем, – перебил усатый. – Заходите! – Он втолкнул Конрада обратно в комнату.

– Я всего лишь хочу знать, все ли с ней в порядке.

Дверь