Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Тот, в котором Патрис Котеле был оставлен умирать, всё ещё стоит, и его ремонт не выглядит особенно завершённым. Однако брезент и леса уже сняли, скорее всего, от усталости, чем из желания сделать работу качественно.

Внутри, как ни странно, оказались почти те же мешки с цементом, что и в 1982 году. Власти, похоже, не спешили с завершением строительства. Эта мысль породила другую: Франция переживала период сосуществования. Миттеран был президентом, Ширак – премьер-министром. Две силы, взаимно нейтрализующие друг друга. Свифт никогда не занимался политикой – это было недостойно его, по его мнению, – и нынешняя ситуация лишь усиливала его презрение: всё это казалось шуткой.

Наверху всё заброшено. Лестница не достроена, стены голые, с некрашеными шлакоблоками. Почему такая заброшенность? Как будто это место покинули в спешке…

Свифт находит комнату Каутиуса. Пустая. Он чувствует себя так, будто идёт по заброшенным киностудиям. Он снимает куртку, но на этот раз остаётся в ботинках – слишком много пыли на полу – и отправляется на поиски эпитафии в стиле своего плутова. Но стены голые, пол тоже. Поэтому поиски оказываются быстрыми и безрезультатными.

Полицейский наконец сел на землю, скрестив ноги, или даже, если уж на то пошло, в позу лотоса… Он подумал. Он был уверен, что Санс-Солей, обязанный обозначить место преступления, где-то оставил его имя.

Он встаёт, ещё раз оглядывается, проводит рукой по каждой поверхности, изучает каждый угол, каждую тень. Ничего. Внезапно к нему возвращается воспоминание. Бедный Котелё практически жил на стройке. В комнате напротив сохла бетонная плита. Полицейский вспоминает о ленте, запрещающей въезд, которая должна была защищать ещё свежую поверхность.

Может быть… Свифт пересекает коридор и входит в комнату, которую когда-то строили. Ничего не изменилось. За четыре года бетон едва успел высохнуть, но никто не посчитал нужным что-то ещё делать.

Теперь Свифт уверен в своей находке. Его шаги разносятся эхом – это прораб осматривает стройку. Он ощупывает землю, отслеживая каждую отметину, каждую трещину… Не сделав и десяти шагов, он обнаруживает надпись, начертанную в то время на мягкой поверхности гвоздём или палочкой:

БЕЗ СОЛНЦА

Ни предложения, ни комментария, но этого вполне достаточно.

Фото. Если бы у Свифта были время и деньги вернуться в риад Кароко, он бы наверняка нашёл там ту же самую выгравированную подпись.

За окном мирно садится солнце. Розовое сияние под липами авеню Клод-Вельфо. Томность предвечернего времени. Свифт, вечно плывущий против течения, воодушевлён своими открытиями. Сан-Солейль нанёс четыре удара, и каждый раз ему хотелось оставить свой след. Эти два слова делают убийцу почти невыносимой реальностью. Его рука – та, что держала мачете и с яростью кромсала жертв на куски, – успокоилась, чтобы аккуратно выцарапать своё имя, или, скорее, прозвище, на цементе, на бетоне, на камне.

Сегодня всё просто: достаточно отправиться на Гаити и узнать, кто скрывается за этим псевдонимом. Где именно? В Сен-Солей. Если повезёт, если это можно так назвать, сам убийца вернётся домой. Свифту вдруг приснилась дуэль на солнце, рука об руку, на плантациях сахарного тростника. Полицейский всегда был романтиком в душе — это его и погубит…

62.

На следующий день он черным по белому излагает то, что он знает, или то, что, как он думает, он знает.

В начале 1980-х Сан-Солей прибыл в Париж. Будучи геем, он стал проституткой, часто посещая «Палас» и «Ле-Бэн-Душ». Он был красивым, метисом и женоподобным. Он выживал в столице, словно кошка, умея приспосабливаться.

Вскоре он начинает встречаться с Федерико, который скрывает это от Хайди. В то же время чилиец скрывает свою связь с Вернером Кантубе, тоже проституткой, тоже мулатом, но на этот раз бандитом, жестоким убийцей. В какой-то момент Санс Солей дарит Федерико часы «Принц Альберт» с гравировкой своего имени. Незадолго до этого, по неизвестной причине, на него напали, или он решил изменить внешность. Так или иначе, в мае 1981 года его лицо забинтовано.

Свифт воображает. У двух молодых людей тайный, страстный роман. Федерико всё ещё заводит любовниц? Возможно. С другой стороны, Свифт почти уверен, что скрывает Санс-Солейл от Вернера, и наоборот. Принц Альберт? Молодому чилийцу придётся придумать объяснение — в конце концов, выгравированные слова могут иметь самые разные значения…

В начале 1982 года Федерико заболел. Каково было отношение двух влюблённых? Вернер был мерзавцем, садистом-убийцей, который привык мучить свою возлюбленную. Возможно, он успокоился. Он навестил Федерико и поинтересовался его самочувствием. Свифт не мог постичь природу этих садомазохистских отношений, но интуитивно догадывался: Вернер был способен пытать Федерико, засовывать ему в анус лезвия бритвы (возможно, чтобы тот не занимался проституцией, кто знает), втягивать его в убийство, но в то же время любил свою чилийку.

Точно так же крепкая связь объединяет Федерико и Санса Солейла. Как последний реагирует, узнав о болезни своего партнёра? Безусловно, плохо. Он опустошен, но также боится заразиться СПИДом. Что и происходит весной 1982 года. Санс Солейл теряет контроль. В ночь с 8 на 9 июня 1982 года он врывается в дом Федерико, держа умирающего в руках мачете, и рубит его на куски.

В этот момент Свифт пытается объяснить несколько фактов. Во-первых, если Санс Солейл — проститутка, почему он так уверен, что Федерико его заразил? Другая проблема психологическая: эти двое мужчин глубоко влюблены, оба заболевают, и эта любовь, по крайней мере со стороны Санс Солейла, превращается в слепую ярость. Возможно ли это? Скажем так, правдоподобно.

Свифт может лишь строить догадки о происхождении Сан-Солейля. Этот парень вырос на Гаити в 1960-х, во времена правления Папы Дока. Он пережил диктатуру, насилие и террор. Вероятно, он начал работать на плантациях сахарного тростника в Сен-Солейле, а затем — гипотеза, основанная на показаниях Марселя Илунги — стал тонтон-макутом. Он научился маршировать, терроризировать население и убивать, не моргнув глазом. Приехав в Париж, он взял с собой свой старый верный мачете и несколько местных продуктов, например, тот невероятный яд, приготовленный из внутренностей фуфу…

Нет никаких сомнений: молодой человек пережил на Гаити глубокую травму, о чём свидетельствует его образ жизни. Возможно, поначалу он считал, что хорошо адаптировался к жизни в Париже. Возможно, он думал, что нашёл любовь с Федерико и оставил позади мучительное прошлое. Но болезнь всё разрушила: вместе с травмами в нём вновь пробудилась жестокость Гаити.

Был ли Сан-Солей на похоронах Федерико? Или Котёле? Невозможно сказать. Известно лишь, что у него СПИД, но болезнь, по непонятной причине, оставляет его