Маневр пустого города - Юнь Хуянь

и благородном сердце, о великой доброте и великом милосердии. Вы лучше всех печетесь и заботитесь о пациентах, но сейчас, когда ребенок лежит в гробу, а его отец, Лао Фэн, стоит перед вами, как прикажете ему быть?

– Бросай ломать комедию! Твои замашки мне известны, – прямо ответила ему Чжоу Юнь. – Я знаю, что произошло с ребенком. Назначенные в больнице лечение и уход были совершенно правильными и соответствовали всем стандартам, тут придраться не к чему. Ты сейчас говорил, что ребенку не становилось лучше, а мы раньше времени выписали ее из больницы. Это ложь. На самом деле бабушка девочки упорно настаивала на том, чтобы забрать ребенка, лечащий врач пытался остановить ее, но не смог!

– Позовите сюда этого врача, мы поговорим с ним лицом к лицу! – уперев руки в бока, потребовал Ли Янь.

К глазам Чжоу Юнь подступили слезы, но в этот раз ей удалось справиться с эмоциями. Она не хотела, чтобы скопище хамов и наглецов чернило имя ее погибшей коллеги.

– Этого врача нет. Когда ребенка забирали из больницы, было оформлено письменное согласие родителей.

– Тогда давайте сюда это согласие! – на физиономии Ли Яня появилась хитрая ухмылка.

Чжоу Юнь знала эту уловку. Бессовестный план созрел, еще когда ребенка выписывали из больницы, и поэтому, стоило врачу на минуту отвлечься, как подписанное согласие было украдено. Но она как ни в чем ни бывало сказала:

– Хорошо, этот документ хранится в запертом ящике моего личного стола. Сейчас я схожу принесу его, – и повернулась, собравшись уйти.

– Стой! – тут же окликнул ее Ли Янь. – Что принесешь? Ты хочешь его подделать!

– Странное дело! С чего ты решил, что я собираюсь его подделать? Или тебе было известно заранее, что этой бумаги не существует, потому что вы ее выкрали, разорвали на клочки и выбросили, так? – Чжоу Юнь холодно улыбнулась. Ли Янь, попавшийся на ее хитрость, теперь был просто вне себя от ярости.

– Ли-Колпачок и вы все, я расскажу вам, как действовать законным путем. – Чжоу Юнь презрительно улыбнулась, глядя на вымогателя. – Процедура вам известна: в установленные сроки вы подаете заявление с просьбой провести проверку на предмет допущения медицинской халатности. После будет проведено вскрытие тела ребенка, и, если установят, что нами в ходе лечения действительно была допущена ошибка, суд примет решение о размере денежной компенсации, тогда больница ее выплатит. А поднимать шум и скандалить абсолютно бесполезно, особенно сегодня, когда из медперсонала здесь всего несколько человек. Я сейчас самая старшая из начальства, в администрации не осталось даже дежурного. Если хочешь – можешь продолжать, посмотрим, удастся ли тебе выручить за это представление хотя бы один фэнь.

– Ты хочешь разрезать моей внучке живот и вынуть кишки? Что же ты за женщина! У тебя вообще есть сердце?

Старуха уже собиралась броситься на Чжоу Юнь с кулаками, но Ли Янь оттащил ее в сторону. «Профессиональные» медицинские экстремисты потому и носят с гордостью звание «профессиональные», что смотрят на все свои дела исключительно с точки зрения выгоды. Они не станут лишний раз сопротивляться и настаивать… Ли Янь выбрал этот день, потому что знал, что врачей на отделении будет мало, а больных много. В такой неразберихе легче легкого поднять шум, а больничное начальство, как обычно, предпочтет «свести большую проблему к маленькой» и охотно согласится расстаться с некоторой суммой денег, чтобы уладить инцидент. А теперь мало того, что как только вымогатели пришли, так сразу Чжоу Юнь охладила весь их пыл, так она еще и сказала, что нет никого из начальства хотя бы чуть постарше нее. Похоже, это место после строительства новой больницы окончательно забросили, а если шахматную доску выбросили, то какой смысл пересчитывать фигуры? Правда, Ли Янь еще медлил, не зная, как закончить спектакль.

Во время этой паузы Чжоу Юнь почувствовала, как у нее в кармане завибрировал телефон. Взглянув на экран, она увидела, что это звонит офицер Фэн Ци из отделения интенсивной терапии на втором этаже. Она поспешно отошла в сторону и ответила на звонок. После того как Фэн Ци и Тянь Ин обосновались в отделении, Чжоу Юнь видела их два раза, но знала, что те выполняют секретное задание. Поэтому она только договорилась о помощи с Юань Шуйжу и Лао Чжаном и не задавала полицейским никаких вопросов, а они до сих пор ни разу с ней не связывались. И сейчас, когда внезапно позвонил Фэн Ци, Чжоу Юнь внутренне сжалась, и по ее и без того напряженным нервам пробежал тревожный холодок.

Она никак не ожидала, что Фэн Ци скажет:

– Заведующая Чжоу, я слышу, у вас там внизу что-то происходит – слышны плач, крики, траурная музыка. Что случилось? Какой-то беспорядок? Вам нужна моя помощь?

На душе у Чжоу Юнь потеплело:

– Ничего страшного, офицер Фэн, я справлюсь.

3

Едва закончив разговор, Чжоу Юнь услышала торопливые шаги в коридоре, ведущем к залу неотложной помощи, и возгласы: «Посторонитесь, дайте пройти!» Тут же увидела группу людей, сопровождающую четырех детей. Одного ребенка несли на руках, другого – на спине, еще одного – на носилках, а четвертый пошатывался, но шел сам рядом со взрослым. Люди прошли через центр зала, где как раз толпились вымогатели, пробив в их рядах брешь.

Чжоу Юнь поняла, что это отравившиеся ученики из школы Чаннин. Она тут же позвала Чэнь Шаолин и Сунь Фэй-Эр, чтобы те их встретили, проводили в палату наблюдения номер один и уложили в кровати. Директора Ли, приехавшую в больницу вместе с учениками, заведующая отправила отнести остатки еды и рвотные массы на анализ в лабораторию. Также она велела Сунь Фэй-Эр записать имя, дату рождения и адрес каждого ученика на этикетках от капельниц и приклеить их детям на одежду, чтобы из-за бумажной путаницы им не назначили неверное лечение или не те процедуры.

Чжоу Юнь обнаружила, что, несмотря на характерный синюшный оттенок кожных покровов и слизистых, сознание детей было ясным. Она попросила самого полного мальчика раскрыть рот, провела шпателем по мягкому небу и задней стенке глотки. По собственному опыту ей было известно, что, во-первых, полные дети, как правило, едят больше других, а во-вторых, рвотные массы извергаются в таких случаях мощным потоком, что легко вызывает соответствующие рефлексы у других людей. И действительно, когда мальчика шумно вырвало, оставшихся троих детей тоже начало рвать. После того как все закончилось, Чэнь Шаолин, уже будучи наготове, промыла им желудки теплой водой, а потом ввела через зонд десятипроцентный раствор сульфата магния. И, хотя дети все еще