Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

Слэттери прихрамывал из-за больного колена. Собственно, одно его колено было больное, а второе — очень больное, но хромать на обе ноги невозможно, поэтому он опирался на более здоровый сустав, двигаясь в холодной ночи.

У здоровенного ирландца ушло почти полчаса, чтобы добраться до бара «Падрик Пирс», названного в честь католического лидера, казненного британцами в 1916 году после Пасхального восстания. Этот паб принадлежал ревностным католикам; стены и окна маленького заведения были украшены фотографиями и реликвиями старого мятежа.

Дугал, прихрамывая, вошел внутрь, положил плащ и боуран на скамью в угловой кабинке и направился к стойке бара за пинтой «Гиннесса», которую уже наливали в кружку.

* * *

Корт Джентри нашел темный дверной проем и присел на ступеньке. Сегодня он прошел пешком больше, чем за последние месяцы, и был удивлен ноющей болью в мышцах бедер и икрах вместе со слабым покалыванием в правой ноге — там, где его подстрелили в прошлом декабре. Он жалел об отсутствии викодина, но понимал, что не может одновременно глушить боль и сохранять остроту восприятия, поэтому просто сидел и смотрел на входную дверь паба по ту сторону улицы. Сегодняшний вечер был посвящен разведке; он проследит за объектом до дома, а потом решит, где и когда нужно приступить к действию.

Заведение называлось «Падрик Пирс». Крошечная пивнушка, судя по виду снаружи. Вероятно, излюбленное местечко Слэттери, судя по тому, что тот миновал бесчисленное количество мест для отдыха и выпивки, прежде чем остановиться здесь. В Дублине было больше баров на душу населения, чем в любом другом городе мира. Ирландцы любили свои пабы, и Корт не был удивлен, что ему пришлось провести часть вечера, наблюдая за дверью заведения и ожидая, пока объект выйдет на улицу.

Джентри поднялся на затекшие ноги. Он хотел размять мышцы, закоченевшие от холода и усталости, и ему была нужна темная подворотня, чтобы отлить. Он понимал, что наиболее естественным местом для такого дела и для молодого ирландского выпивохи, которым он хотел казаться, будет узкий проход между баром и соседней улочкой, поэтому перешел на другую сторону и направился в темноту. Там он по запаху нашел стену за мусорными баками и справил свои дела, а потом быстро застегнул ремень. Шум в переулке привлек его внимание: двое мужчин вышли через заднюю дверь, осветив аллею в пятидесяти футах от него, и послышался звук оживленных разговоров изнутри. Мужчины направились к боковой стене, справили нужду и вернулись обратно, не имея понятия о незнакомце, стоявшем рядом в темноте.

Выходит, изнутри бар был гораздо более просторным, чем предполагал Джентри. Он прошел вдоль кирпичной стены к задней двери. С другой стороны доносился характерный стук сталкивавшихся бильярдных шаров и хриплые мужские голоса — громкие, но неразборчивые. Впереди Джентри увидел место, где узкий проход соединялся с переулком; оставалось лишь гадать, не ушел ли Слэттери этим путем. Возможно, он даже почувствовал слежку за собой, хотя Корт не видел признаков этого во время получасовой прогулки от Темпл-Бар.

Проклятье. Джентри понимал, что либо ему сегодня нужно отказаться от дальнейшей слежки и попробовать завтра, либо зайти в паб и убедиться, что объект находится на месте. Угроза компрометации в таком большом помещении была минимальной; судя по звукам, там находились десятки людей, а Джентри умел сливаться с общей массой как на улице, так и в просторных помещениях. Он направился к парадному входу, втянув голову в плечи, чтобы казаться на дюйм ниже ростом, и распахнул дверь бара «Падрик Пирс».

Когда Джентри вошел в паб, то сразу же понял, что совершил непростительную ошибку. Он оказался в маленькой комнатушке. Бильярдная, звуки из которой доносились от черного хода, была отгорожена дверью с большой вывеской «Только для членов клуба». Спереди находился миниатюрный бар, три столика и несколько табуреток у стены. Он подошел к стойке бара, взял табуретку, не глядя по сторонам, достал бумажник, и уставился на бутылки. Он чувствовал на себе напряженные взгляды посетителей, но еще не знал, есть ли Слэттери среди них.

В воздухе повисло почти физически ощутимое облако недоброжелательности. Здесь было не место для чужаков.

Он наконец посмотрел в зеркало за стойкой бара. Все, кто находился в пабе, включая Дугала Слэттери и двоих его молодых приятелей, смотрели на него.

Жесткие парни, подумал Джентри.

Его внимание привлекла табличка над зеркалом: «Никакого пения».

Суровая тут компания.

Проклятье.

Бармен, окинувший его долгим взглядом, медленно отложил газету и приподнял рыжие брови.

— Пинту «Гиннесса», — сказал Корт.

* * *

Слэттери потягивал пиво и слушал, как двое молодых парней в его углу жалуются на плохое судейство во время вчерашнего регбийного матча между «Клонтарфом» и «Томондом». Дугал был болельщиком «Уондерерс», поэтому ему было глубоко наплевать на рефери, засудившего несчастный «Клонтарф», но ему было приятно находиться в обществе молодых завсегдатаев. Он поднял голову, когда открылась входная дверь; для случайных посетителей было уже поздновато, но чего только не бывает. Он проводил взглядом незнакомца, направлявшегося к бару, моментально забыв о своих собутыльниках.

Тревожный звонок зазвучал в голове Дугала Слэттери так же громко, как главный колокол собора Церкви Христовой в одной миле к западу отсюда. Само присутствие незнакомого человека в пабе «Падрик Пирс» было необычным, а этот парень еще и был среди слушателей в «Оливере» сегодня вечером. Более того, он выглядел довольно молодым, подтянутым и, пожалуй, слишком беззаботным.

Явно не местный. Да, он одевался как любой ирландец, но чутье Слэттери говорило, что он — чужак. Когда мужчина уселся на табурет, ирландец внимательно присмотрелся, выискивая признаки оружия в наплечной кобуре, оттопыривавшей грудь, или в поясной кобуре, изменявшей осанку при переходе в сидячее положение. Он ничего не заметил, но правая сторона тела незнакомца оставалась закрытой от него.

— Пинту «Гиннесса», — сказал тот человек. Ничего странного, никакого чужеземного акцента. Даже смахивает на ирландца, но говорит слишком тихо и вкрадчиво.

Он из полиции? Может, из Интерпола? Дугал знал, что копы в полудюжине стран хотели бы заковать его в наручники и уволочь с благословенного острова. Нет. Этот человек не был похож на полицейского; он выглядел слишком расслабленным для такой работы.

Он знал, как нужно заказывать пиво, а это уже кое-что. Невежественные иностранцы тянулись за бокалом сразу же после того, как он оказывался на стойке перед ними, что было вопиющей ошибкой. Стаут наливают в два приема; бармен дает пене осесть, что занимает минуту-другую, пока пиво находится в обманчивой близости от посетителя,