Темная ночь - Пейдж Шелтон

Им копы были не нужны, но вызов сделали другие туристы, услышавшие драку. Твой дед ездил сам и составил отчет, но среди бумаг его нет – а его отчеты обычно очень подробные. Вот что еще: мужчины заявили, что просто подрались и все в порядке. Алкоголя или наркотиков на стоянке не нашли, но вот спальных мешков было три. В бумагах не говорится, спрашивал ли ваш дед о том, куда делся третий человек, но он должен был спросить, и он всегда о таком спрашивал.

– Да, всегда.

– Бет, описание автомобиля со стоянки соответствует фургону, где тебя держали.

– Господи.

– Он уже тогда был старым, но вполне может оказаться тем же самым. Также там были следы шин другой машины. Что странно, в тексте об этом не упоминается, но к делу приложены фотографии. Опять же, такой ошибки твой дед бы не допустил. Он сознательно исключил упоминания следов, но вставил фотографии – готов поспорить, это не случайно. Наверное, хотел разобраться со следами потом, без лишних глаз, на случай если они принадлежали машине твоего отца. Мы никак не можем знать наверняка, но я думаю, твой дед хотел держать ситуацию под контролем. В общем, следы на фотографии отлично видно. Если ты сможешь назвать модель автомобиля, на котором тогда ездил твой отец, я постараюсь выяснить, могли ли у него быть такие шины. Я знаю, что на исчезновение твоего отца также заведено дело. Я сам открывал его, Бет, но ни одного упоминания машины в нем нет.

– Невозможно. Это же важная деталь. Если найдем машину, вероятно, найдем его.

– Я знаю. Это должно быть в деле.

Я посмотрела на Мил. Она все еще не двигалась. Она знала?

– Ты помнишь, какая у него была машина? – продолжил Стеллан.

– Сразу не вспомню. Дайте минутку, может, всплывет. – Я схватила карандаш и листок для заметок, накарябала: Какая у папы была машина? – и сунула Мил. – Что там еще есть?

– Показания тех, кто вызвал полицию – туристов. Твой дед с ними разговаривал. Говорят, услышали крики, брань и уезжающую в спешке машину. Они четко расслышали три голоса и как кто-то кричал: «Риверс».

– Это есть в отчете?

– Да.

– Странно, что это осталось, учитывая, чтó дед исключил.

Мил вернула мне листок.

– Полностью согласен. Ты должна знать кое-что еще. Это случилось за день до того, как исчез твой отец, – сказала Стеллан.

– Все сходится.

– Да. Не знаю, как выяснить, куда твой дед направился сразу после этого происшествия, но его следующий отчет – об исчезновении твоего отца. В тот день произошло еще несколько преступлений, все мелкие, и, похоже, твой дед ими не занимался.

– О! – воскликнула я. – Я вспомнила машину. Это был старый «Бьюик», может конца семидесятых, голубой.

На самом деле Мил написала такой ответ: Бьюик Скайларк, 1977, нежно-голубой, последнее показание одометра 124000. Задняя фара разбита.

Все детали я передавать не стала, это было бы странно. Мил, наверное, знала точное расположение пятен на обивке и следов от сигарет.

– Замечательно. Я перепроверю, но думаю, должно сойтись. Я сообщу тебе результат.

– Спасибо, Стеллан.

– Пожалуйста. Я сообщу, если найду что-то еще, но сейчас же займусь следами.

– Я это очень ценю, – сказала я. – Скажешь, если свяжешься с моей матерью?

Мил снова закатила глаза.

– Да. И ты тоже, – сказал он.

– Конечно.

Мы закончили звонок. Мне нужно было набраться смелости, чтобы рассказать матери о деталях полицейских отчетов. Если бы она знала, что в отчете об исчезновении отца не упоминалась его машина, она бы разрушила полицейский участок до основания, даже если бы дед был внутри.

Ее снова ждали плохие новости.

Глава двадцать первая

– Давай, Мил. Я отвезу тебя, куда хочешь, – сказала я. Мы стояли на улице, шел небольшой снег. Солнце поднялось на максимальную высоту, но все равно было темно из-за густых облаков. Все вокруг оделось белым, но не перестало быть мрачным – красиво, но в ярком солнце смотрелось бы лучше. Я радовалась, что снегопад утих.

– Мне нужно побыть одной, Бет. Хочу покурить. В город вернуться легко. Встретимся там.

– Ты рискуешь, – сказала я. – Я попала под ливень примерно в этом же месте, когда только приехала. Потерялась и не могла найти дорогу. Погода здесь бывает опасной.

– Бет, со мной все будет в порядке, но твое присутствие мне не поможет. Мне нужно побыть одной. Нужно все обдумать. Ты меня знаешь.

Я ее знала, но в любом другом штате она бы взяла машину и пропала на несколько дней, делала бы бог знает что бог знает где. Здесь она так поступить не могла.

– Возьми машину. Потом подхватишь меня. Здесь всего две асфальтированные дороги, не съезжай с них.

Мил покачала головой и отвернулась.

– Я не буду брать машину. Встретимся в городе. Просто оставь меня ненадолго.

Она достала сигареты и зажигалку из кармана. Она быстро пошла прочь, и с моей стороны было совершенно безответственно ее отпустить.

Но я это сделала. Я смотрела, как Мил шагает по дороге, выпуская изо рта сигаретный дым и пар от дыхания, пока она не превратилась в темную фигурку на фоне свежего снега, покрывшего дороги и деревья.

Я очень надеялась, что на нее не нападет медведь или она не выместит свой гнев на каком-нибудь бедном животном. В этой битве она выиграть не сможет. Милисент Риверс в гневе и замешательстве будет достойным противником голодному медведю или встревоженному лосю, но все равно проиграет.

Когда она скрылась за поворотом и я больше не могла ее видеть, мне захотелось пойти за ней.

Но я не пошла.

Вместо этого я собрала вещи, залезла в машину и поехала в библиотеку. Я не заперла дверь «Петиции», чего не делала с тех пор, как приехала в Бенедикт, но Мил могла вернуться, чтобы погреться. Это было одно из самых тяжелых решений в моей жизни, даже отпустить ее было тяжелее, и я переживала по этому поводу до самых дверей библиотеки.

Внутри было пусто, но я видела пикап Орина на парковке. Значит, он в кабинете. Когда я постучала, сильного запаха дыма я не почувствовала.

– Войдите.

– Привет, – сказала я.

– Бет, а я гадал, кого это в такую погоду принесло. Как ты? Где твоя мама?

– Все нормально. Мама занята другими делами. Как ты?

– Да более-менее хорошо…

– Понимаю. Что такое?

– Да жалею, что не предотвратил то, что произошло. Слышал, сестра Неда тоже пострадала. Жаль, я не знал, что происходит.

– Она в порядке. – Я села. – Ты знаешь все детали?

– Не уверен. Расскажи.