Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

«Когда ты здесь белый, — продолжал он, когда принесли новые напитки, — тебе лучше стать очень маленьким. По-настоящему маленьким. Ты слышал о нуаризме?»

– Смутно.

– В XIX веке чернокожие здесь перебили всех белых. Проблема решена. С тех пор воцарился иррациональный расизм. Возьмите все века ненависти и насилия белых против чернокожих, положите в шейкер, энергично встряхните и подайте перевёрнутым: получится нуаризм. Своего рода бессмысленная и иррациональная ненависть к западным людям, включая, конечно же, людей смешанной расы, которые пользуются особым статусом.

– Однако Гальвани – мулат.

У Гальвани нет цвета кожи: он богат. Он единолично контролирует рынок сахарного тростника на Гаити. К тому же, большинство богатых семей здесь — смешанной расы. В таких случаях просто отступают. Как и с американцами. Никто их не выносит, но мы всегда рады их деньгам…

Свифт мало интересуется политической ситуацией на Гаити. Зато его очень интригует личная жизнь Гальвани. Этот король гей-тусовки, с которым он познакомился в Париже, был здесь женат на мегере.

Но сначала отметьте галочками:

– Имя Санс-Солейл вам о чем-нибудь говорит?

– Нет. Кто это?

- Я не знаю.

– Похоже, ты умеешь плавать, мой малыш.

Свифт вынужден рассмеяться:

– Брассом – да. А Гаспар Мвамба?

– Я его хорошо знал. Он был бригадиром, как и я.

– Что вы можете мне о нем рассказать?

– Да ничего особенного. Серьёзный парень, всё такое. По-моему, он был из пиджака.

– Вы знали ее любовников?

– Нет, но тогда в казармах творилось много траха. И гетеросексуалы, и геи, для всех находилось что-то своё, для всех цветов кожи…

Боялся ли он какого-то конкретного человека? Тонтон-макута?

- Нет.

Поверните направо полностью:

– Расскажите мне о мисс Андерсон.

– Странные у тебя вопросы, парень. Что именно ты расследуешь?

– Жорж Гальвани.

Ответ вырвался прежде, чем он успел подумать. В конце концов, это была полуложь или полуправда. Богатый плантатор играл в этой истории свою роль, Свифт был в этом уверен.

– У него проблемы в Париже?

– Ничего не могу сказать… Это тайна следствия.

«Ты хочешь так играть?» — рассмеялся Лало. «Как пожелаешь». (Он залпом осушил стакан.) «В конце концов, мне всё равно, и я люблю вспоминать старые добрые времена…»

Загар у него краснеет от рома. Лицо разрумянилось, а глаза сияют, как бриллианты.

– Я мог бы написать книгу о матушке Андерсон…

Свифту пришла в голову идея:

– У вас с ней были… ну, особые отношения?

– Ты хочешь знать, спал ли я с ней? Все с ней спали.

Свифт остаётся невозмутимым. Он пытается представить себе Гальвани — надменного, элегантного, весёлого, женатого на нимфоманке… Невозможно.

Лало открывает рот так широко, что может проглотить попугая, и делает глубокий вдох:

«Когда я приехал на Гаити в конце 1960-х, это был чистейший ужас. Франсуа Дювалье правил страной своим собственным жестоким и сложным способом. По малейшему поводу он спускал с поводка своих псов с их «Узи» и тёмными очками. Никто не понимал его цели, даже он сам. Люди часто говорили, что он выжил из ума. Я думаю, он был просто сумасшедшим. Параноик, который, какой бы вопрос ни решал, решал его мачете или пулемётом. Добавьте к этому хорошую дозу вуду, и вы согласитесь, что ситуация была довольно сложной… Старику хватило здравого смысла умереть в 1971 году, но он успел назначить своего сына, Жан-Клода, пожизненным президентом. Всё это не имело смысла, но таковы здесь дела. Фарс, всегда фарс!» Вы только посмотрите на их наряды… Папа Док часто носил фрак и цилиндр. Совершенно гротескно. Это как раз то, что нужно Гаити: смесь комедии дель арте и кошмара… В общем, сын берёт власть в свои руки. Он ленивый бездельник, думающий только о деньгах. Поначалу он притворяется, что хочет что-то изменить, но это всего лишь очередная афера. Тонтон-макуты никуда не делись. Хищения и торговля продолжаются, как и схемы с участием южноамериканских наркоторговцев. Дювалье и эти мерзавцы прекрасно ладят: географическое положение Гаити идеально подходит для того, чтобы страна стала центром наркоторговли, прямо на пороге Соединённых Штатов… Бэби Док загребает миллионы и ведёт разгульный образ жизни со своей женой Мишель Беннетт, тоже феноменом, которая, к тому же, весьма дружна с Миррой Андерсон…

Свифт пытается обуздать Лало:

– Да, тогда вернемся к ней…

– Я иду, малышка. Не будь нетерпеливой.

Жестом он снова подаёт знак официанту, который явно бодрствует. В ожидании следующего глотка Лало направляет указательный палец, похожий на пистолет, на два полных стакана «Свифта».

– Ты же их не пьёшь? А мне можно?

У копа нет времени соглашаться. Лёгкое движение руки – и жребий брошен. Тик-так, как два выстрела из дробовика.

– Знаешь, что здесь говорят?Рам, это он моя мама, Рам, это он мой папа.

- Что это значит?

– Ром – моя мать, Ром – мой отец.

Снова смех. Свифт не может не восхищаться Лало. Он говорит по-креольски, живёт здесь много лет, он — одно целое со своим окружением. Полицейский обожает такие местные штучки.

«Маленькая Андерсон, – продолжал Лало, – она жадная девочка. Она родилась богатой, очень богатой. Она жила тропической жизнью, где чрезмерная роскошь сочетается с изнуряющей жарой. Ты потеешь, расточаешь, выживаешь, хвастаясь, но это съедает тебя изнутри. В конце концов, её отец совершил ошибку. Он встал на сторону одного из противников Дювалье. Его вынудили бежать. Разорённый, он и его семья были сосланы в Майами. Мирра закончила свою юность в нищете. Не знаю, как ей это удалось, но она стала переводчицей, а затем актрисой. Она была молода, смешанной расы и красива. В 1966 году она случайно получила роль в фильме «Комедианты», действие которого, предположительно, происходит на Гаити, с Ричардом Бёртоном и Элизабет Тейлор. Она сыграла роль горничной».

– Откуда вы все это знаете?

Лало разражается смехом.

– Но она только об этом и говорила! Этот фильм был её единственным прославлением!

- Продолжать.

Несколько лет спустя Гальвани смотрит фильм и без памяти влюбляется в Мирру. Он отправляется во Флориду, чтобы найти её, и предлагает ей руку и сердце – он, самый богатый человек на Гаити! Она сразу понимает, какой это шанс. Это уникальный шанс отомстить стране, изгнавшей её семью. По-моему, она также понимает, что Гальвани работает в киноиндустрии, даже если он, бедняга, пока об этом не знает… Они женятся в начале 1970-х. Пышная церемония. Отец Гальвани