Искатель, 2012 № 10 - Журнал «Искатель»

— Так получилось, шеф. Были сложности.

— Понятно. Надо, Олег, срочно встретиться. Ты где сейчас?

— В Уварове.

— На какой улице?

— Да, такая тут... Не очень широкая улица... А вы где, шеф?

— И я в Уварове. Прилетел, понимаешь... Олег, у них улица Ленина есть?

— Была, сейчас это Московская.

— Вот давай на ней и встретимся. Через двадцать минут... Значит, так, в самом начале Московской! Ты помнишь, на каком этаже Павленко живет? Вот у этого номера дома.

Олег еще раз удивился мудрости Савенкова. Хитер! Полковников в КГБ зря не давали... Он по тону Олега понял, что тот боится прослушки и возможного хвоста. Выход был предложен простой и почти без риска.

Фраза «в самом начале» была сказана для возможных слухачей. Номер дома — этаж Павленко. Ну кто в этом низкорослом Уварове догадается, что один из отцов-основателей «Совы» живет на двадцать четвертом. Если ожидается слежка, то сеть раскинут от первого до седьмого дома. Ну, до девятого! Дальше фантазия у них не пойдет, а за двадцать минут ничего проверить нельзя.

Олег вышел из универмага и осмотрелся... Рядом находилась центральная площадь, где около пожарной каланчи скучала без клиентов группа местных таксистов-бомбил. Их Олег успел заметить еще утром, когда гулял в сопровождении двух олухов и синего «Фиата».

Не доходя до центральной площади, Олег увидел домик, с которым вчера многое было связано. Здесь дважды была Лана, здесь работает сердобольный архивист с красивой фамилией Мышлевский... А вот и он!

Из-под вывески «Уваровский городской архив» действительно вышел Вадим Мышлевский. Сутулый, помятый, но с ключами от машины. Он открыл дверь стоявшего на тротуаре «жигуленка» и занял место водителя... Олег быстро подошел к машине и сел рядом:

— Привет, Вадим! Очень рад вас видеть.

— Я тоже... Но кто вы?

— Не узнал? Буду богатым... Я — Олег. Ты был у нас вчера в гостинице... Вспоминаешь? Ты очень нам помог.

— Да, но вчера вы были несколько в другом виде:..

— Ах, так тебя это смущает, — Олег провел рукой по своим почерневшим волосам. — Да это я! Я себе волосы покрасил... Поехали! Нас не должны видеть вместе.

Когда Вадим снимал правую руку с руля, было видно, как она дрожит... Олегу стало жаль парня. Вчера этот Вадим совершил подвиг. Даже два — подслушал разговор начальника и предупредил об опасности совершенно незнакомых ему москвичей. Но все это он делал сам, по велению своей совести. А тут вваливается в машину странный свежепокрашенный парень и заставляет делать что-то непонятное.

Они остановились у двадцать шестого дома по Московской. Оставалось только смотреть вперед и, при появлении Савенкова, начать движение. Дальнейшее в двух вариантах: или к автобусной станции, или, что лучше, прямо в Бродники.

Олег еще раз с жалостью посмотрел на Мышлевского. Развеселить его не получится, но отвлечь можно.

— Если бы не ваша вчерашняя помощь, Вадим, не любовался бы я этой красотой... Симпатичный у вас город.

— Да, город великолепный. Старинный, но не старый... Все москвичи говорят, что у нас очень тихо, спокойно. Преступности почти нет.

— Да уж, почти... И название красивое. Уваров — звучит как что-то благородное, дворянское.

— Название действительно замечательное... Когда на нас татары наступали...

— Одни или с монголами?

— Вместе... Подходит к городку орда, местный князь с воинами и населением — ставят котлы на костры и кипятят все, что есть: смолу, масло, квас... Татары с монголами — на приступ, а им сверху на головы горшки огненные.

— Ну и что?

— Не понятно, Олег? Врага можно убить, уломать, уговорить. А наш князь татар... вместе с монголами уварил. И город стал Уваров.

— Согласитесь, Вадим, легенда довольно мрачная... Я живу в городе вареных татар.

— Может быть, это и легенда. Вот по соседней Самаре еще интересней... В древние времена Волга называлась Ра. Слышали об этом?

— Слышал. Это, кажется, от слова «поле». Ратник, орало...

— Верно, Олег. Огромное водяное поле — Ра... Так вот, впадает в эту Волгу-Ра крупная речка и начинает ее теснить. Ра возмутилась. Ты, говорит, нахалка. Я великая река. Я Ра! А та отвечает: я сама Ра... Сама Ра... Это уже потом на этой речке город появился. А от борьбы их на Волге излучина осталась.

— Любопытно, Вадим. Сразу видно историка. Это мы, серые, в одном времени живем. А оно, наше время, лишь «миг между прошлым и будущим. Все было, все было. Было и прошло...» И татары были в силе, и скифы, и греки.

— Очень точно, Олег... Кстати, о греках. Вы думаете, Стамбул — турецкое слово? Вовсе нет! Дело было так... Ведет предатель турок к Константинополю и все время на чистом древнегреческом сообщает: «Ис там поли», что значит — «там город, в этом направлении». Турки берут столицу Византии и называют ее Истамполи. Потом Истамбул, а в современном варианте Стамбул... Вы извините, Олег, я волнуюсь и говорю вам всякую ерунду.

— Даже очень интересно... Кстати, о ерунде. Вы думаете, Вадим, это русское слово? Вовсе нет! Петр Великий корабли построил и немцев пригласил наших мужиков муштровать. Те гоняли наших по палубе и по мачтам и орали: «Хир унд да», что значит — «быстрее, туда-сюда». Наши к такому не привыкли: «Чего немец орет? Хир унд да... Ерунда какая-то». Вот так... Стоп, Вадим! Ерундой больше не занимаемся. Давай самый малый вперед... Надо взять на борт того круглого лысого дяденьку. Очень хороший человек.

После приветствий Савенков задал вопрос, который ошеломил Олега:

— Ты телевизор здесь смотришь?

— Не приходилось, уже три дня в ящик не глядел.

— Серый ты, Крылов. Тогда слушай... Сегодня рано утром передавался репортаж из вашего Уварова...

Через час они уже были в Бродниках.

Мышлевский не знал, что