Я говорю нет! - Уилки Коллинз

изводишь! Милая моя, если я тебе хоть капельку дорога, давай примем эту женщину, когда она вернется за ответом! Я имею в виду, давай позволим миссис Элмазер объясниться.

– Не думаю, что получится, Франсин.

– Погоди немножко и увидишь! Кстати, новый статус даст мне привилегию принимать приглашения в гости! Знаешь каких-нибудь приятных молодых людей, которым можешь меня представить?

– Я – последний человек в мире, который мог бы тебе с этим помочь, – ответила Эмили. – Кроме старого доброго доктора Олдэя… – Вспомнив про Албана Морриса, Эмили осеклась, самая не зная почему, и вместо него упомянула школьную подругу. – И, конечно, Сесилии, я никого не знаю.

– Сесилия – дурочка, – рассудительно отметила Франсин, – но, если вдуматься, ею стоит заняться. Ее отец – член парламента, и вроде я слышала, что у него прекрасный особняк в сельской местности. Видишь ли, Эмили, я смогу выйти замуж (с моими-то деньгами), только если попаду в хорошее общество. Не думай, что я завишу от отца – мое приданое предусмотрено в дядюшкином завещании! Сесилия и правда мне нужна. Сойдусь с ней поближе и познакомлюсь с ее отцом, к примеру, осенью – в их доме наверняка будет полно гостей. Не знаешь, когда она вернется?

– Нет.

– Собираешься ей писать?

– Конечно!

– Передавай мои наилучшие пожелания и скажи, что я надеюсь, ей нравится в Швейцарии.

– Франсин, ты просто бесстыдница! Сначала называешь мою лучшую подругу дурочкой и обжорой, потом передаешь привет в корыстных целях и ждешь, что я помогу тебе ее обмануть! Ни за что.

– Все мы эгоистки, глупышка. Разница лишь в том, что одни это признают, а другие нет. Я без труда найду способ снискать расположение Сесилии. Ты упоминала некоего доктора Олдэя. Он устраивает приемы? К нему приходят правильные мужчины? Тсс! Снова колокольчик. Иди к двери и посмотри, кто пришел.

Эмили ждала, игнорируя ее предложение. Служанка объявила, что просительница вернулась и спрашивает, будет ли ответ.

– Проведи ее сюда, – велела Эмили.

Служанка вышла и вернулась.

– Она не хочет вам мешать, мисс, я могу передать ей ваши слова.

Эмили отправилась к двери.

– Входите, миссис Элмазер, – позвала она. – Вас и так не было слишком долго. Прошу, входите!

Глава XVIII. «Мощи»

Миссис Элмазер вошла неохотно.

С тех пор как Эмили видела ее в последний раз, старая горничная так сильно похудела и осунулась, что теперь вдвойне оправдывала данное покойной хозяйкой прозвище. Платье висело на угловатом теле мешком, крупные кости лица выдавались как никогда.

– Надеюсь, вы в добром здравии, мисс, – проговорила она, причем в голосе не осталось и толики былой твердости.

– Похоже, вы страдаете от тяжелой болезни, – мягко заметила Эмили.

– Жизнь у меня тяжелая, вот что, я хочу работы и перемен. – Она огляделась и заметила наблюдающую за ней с любопытством Франсин. – Вижу, вы заняты. Лучше зайду в другой раз.

Франсин успела остановить ее прежде, чем служанка открыла дверь.

– Постойте! Я хочу с вами поговорить.

– О чем, мисс?

Взгляды двух женщин встретились. Одна, чья жизнь близилась к концу, скрывала под суровой внешностью натуру чуткую, любящую и неподкупно правдивую. Другая – молодая летами, лишенная прелестей юности, грубая, неуступчивая и черствая сердцем. Обе хранили молчание, сойдясь по воле случая, который неумолимо вел их к неизвестному исходу.

Эмили представила служанку Франсин.

– Возможно, вам стоит выслушать, что скажет эта юная леди.

Миссис Элмазер подчинилась без особого интереса к тому, что скажет незнакомка: взгляд ее остановился на карточке с просьбой к Эмили. Франсин, внимательно за ней наблюдавшая, поняла, о чем думает пожилая женщина, и решила расположить ее к себе, проявив чуточку участия. Повернувшись к Эмили, Франсин указала на лежащую на столе карточку.

– Ты так и не выполнила просьбу миссис Элмазер!

Эмили заверила миссис Элмазер, что даст ей рекомендации.

– Разумно ли, – усомнилась она, – идти в услужении в ваши-то годы?

– Я привыкла служить всю жизнь, мисс Эмили, и это одна причина. Служба позволит мне избавиться от мыслей – и это другая. Если подыщете мне любое место, то очень поможете.

– Предлагать вам вернуться и жить со мной бесполезно? – рискнула уточнить Эмили.

Миссис Элмазер уронила голову на грудь.

– Премного благодарна мисс, но да.

– Почему же? – поинтересовалась Франсин.

Миссис Элмазер промолчала.

– Мисс де Сор задала вам вопрос, – напомнила Эмили.

– Должна ли я ответить мисс де Сор?

Внимательно слушая и наблюдая за происходящим, оценивая взгляды и голоса, Франсин внезапно сообразила, что Эмили посвящена в тайну миссис Элмазер и у нее могут быть свои причины изображать неведение, когда той задают неловкие вопросы. Франсин решила пока оставить свои догадки при себе.

– Пожалуй, я могу предложить вам работу, – обратилась она к миссис Элмазер. – Сейчас я живу в Брайтоне с бывшей директрисой Эмили и нуждаюсь в услугах горничной. Вы согласны рассмотреть мое предложение о найме?

– Да, мисс.

– В таком случае, вряд ли вы станете возражать, если я задам несколько обычных вопросов. Почему вы оставили прежнее место?

Миссис Элмазер обратилась к Эмили:

– Вы сообщили юной леди, как долго я прослужила на предыдущем месте?

Поворот, который приняла беседа, пробудил в Эмили грустные воспоминания. Кошачье терпение Франсин, вкрадчиво двигавшейся к своей цели, действовало ей на нервы.

– Да, – ответила она. – Справедливости ради, я упомянула срок вашей службы.

Миссис Элмазер обратилась к Франсин:

– Вы знаете, мисс, что я прослужила покойной хозяйке более двадцати пяти лет. Прошу об этом помнить и не расспрашивать о том, почему я ушла.

Франсин сочувственно улыбнулась.

– Моя дорогая, именно поэтому я и должна спросить! Вы живете с хозяйкой двадцать пять лет – и вдруг ее покидаете! Неужели вы считаете, что я оставлю столь необычный поступок без внимания? Подумайте над этим.

– Нечего тут думать! То, что было у меня на уме, когда я уходила от мисс Летиции, я не стану объяснять ни вам, мисс, ни кому-либо другому.

В ее ответе прорезалась былая твердость. Франсин решила временно отступить, Эмили хранила молчание, придавленная воспоминаниями о сомнениях и страхах, которые омрачили последние несчастные дни болезни ее тетушки. Она начинала жалеть, что познакомила Франсин и миссис Элмазер.

– Давайте закроем эту болезненную тему, – любезно предложила Франсин. – Я не хотела вас обидеть. Надеюсь, вы не сердитесь?

– Простите, мисс. Когда-то я могла сердиться, но те дни миновали.

Сказано было грустно и решительно. При взгляде на старую служанку у Эмили защемило сердце: слишком был разителен контраст между прошлым и настоящим. С каким радушием принимала ее эта сломленная женщина раньше, когда она приезжала на каникулы! На глаза