В поисках Сары - Дэниел Сверен-Бекер

Кристин Белл (прокурор): Детектив Кальдерон опозорил правоохранительные органы своим непристойным и бесчестным поведением. Нам не оставалось ничего другого, кроме как отстранить его от обязанностей. Те самосудные выходки, которые последовали после того, как он перестал работать на наш округ… Я их не одобряла.

Дмитрий Руссо (патрульный): Я не мог в это поверить. Кальдерон всегда был таким правильным! И эмоционально он… как робот. Работал в праздники, когда все хотели побыть с семьей. Никогда не ходил с нами выпить. Я даже не могу представить его на свидании. Продолжать отношения с Кейси после того, как он узнал, кто она… Наверное, она ему действительно нравилась.

Дэйв Парселл (отец): Черт, вот это была новость так новость! В первый момент я запаниковал. Эти двое, которых я изо всех сил стараюсь обмануть, оказывается, крутят роман. Если б они вдруг сравнили свои записи, покумекали вместе, наверняка бы нашли дыры в моей наспех придуманной истории. Но с другой стороны, я видел их вместе – они ненавидели друг друга! Так что, когда выяснилось, что что-то у этих голубков пошло наперекосяк, до меня вдруг дошло, что их разлад мне на пользу. Они и без того не делились друг с другом информацией, а теперь тем более. Вот я и подумал, что, зная их маленький секрет, могу этим воспользоваться.

Джанет Парселл (мать): Оглядываясь назад, я вижу в этом еще одну ложь, которой нас потчевали люди, призванные нам помогать. Этот детектив отчитывал нас и осуждал за то, что мы впустили Кейси в нашу жизнь… и в то же время сам за ней бегал?

Дэйв начал со лжи, и один за другим все остальные подхватывали собственную ложь, всегда думая только о себе. А потом, в конце всей этой лжи, – мертвая Сара.

Дэйв Парселл (отец): Лучшего времени для такой новости и представить невозможно. Тем утром нашли тело Мэнни. Я оставил его в спешке накануне вечером и понятия не имел, что найдут там копы. Я ждал, что они приедут меня арестовать. Если б в тот день к нашему дому подъехала полицейская машина, я бы рассказал все Джанет, чтобы она забрала Сару. Все раскрылось бы.

Но вот ни с того ни с сего те двое, которые рыскали вокруг меня, отвлеклись на свои личные дела. И единственный компетентный детектив в городе был снят с расследования. Чудо…

Извините. Не хочу, чтобы это выглядело, будто я был счастлив. Я был раздавлен тем, что случилось с Мэнни, правда. То, что с ним случилось, случилось по моей вине. Я знал, что у него есть семья и все такое. Дочери. Я всегда, с самого начала, говорил, что никто не должен по-настоящему пострадать в этой маленькой афере. В смысле пострадать физически. Если не считать Фрэнка Грассли, которого немного погоняли, так оно и было. И вот теперь Мэнни мертв… Я убеждал себя, что все как-нибудь уладится, и вот теперь эта мантра уже не работала. Но и зацикливаться на случившемся я не мог. Потому что не мог вернуться назад и все исправить. Надо было двигаться вперед.

Эвелин Кроуфорд (жена Мэнни): Моего мужа хладнокровно убили и бросили на грязном полу гаража. Дэйв может нести вздор о том, что Мэнни угрожал ему шантажом. Я не хочу это слушать. Я давно поняла: знаете, как можно определить, что Дэйв Парселл лжет? Когда он шевелит губами.

Феликс Кальдерон (детектив): Я и бутылка виски в гостиной. Мэнни Кроуфорд, мертв, – есть шот. Сара Парселл, не найдена, – есть шот. Кейси Хоторн, голливудская королева манипуляций и деструкций, – есть шот. Несколько часов я накручивал и бичевал себя в одиночестве, а потом потащился за продолжением в бар отеля, зная, что рано или поздно Кейси будет проходить мимо.

Кейси Хоторн (продюсер): Когда я вернулась в отель после съемок, Феликс был в баре, злой, черт. Увидел меня и заорал через весь вестибюль: «Ты что, черт возьми, натворила?»

Феликс Кальдерон (детектив): Я не кричал. Я никогда не повышаю голос.

Кейси Хоторн (продюсер): Он, пошатываясь, подошел и ткнул пальцем мне в лицо. Буквально ткнул в подбородок. Мне было так стыдно за него… Все смотрели, люди доставали телефоны, снимали…

Феликс Кальдерон (детектив): Я спросил ее, почему она пытается разрушить мою жизнь.

Кейси Хоторн (продюсер): Я сказала, что утечка произошла не от меня.

Феликс Кальдерон (детектив): Я сказал ей, что она лгунья и шлюха. Я имел в виду в контексте ее шоу, ее карьеры, но, думаю, она неправильно это поняла.

Кейси Хоторн (продюсер): Он сказал несколько непростительных вещей. Я ответила ему тем же. Назвала посмешищем и неудачником. Сказала, что он сбежал из большого города, потому что не выдерживал давления, и то же самое повторяется здесь. Сказала, что он просто хочет обвинить кого-то в том, что не может найти Сару. Предложила посмотреть в зеркало.

Феликс Кальдерон (детектив): Я спросил ее, как она может смотреть на себя в зеркало. Приехала в наш город, чтобы наживаться на горе других. Неудачница, не сумевшая состояться как настоящая художница и переключившаяся на создание бездумной ерунды для зомби… Назвал ее торговкой смертью.

Кейси Хоторн (продюсер): Я сказала, что Сара, вероятно, мертва из-за его некомпетентности.

Феликс Кальдерон (детектив): Я сказал ей, что готов держать пари, что она будет только рада такому хорошему финалу для ее шоу.

Кейси Хоторн (продюсер): Я сказала ему убраться с моей дороги и никогда больше не заговаривать со мной.

Феликс Кальдерон (детектив): Я сказал ей, что мечтаю никогда больше ее не видеть.

Кейси Хоторн (продюсер): И я думала, что на этом все закончится. Надеялась, что так и будет. Что нам больше никогда не придется пересекаться.

Но слава богу, мы пересеклись. Иначе, наверное, меня не было бы в живых.

Глава 13

Пора сражаться за свою жизнь

Кейси Хоторн (продюсер): То время запомнилось мне главным образом всеобщей апатией, которой поддался, кажется, весь город. Дождь лил каждый день. Все простудились. В моей команде зазвучали недовольные голоса – мы слишком задержались во Фредерике. К тому же нас подкосило предательство Алексис, и теперь нам не хватало рабочих рук. После унижения в интернете на меня еще накричал Феликс. Мои силы были на исходе. Семья Парселлов тоже теряла интерес к сотрудничеству. Появилось ощущение, что нам больше почти не о чем рассказывать.

А самое главное,