Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Клише, да. Но один вид Тора Свенссона в безупречно-синем костюме не оставлял ни малейшего шанса их опровержениям.

Мильда и Юлия выдвинули себе по стулу.

– Спасибо, что согласились прийти сюда, – начал Тор, когда они сели. – Понимаю, насколько драгоценно ваше время. Но у меня тоже дел невпроворот после всего, что произошло, и ни малейшей возможности выбраться отсюда.

Он обхватил пальцами кофейную чашку. Мильда отметила про себя, что Тор не предложил им кофе. Встреча не обещала быть долгой.

– Ничего страшного, – успокоила Тора Юлия. – Просто мы решили, что это не телефонный разговор. Мильда, может, ты объяснишь, в чем дело?

Мильда поерзала на стуле и прокашлялась.

– Да, я работаю в отделе судебно-медицинской экспертизы, – начала она. – Вы, конечно, знаете, что полиция расследует случаи, которые могут быть связаны с исчезновением Никласа Стокенберга.

– Да, кости в метро, – кивнул Тор. – Еще три жертвы убийства.

– Именно, – подхватила Юлия. – Но был еще один скелет. Кости значительно старше остальных и точно не принадлежавшие ни одной из ранее найденных жертв.

Тор поднял брови.

– Три первых скелета нам удалось опознать довольно быстро, – продолжала Мильда, – а четвертый долго оставался загадкой. Пока в генеалогических базах ДНК не был найден племянник мертвеца. Не знаю, как вы к этому отнесетесь, но, Тор, боюсь, четвертый скелет принадлежал вашему дяде.

Глаза Тора широко открылись, кофе выплеснулся на стол.

– Бьёрн? – прошептал он. – Вы нашли Бьёрна?

– Как будто да, – кивнула Юлия. – Можете рассказать о нем? Мы не знали даже имени, пока вы его только что не назвали.

Тор глубоко вздохнул и опустил голову. Потом поднял и несколько секунд смотрел в потолок, прежде чем заговорить. И голос был не такой ровный и уверенный, как раньше.

– Он всегда мне нравился, Бьёрн, – начал Тор почти шепотом. – Когда я был маленький, он работал учителем, и его все любили. Но Бьёрн был болен. Маниакально-депрессивный психоз. Тогда я, конечно, не знал таких слов, но позже это стало очевидно. У Бьёрна случались периоды, когда он много пил и постоянно говорил о самоубийстве… По иронии судьбы Линда ушла раньше.

– Линда? – переспросила Юлия.

– Его жена. Это стало шоком для всех. Она всегда казалась такой веселой и беззаботной. Особенно незадоло до того, как все случилось. Но ведь самоубийцы обычно выглядят благополучными именно перед тем, как сделают роковой шаг… Потому что все уже решено, не так ли?

Тор посмотрел на них. В его глазах стояли слезы. Юлия как будто хотела о чем-то спросить, но воздержалась.

– В общем, однажды, вернувшись домой, Бьёрн обнаружил там прощальное письмо, – продолжал Тор. – Линды к тому времени уже не было. Тело нашли спустя два дня, на берегу в Хорнсталле. Бьёрн во всем винил себя. Все время повторял, что с такой виной невозможно жить. После смерти Линды его депрессия усугубилась. Потом не стало и Бьёрна. Все думали, он спрыгнул с моста, как и она. Хуже всего, что он забрал с собой маленького сына. Вся семья была уничтожена. Кошмар… Но вы говорите, нашли его останки?

Мильда молча кивнула, захваченная рассказом Тора.

– В таком случае нужно организовать достойные похороны, – продолжал Тор. – Насколько я понимаю, мне позволят это сделать, как единственному живому родственнику?

Мильда и Юлия переглянулись. Так или иначе, кофе был бы кстати. Или что-то другое, что помогло бы уклониться от ответа на вопрос Тора.

– Дело в том, что… у нас их нет, – тихо сказала Мильда и поморщилась.

– Останки вашего дяди… предположительно, украдены, – поспешила объяснить Юлия. – Это произошло накануне сочельника.

Тор смотрел на женщин, и его лицо приобретало темно-красный оттенок. Потом ударил по столу, расплескав остатки кофе.

– Я должен был догадаться, – прошептал он. – Разве вы, полицейские, способны хоть что-нибудь сделать как следует? Вам нельзы доверить даже никому не нужные, старые кости. Обязательно поговорю с вашим начальством. Какая… чудовищная некомпетентность. Ваша группа не имеет права на существование.

Юлия прокашлялась.

– Понимаю, что вы расстроены, – сказала она. – Но в нашей группе работают лучшие полицейские. Сожалею, что так получилось. Мы сделаем все возможное, чтобы вернуть кости вашего родственника. Его выкрали из отделения судмедэкспертизы, не у нас. И мы пришли сюда, потому что рассчитываем на вашу помощь. У меня к вам несколько вопросов…

– Не понимаю, чем могу помочь, если останки Бьёрна, как вы сказали, не имеют отношения к другим жертвам?

Тор встал, достал из ящика в столе салфетки и принялся вытирать стол.

– Ничего не известно, – возразила Юлия. – Судя по всему, Бьёрн умер около двухтысячного года. Не припомните, когда он исчез?

– Как будто в начале девяностых. – Тор выбросил мокрые салфетки в мусорную корзину. – Девяносто первый, может, девяносто второй… Подождите… вы хотите сказать, что он прожил десять лет в метро?

– Похоже на то. В таком случае с ним был маленький сын, то есть ваш двоюродный брат. Нам рассказывали о мальчике, который вырос в туннелях.

Тор замотал головой, как будто не желая воспринимать то, что только что услышал. Мильда его понимала. Она попыталась представить себя на его месте и не смогла.

– Но как это связано со всеми этими… убийствами? И с Никласом… я не понимаю.

– Возможно, никак, – ответила Юлия. – Но время смерти вашего дяди совпадает с некоторыми… важными событиями в жизни остальных жертв. Мы не понимаем, что это значит. Пока, во всяком случае. Так или иначе, сейчас было было бы очень кстати выйти на вашего кузена.

Каждый день на протяжении двух лет он навещал отцовскую могилу. Ему разрешили вместе со всеми насыпать холм. Все сделали, как завещал папа. Королевские похороны. Проводы, достойные Короля.

Глядя на кучу, невозможно было понять, что в ней скрыто. Но мальчик мог почувствовать кости, положив ладонь на гравий. Почувствовать папу.

Он часто с ним разговаривал. Рассказывал о том, что произошло в мире невидимых. Кто ушел. Кто остался.

Но с каждым днем этот мир становился все менее родным. Без отца в мире темноты у мальчика не было ни семьи, ни дома.