Вы заказывали убийство… - Станислав Александрович Гурин

– Вы озадачены? – спросил Степанов, когда Емеля вернулся.

– Вы угадали… Все как-то уж просто получается или нам всего лишь везет! – он показал пистолет ТТ. – Лежал по ту сторону ограды… Видимо, очень спешили…

– Но утром стреляли не из этого пистолета…

– Естественно… – Стрешнев завернул пистолет в платок и спрятал поглубже в куртку. – Прицельный огонь с четырехсот метров можно вести только из снайперской винтовки…

На обратном пути они заглянули в церковь. Ловко и быстро Емеля снял отпечатки пальцев с металлической решетки и сделал оттиск со спрятанного на верхней площадке следа.

– Хочу посоветоваться… – тихо начал Емеля, когда они сидели за гостевым столиком в столовой. – Я стал обладателем информации, которую по закону должен немедленно передать вашему следователю… За вами, бесспорно, следят… Вас, бесспорно, хотят убить. Почему сегодня стреляли в бутылку, а не в голову – не знаю… Я подозреваю двух человек, уехавших на серой «Волге», номер которой я запомнил. Я знаю тип винтовки, из которой стреляли: у меня в руках пуля и гильза, на стене есть след от срикошетившей пули… Есть отпечатки пальцев подозреваемых, есть следы обуви подозреваемых… И наконец есть принадлежавший этим двоим пистолет… Я знаю отдел и даже некоторых людей, которые занимаются «Ятаганом». Если им отдать все, что я сейчас имею, эти двое будут взяты через полчаса… – Емеля замолчал, поглядел по сторонам – столовая пустела – и продолжил: – Но поможет ли все это вам… Облегчит ли это ваше положение?.. И потом… меня смущает следующее: почему информация, которую я без всякого труда получил в течение одного дня, оказалась недостижимой мощной следовательской группе, занимавшейся этим три месяца… Они ведь не дураки! Все умней и опытней меня… Слово за вами: вы хотите, чтобы я обо всем рассказал вашему следователю?

Степанов почувствовал себя беззащитным как никогда. Даже эскортируемый двумя истребителями-ракетоносцами НАТО в небе Африки, он чувствовал себя уверенней, чем сейчас. Вспомнились капитан ГАИ, у которого, как представителя власти, он искал защиты, милый симпатичный лингвист Круглов, оказавшийся главарем банды, да и гэбисты, истязавшие его, еще полуживого, бесконечными допросами, а потом фактически бросившие в лапы гуляющих на свободе бандитов… Выстрел-предупреждение… Он подпер голову рукой и глубоко вздохнул.

– Повременим… – наконец уверенно сказал он.

– Отлично… Несколько звонков из ближайшего телефона-автомата, и мы едем… К нашему возвращению будет известен хозяин «Волги»… А может, и еще кое-что…

Глава 16

Восход солнца застал их на лугу, где разыгралась вертолетная трагедия, но сейчас, три месяца спустя, ничто не напоминало о ней – ни машин, ни самого вертолета на лугу не было, лишь белый холодный туман медленно поднимался от земли, приоткрывая взору заиндевевшие кочки.

Подмерзший проселок вывел их на берег Холодного, они остановились на том самом мысу и вышли из машины. Нелюдимость и какая-то особая, зловещая тишина встретили их. На оконечности мыска, почти у самой воды стояли, точнее лежали на брюхе, без колес две ржавые мятые, покрытые грязью и илом легковушки. Степанов сразу узнал свою «шестерку». Собственно, это была уже не машина, а помятый корпус от нее: все, что можно было снять, выломать, унести, было снято, выломано, унесено…

Степанов обратил внимание Стрешнева на пулевые пробоины.

– Вот в эту дырку я спрятал ваш радиомикрофон… – сказал он. Машина Мечникова, также вытащенная со дна танковой лебедкой, имела еще более плачевный вид.

Степанов перекрестился.

Они заперли машину, на которой приехали, и направились к северной оконечности озера, где находилась база Круглова. Ближайшее пространство вокруг озера было изборождено следами тяжелых колесных и гусеничных машин, кусты вдавлены в грунт, деревья повалены, но ни самой техники, ни людей не было. Видимо, следственные дела закончились, и место событий не представляло больше интереса ни для МВД, ни для КГБ.

Преодолев за полчаса около полукилометра, они достигли северной оконечности Холодного. Там, где летом стояли избы с кабинетом Круглова и производственным цехом-лабораторией, вообще ничего не осталось: дома и лес выгорели, взрыв, пожар и гусеницы боевых машин так перепахали все и умяли, что озеро поспешило занять освободившуюся территорию и расширило свои границы.

– Вы спрашиваете, Владимир Петрович, что я надеюсь или хочу найти в этом болоте? В вашем рассказе меня по-настоящему, как профессионала, заинтересовала одна лишь фраза… Вы сказали, что Круглов разговаривал по радиотелефону с Москвой… Так?

– Да… Видел и слышал… – подтвердил Степанов.

– И вы еще сказали, что видели на крыше круглую антенну…

– Видел…

– Вот ее мы и ищем… Радиотелефонная связь идет через спутник. И даже сегодня она является особой привилегией особых привилегированных людей… Все антенны нумерованы… Найдем антенну – найдем абонента… И так далее… Понимаете?

– Понимаю…

– Я не думаю, что антенну им устанавливали техники Министерства связи… Скорей всего, они, участники банды, сами установили ее, кое-как приладив к крыше избы… На это я и рассчитываю. Взрывом ее могло унести куда угодно!

– И в озеро тоже!

– Пятьдесят на пятьдесят! – Стрешнев улыбнулся. – Но эти-то наши пятьдесят процентов мы должны перепахать и просеять самым добросовестным образом…

Через пять часов беспрерывных поисков они ее нашли. Первым увидел тарелку Стрешнев. Она была ребром воткнута наполовину в землю и уже примерзла к ней, высокая густая трава, поредевшая и прилегшая по случаю приближающейся зимы, приоткрыла ее. Во время взрыва она, подобно летающей тарелке фрисби, пролетела двести метров и приземлилась там, где искать ее никто не собирался.

– Можем ехать домой! – сказал Стрешнев, когда тарелка оказалась в его руках. – Вот и заводской номер… И даже год выпуска… Не исключено, что мои коллеги даже не искали ее…

Перед избой Васькова они остановились. Дверь болталась на одной петле, единственное окошко выбито, печная труба рухнула, проломив крышу.

Они осторожно вошли в жилище Тихона Васькова… Пыль, грязь многочисленных сапог, перевернутый стол, раздавленная алюминиевая кружка на полу… Угол, где висела прекрасная старинная икона, был пуст, лишь паутина парусом надувалась на сквозняке. Вместе со стариком жизнь покинула дом навсегда… Они молча вышли на двор. Стрешнев направился к машине, а Степанов заглянул в сарай. Сложенные когда-то в аккуратные поленницы дрова были разрушены и закрывали вход, Степанов решил добраться до тайника… Хорошо поработав, он расчистил земляной пол, освободил от чурок толстую доску и приподнял ее… В тайнике лежали старательно завернутая в тряпку икона и поверх нее пистолет немецких офицеров парабеллум с полным запасом патронов.

Степанов развернул икону и вынес ее на свет. Глаза Пресвятой Богородицы одаривали его величественным покоем, он хотел прикоснуться к ней губами, но не посмел…

Он почувствовал не сразу, что об его ногу кто-то трется, он опустил взгляд и увидел кошку.