Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

рассеянный и смягченный полотном шатра. Он словно очерчивает очертания предметов, разгоняя тени. Неожиданная свобода и мягкость разливаются в воздухе. Прозрачность, словно многослойное стекло.

«Перестань валять дурака, — резко сказала Хайди. — Доведешь ты это до конца или нет, это полностью зависит от тебя. Мы с Сегюром всегда были аутсайдерами, случайностями… Сегюр — врач, а я… я его ученица».

Он хватает сумку и направляется к выходу.

– Я думаю, я понимаю.

Стоя между двумя походными кроватями (Свифт делил палатку со своим ипохондриком-водителем), она оставалась неподвижной, преграждая ему путь, скрестив руки.

– Ты никогда не называл меня Патриком.

– Это имя тебе не подходит.

- За что ?

Она пожимает одним плечом.

– Ты не просто парень с именем. Ты просто парень с значком.

– Я воспринимаю это как комплимент.

– Ты настоящий коп, и я уверен, ты поймаешь своего человека.

– Это твой способ пожелать мне удачи?

– Тебе и удача не нужна. У тебя есть мозги, этого более чем достаточно.

– Пока что это не помогло мне далеко продвинуться.

– По крайней мере, до этого лагеря. И до самого Гаити, если я правильно понимаю.

Свифт наконец улыбнулся.

– Пропустите меня.

Хайди отходит в сторону, но не расцепляет рук. А когда Свифт проходит мимо, она целует его в шею.

– Hasta luego, querido, – шепчет она.

Рефлекторным жестом он поднимает руку, держащую сумку, словно машет ей, как Счастливчик Люк, даже с занятыми руками. Он также надеется, что это поможет ему разобраться с множеством спутанных чувств в голове.

У него будет достаточно времени, чтобы разобраться во всем в самолете.

III - СЕН-СОЛЕЙ

61.

Четыре дня, не меньше, чтобы вернуться в Париж. Те же трудности, что и по дороге, только без административных хлопот с разрешением на поездку. Когда он наконец возвращается в свою квартиру на бульваре Араго, Свифт с трудом верит своим глазам. Каждое ощущение странное, словно отдельное, оторванное от него самого. Дышащий паркет, глухие фанерные двери, маленькая парковка под окнами с жидкими живыми изгородями из бирючины. Всё кажется фальшивым, шатким… Настоящая декорация. Он сам чувствует себя ничтожным.

Он берёт календарь и понимает, что пропустил четыре или пять дней отпуска – он путается между рабочими днями, праздниками, выходными, календарными… – неделю отпуска, которую сам себе отвёл. Стоило ли ему кому-то рассказать? Меццу? Фрессону?

Он объяснится с Британской Колумбией, прежде чем взять ещё одну-две недели отпуска. Сейчас суббота, и у него есть выходные, чтобы подготовиться к следующей поездке.

Но сначала он хочет кое-что проверить.

Принимает душ, освежается. Прежде чем одеться, смотрит на себя голым в зеркало. Он понимает, что сбросил в Африке как минимум два-три килограмма. Зрелище не из приятных. Ребра можно пересчитать, а руки похожи на вязальные спицы. Не совсем подходящее телосложение для встречи с убийцей…

Всё это нужно спрятать. Быстрый поход в шкаф. Надушенная рубашка, хлопковый блейзер, новые джинсы Levi’s, кеды Docksides на босу ногу — морской стиль всё ещё в моде…

Он готов к новой экспедиции, но снова чувствует себя нестабильным, измотанным и даже выпотрошенным, как дичь. Да, Африка, выпотрошив тебе внутренности и опустошив тебя от поясницы до груди, вернула тебя в строй гораздо легче…

Он забирает свою «Панду» со стоянки. Всё тот ??же слегка угловатый вид. Ремень безопасности. Зажигание включено. Направляется на Правый берег. Жара напоминает ему 1982 год, когда он проводил первую часть своего расследования. Вполне уместно, ведь он направляется к улице Терезы.

Постепенно парижский камень восстанавливает свой вес. Он вновь обретает присутствие, плотность. Паркуясь на улице Даниэль-Казанова, как в старые времена, он обретает своё тело. Он безоружен, но носит в кармане удостоверение полицейского. Настоящий полицейский в рабочем состоянии, пойманный с поличным за сверхурочной работой.

В доме номер 20 по улице Терез вывески изменились. Компании бывшего «Кароко» исчезли. Теперь, похоже, другие рекламные агентства, художественные студии… В лифте у него мелькнула мысль о рекламном директоре. Он всё ещё не разгадал тайну педофилов, но не забыл о них. Они получат по заслугам.

Верхний этаж. Тот же коридор. Всё ещё в воздухе стоит густой запах пыли и чернил для ксерокса. Дверь в старую квартиру Федерико в конце. Свифт стучит, на всякий случай. Ответа нет. Он достаёт ключ-карту и в мгновение ока открывает её.

Квартира превратилась в кладовку, заполненную коробками с бумагами, папками и скоросшивателями. Большой копировальный аппарат занимает угол комнаты, которая раньше была гостиной чилийца.

Надпись на каменной плите в Ямбуку убедила его, что он что-то упустил тогда. Теперь он стоит на коленях, внимательно осматривая основание стен и плинтусы. Ничего не находит. Не испугавшись, он принимается отдирать ковёр. Не полностью, нет, только по углам, где он естественным образом загибается.

Ну вот и все.…В углу бывшей гостиной, под ковром, высеченные на цементе (если только это не штукатурка, он не очень разбирается в каменной кладке), два слова струятся по поверхности. Резким почерком, с заострёнными буквами «Л», такими же, как на африканской скале: «БЕЗ СОЛНЦА».

Убийца, подобно собаке, которая мочится на каждый фонарный столб на своей улице, не мог не пометить свою территорию. Как ни он, ни Мезз могли не заметить этого в тот момент?

Свифт принёс свой Polaroid. В ослепительном свете пыли, сидя на спине, он сделал несколько снимков. Затем он собрал снаряжение, оделся и оставил все коробки в коридоре. В понедельник их ждёт сюрприз. Это маленькое хитрое завоевание никому не повредило.

В своей «Панде» полицейский доволен. Он снова нашёл своё место во вселенной. Эти два слова словно нить, протянутая между 1982 и 1986 годами, между улицей Терезы и Пещерой обезьян. Киллер любит путешествовать, да, и Свифт со временем тоже проникается к этому вкусом.

Пока что он наслаждается ревом машин. Даже не думая о том, чтобы вставить кассету в магнитолу или включить радиостанции коллег. Опустив окна, он впитывает палящее солнце этой знойной субботы и позволяет движению унести себя. День туриста в Париже…

Именно это и предпочитает Свифт: работать по выходным, шпионить по ночам, суетиться в те моменты, когда обычный мир расслабляется.

Больница Сен-Луи. 15:00. Для входа в укреплённый город ему достаточно лишь полицейского удостоверения. Ничего не изменилось. Возможно, с момента его последнего визита построили одно-два здания, он не мог сказать точно, но смесь всё такая же неудобоваримая: постройки времён чумы и сборные конструкции