Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

том, что ты флиртуешь с девицами, виновата я? – прошипела она. – Как ты смеешь, Торкель? Значит, тебе не хватает женского внимания, притом что я работаю полный день и у нас годовалый сын? У тебя определенно что-то с головой, Торкель.

Юлия выскочила из спальни, несколько раз на ходу сцепив и расцепив пальцы, и вышла в прихожую. Как же она была рада, что не взяла его фамилию!

В мозгу искрами вспыхивали воспоминания. Мускулистое тело Адама… его губы… Юлия знала, что ведет нечестную игру. То, что сделала она, хуже, чем зарегистрироваться в «Тиндере». Но это не уменьшало ее злобы.

Когда она закрыла за собой входную дверь, огромный ком снега полетел с крыши на машину Торкеля. Юлия не остановилась. Это его проблема. Не ее.

На этот раз квартира не так впечатляла. Мина и Рубен знали, чего здесь можно ожидать. Да и обстановка комнат больше не внушала ощущения радости и благополучия. Жозефина Лангсет выглядела усталой, когда открыла им дверь.

Повсюду стояли контейнеры и коробки. Вечерние газеты уже раструбили, что квартира Юна Лангсета по Нарвавеген продается. Нужно вернуть хотя бы часть денег, похищенных через «Конфидо».

– Когда переезжаете? – спросила Мина, следуя за хозяйкой через огромную прихожую.

Ей было жаль Жозефину Лангсет. Рубен все еще стряхивал снег с ботинок, но вскоре поспешил за ними.

– В эти выходные, – тихо ответила Жозефина. – Нам дали срок до воскресенья.

Ее голос дрожал. Мина понимала, что не стоит жалеть Юна и Жозефину, слишком долго купавшихся в роскоши за счет других людей. Но разбросанные среди ящиков и коробок детские игрушки говорили иное.

– Мы можем присесть? – спросил Рубен, указывая на диван – одинокий островок роскоши и уюта посреди разобранной квартиры.

– Конечно, – ответила Жозефина, осторожно присаживаясь на край дивана. – Остальную мебель уже перевезли. На следующей неделе все будет выставлено на аукционе «Буковски».

За большими окнами опять начался снегопад. Скоро на улицы выйдет снегоуборочная техника. Нарвавеген, безусловно, у них в приоритете.

– У нас вопрос по поводу вашего пребывания в отеле Ellery beach house. Вы упомянули, что провели там несколько дней накануне исчезновения Юна.

– Да. – Глаза Жозефины тревожно заблестели. – У меня трое маленьких детей. Иногда нужно просто побыть одной. Юн понимал такие вещи. Просил няню на время переехать к нам, чтобы я могла провести выходные в одиночестве.

– И вы провели их в одиночестве? – спросила Мина, пристально глядя на Жозефину.

Это было то, за что она ненавидела свою работу. Копаться в чужом грязном белье. Но полицейским не следует отворачиваться от этого, слишком часто частная жизнь бывает связана с преступлениями.

– Да… я была там… одна. – Тон стал настороженным, Жозефина отодвинулась дальше к краю дивана.

– Может, вы повстречали в отеле кого-то из знакомых? – спросил Рубен.

– Нет, нет… Или что вы имеете в виду?

Она переводила взгляд то на Рубена, то на Мину.

– У нас есть информация, что в отеле вы были не одна.

Мина затаила дыхание. Фраза Кристера о дорогих отелях заставила вспомнить, что рассказывала Жозефина о переселении в самый дорогой из отелей Стокгольма. Краем глаза Мина поймала вопросительный взгляд Рубена и медленно опустила веки в знак того, что будет молчать и ждать признания Жозефины. Люди не выдерживают тишины. Стремление заполнить ее почти инстинктивно. А тишина, повисшая в воздухе после заявления Мины, была особенно неуютной и давящей.

Тем не менее Жозефина долго молчала, пока наконец не приняла решение. Плечи опустились. Она сдалась.

– Я была там с Густавом.

– И как давно вы… общаетесь? – спросил Рубен.

Он положил голову на спинку дивана и закинул ногу на ногу.

Мина заметила большую дырку у него на пятке.

– Не так уж давно, – ответила Жозефина. – Около полугода. Все началось на празднике в честь Мидсоммара в доме Петера Крунлунда. Это третий из совладельцев «Конфидо». Мы слишком много выпили. Юн оказался в одной комнате с двадцатилетней коллегой, которую посадили в совет директоров скорее в качестве украшения. Ну а мы с Густавом…

Жозефина отвела взгляд и убрала невидимую нить с подлокотника дивана.

– Юн знал? – спросила Мина, следя за снежинками за окном, медленно опускающимися на асфальт.

Жозефина уверенно покачала головой:

– Нет, он точно ничего не знал. Юн ни за что не смирился бы с этим.

– А как вы думаете, – осторожно начал Рубен, – мог Густав избавиться от Юна?

– Нет, что вы… Густав не убийца. Он никогда не причинил бы вреда Юну. И он, я уверена, еще разберется с этим бардаком вокруг «Конфидо». Понимаю, как это выглядит со стороны, но у нас с Густавом не просто случайный роман. Мы многое обсудили после исчезновения Юна. Густав меня поддерживал, и у нас планы на совместное будущее. Он только разберется со своими делами дома.

– На совместное будущее? – переспросила Мина, теперь уже с трудом скрывая презрение. – Это хорошо, что у вас с ним все настолько серьезно. Потому что, боюсь, в скором времени Густаву самому понадобится хорошая поддержка. Я имею в виду его нынешнее финансовое положение.

– Финансовое положение? – растерянно переспросила Жозефина.

– Я о том, что Густав растратил все свое состояние, – вздохнула Мина и сделала невинное лицо. – И что он по уши в долгах. Очень любезно с вашей стороны предоставить ему мягкую посадку.

С лица Жозефины сошла вся краска. Она ничего не говорила, только хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

– Спасибо за уделенное нам время, мы свяжемся, если возникнут другие вопросы. – Мина поднялась с дивана.

Жозефина оставалась сидеть, окруженная пирамидами коробок. Рубен и Мина вышли в холл и надели верхнюю одежду.

Тесный лифт тяжело поехал вниз. Мина вдохнула через нос, глядя на свое отражение в старом, массивном зеркале. Несколько выбившихся из хвоста прядей свисало на скулы. Рубен улыбнулся, встретив ее взгляд в зеркале:

– Думаю, шансы Густава удержаться за счет Жозефины упали до нуля, – сказал он. – Не знал про твои садистские наклонности, но это действительно было весело.

– В следующий раз не забудь прихватить попкорн, – ответила Мина.

– И я ни на секунду не поверил в неспособность Густава причинить вред ее мужу, – продолжал Рубен. – Эти двое вполне могли работать вместе против Юна. Думаю, нам стоит внимательнее присмотреться к такому сценарию.

– Согласна, – кивнула Мина.

Каждый раз, когда кто-то входил или выходил, на двери звенел колокольчик. Это напомнило Адаму старый фильм «Жизнь прекрасна», который Мириам так любила, что они сделали маленькой семейной традицией пересматривать его под Рождество. «Каждый раз, когда звонит колокольчик, у ангела вырастают крылья» – фраза из этого фильма. Мама знала