Календарь убийцы - Изабелла Мальдонадо

Щемящее чувство в груди подсказало ей ответ, однако она все равно задала свой вопрос:

– Это даты по юлианскому календарю?

Пока один криминалист начал фотографировать, другой ответил:

– Они соответствуют тому списку, который вы нам дали. В этом шкафчике шестнадцать контейнеров. – Он оглянулся на своего коллегу. – А в твоем сколько?

– У меня пятнадцать, – продолжая фотографировать, ответил второй криминалист.

– А у нас как раз тридцать одна известная жертва, – пробормотал Флинт.

– Их должно было бы быть тридцать две, но в графике пропущена одна дата, – перехватила его взгляд Дани. – Нужно будет подождать, что покажет анализ ДНК, и тогда мы поймем, что это такое.

– Насколько я понимаю, во всех контейнерах лежат женские трусики? – подавшись вперед, присмотрелся Флинт.

И без ответа криминалистов Дани поняла, что следователь прав. Она вспомнила, что многие женщины, заявившие о том, что к ним в квартиру проникал посторонний, ничего не говорили о пропавших вещах. Вероятно, они полагали, что трусики потерялись в прачечной, и не связывали их исчезновение с тем, что за ними следили, – если они вообще замечали слежку. Однако, похоже, Очоа не довольствовался тем, что наблюдал за своими жертвами, разбирал по порядку их личные вещи и записывал на видео их личную жизнь. Даже их смерти было ему недостаточно. У каждой женщины он похищал трофей, удовлетворяя нездоровые фантазии, порожденные его больным сознанием.

Дани бросила взгляд на лежавший на полу мешок для трупов.

График убийств, составленный Очоа, наконец оборвался.

Глава 31

21 августа 2024 года

Криминалистическая лаборатория управления полиции Нью-Йорка

Джамайка, Куинс

– Я предпочла бы остаться здесь, а не присутствовать при вскрытии, – сказала Дани Флинту, когда они на следующий день утром входили в здание лаборатории нью-йоркской полиции в Куинсе. – Я уже столько насмотрелась трупов, что мне хватит до конца жизни. Меня больше интересует криминалистическая наука.

– В таком случае вы пришли именно туда, куда нужно, – заверил ее высокий мужчина в белом халате. Подойдя к ним, он протянул руку: – Брэд Хоуэлл, старший криминалист.

Дани смутно помнила градацию гражданских специалистов, работающих в лаборатории. На первой, низшей ступени находились младшие техники, на последней, четвертой, – старшие криминалисты, к числу которых, судя по всему, и принадлежал Хоуэлл. Флинт позвонил заранее, договорившись о встрече с тем, кто сможет предоставить самую свежую информацию по вещественным доказательствам, собранным в парке и в квартире Очоа.

Хоуэлл повел своих гостей по коридору с окнами, за которыми находились исследовательские лаборатории. Криминалисты в белых халатах и защитных очках, в специальных перчатках из нитрила, стойких к воздействию химических реагентов, наливали в пробирки и колбы исследуемые жидкости.

– Нам удалось провести предварительный анализ образцов ДНК, полученных с вещей, обнаруженных в квартире, – сказал Хоуэлл, останавливаясь у окна, выходящего на очередную лабораторию. – Согласно правилам, ДНК всех жертв убийств заносятся в базу данных, поэтому потребовалось совсем немного времени, чтобы установить совпадение с тем, что было взято с нижнего белья.

За окном криминалист вставил в микроскоп стеклышко с образцом. На столе рядом на стерильном подносе лежали ватный тампон и черные кружевные трусики.

– Вы смогли определить ДНК всех тридцати одной известной жертвы? – спросил Флинт. – Первые убийства были совершены больше десяти лет назад.

– За последние годы криминалистическая наука значительно продвинулась вперед, – с гордостью заявил Хоуэлл. – Если биологический материал сохранился достаточно хорошо, мы можем взять пригодный для анализа образец ДНК даже по прошествии нескольких лет, даже после того как одежда была выстирана. – Он взглянул в окно на сотрудника, склонившегося к окулярам микроскопа. – Предварительный анализ не выявил посторонних образцов.

– Вы хотите сказать, что не обнаружили ДНК жертв, о которых нам не было известно? – уточнила Дани.

– Совершенно верно, – подтвердил Хоуэлл. – И, помимо ДНК Очоа, нет следов никаких других подозреваемых.

Дани хотела убедиться наверняка.

– ДНК Очоа была на трусиках всех жертв?

– Была, – кивнул старший криминалист. – Во всех случаях только его ДНК и ДНК жертвы. И больше ничьих других.

Дани захлестнула волна облегчения. В лаборатории получило подтверждение то, что было обнаружено на месте преступления. Еще один элемент мозаики встал на свое место.

Ответив еще на несколько вопросов, Хоуэлл проводил своих гостей к выходу. Направляясь к машине, Дани и Флинт еще раз обсудили все детали дела. Оперативная группа продолжит собирать улики, копаться в прошлом Очоа, устанавливать его местонахождение на момент совершения преступлений и искать видеозаписи, подтверждающие то, что во время совершения последних убийств он находился где-то поблизости.

– Мне по-прежнему не дают покоя несколько вопросов, – сказал Флинт, когда они дошли до стоянки. – Очоа совершал убийства в соответствии с четким графиком, и теперь мы не сможем у него узнать, почему он пропустил одну дату.

Тут Дани была полностью согласна с ним.

– По заключению доктора Кэтролл, убийца был просто одержим датами. – Она мысленно вернулась к числам, что, как всегда, далось ей без труда. – Пропущенная дата – двести двадцать по юлианскому календарю, двадцатая жертва. Не первая и не последняя, а где-то посредине. Очоа продолжил со следующей даты в своей последовательности.

– А что, если доктор Кэтролл ошибается и у него не было запасных вариантов? – предположил Флинт. – Что-то произошло с той жертвой, которую он наметил на это число, а замены у него не оказалось? Или, черт побери, он мог оказаться в тюрьме, заболеть, уехать из города…

Однако мысли Дани приняли более мрачный оборот:

– А может быть, есть еще один труп, который мы не обнаружили.

– Теперь, когда у нас есть имя преступника, мы можем установить, чем он занимался в тот момент. Если Очоа куда-то уезжал, можно будет проверить, не было ли схожих преступлений в тех местах.

– Это еще не всё, – сменила тему Дани, возвращаясь к тому, что ее беспокоило. – Я не теряю надежды найти видеозаписи жертв, сделанные Очоа. Согласись, как человек, склонный к вуайеризму, он должен был постоянно их пересматривать. Он просто не мог их уничтожить.

– И еще оборудование для аудио- и видеозаписи, – сдвинул брови Флинт. – Такие вещи стоят дорого. Возможно, где-то есть тайник, в котором хранится все это, и мы рано или поздно его найдем.

– Нам еще нужно будет много чего расследовать, прежде чем можно будет закрыть это дело, – заметила Дани. – Например, откуда появилось это имя Коннер. Пока что мы не нашли никаких указаний на это.

Доктор Кэтролл и специалисты ФБР проведут тщательное изучение поведения Очоа, а свои заключения добавят в непрерывно расширяющуюся базу серийных убийств. В процессе работы все аспекты жизни преступника будут рассмотрены под микроскопом. Ответы