Ледяной змей - Виктория Борисовна Дьякова

найти не могу – не берут. Внешний вид, наверное, уже не тот. Усталая стала, замученная. Не скроешь. Да и возраст – кому секретарь за тридцать нужен, все девочек хотят. Но главное – вот про собаку. – Она спохватилась. – Мы с мужем решили Олежеку собаку купить, когда узнали его диагноз. Олежек давно просил лабрадора, но все, знаете, некогда, кто гулять будет? А тут ясно стало, что мне придется дома сидеть. Выздоровления врачи не прогнозировали – очень агрессивная форма. Небольшую ремиссию обещали. Вот Женя сказал, пусть мечта ребенка исполнится. Будет вспоминать папу. Я его с рук купила, у знакомой в соседнем доме. У них как раз сука ощенилась. Без документов, чтоб подешевле. Но не обманули – настоящий лабрадор, не помесь. Олежек был очень рад. Назвал его Мотя.

– А когда Мотя пропал?

– Это случилось вот в начале февраля, десятого числа. Олежек, как обычно после школы, пошел с ним гулять. Здесь, недалеко, на набережной канала. Вдруг остановилась машина, выскочили двое, парень и девушка, как он рассказывает, выхватили у него поводок, собаку затолкали в машину и умчались. Украли, одним словом. Он за машиной бежал, кричал – но куда там! В полицию ходили – тоже бесполезно. – Она махнула рукой. – Документов у нас на собаку нет. Да и вообще им связываться неинтересно. Не приняли заявление – отшили быстренько. Я так думаю, что собаку, конечно, уже продали кому-то. Зачем тогда ее похищать, если выгоду не поиметь? – Она пожала плечами. – Но Олежек не верит. Он придумал себе, что Мотя сбежал от похитителей и где-то сейчас, бедный, скитается, ищет дом. Вот объявления подготовил, уговорил расклеивать. Я стала возражать – он убежал из дома. Под машину чуть не попал. Очень скучает по Моте, любит его. Память об отце. Маленький мой, – женщина обняла сына за плечи. – Я же не против того, чтобы Мотю найти. Только пойми…

– Мотя жив, я уверен! – воскликнул мальчик, отстраняясь. – Он вернется. Он просто не может найти нас.

– Собака, как я понимаю, была не чипирована, клейма не было? – Аня покачала головой.

– Нет, ничего этого мы не делали. Только прививки один раз, когда еще маленький был. Но и то нам ветеринарша его мамочки сделала, по знакомству. Не было времени в клинику ходить. Муж очень болел.

– Скажите, а перед тем как собака пропала, кто-то, может быть, подходил к мальчику во время прогулки, расспрашивал? За несколько дней, возможно?

– Да, был мужчина. Сколько раз тебе говорила, не разговаривай с незнакомыми на улице, – строго сказала Изольда сыну. – Но он про собаку свою бесконечно готов говорить с кем угодно.

– Как мужчина выглядел?

– Как тот мужчина выглядел? – Изольда посмотрела на сына. – Ты мне рассказывал, что ростом выше среднего. Волосы такие рыжие, назад зачесаны, без шапки.

– В кожаной куртке черной и в джинсах, – выпалил мальчик. – Я сто раз повторял, а ты запомнить не можешь!

– Да, молодой такой, – добавила Изольда слегка смущенно. – Сравнительно.

– Как он подошел, что спросил? – Аня повернулась к ребенку. – Вспомни, пожалуйста, это очень важно.

– Ну, мы с Мотей уже с прогулки возвращались. Из парка. – Мальчик слегка нахмурил лоб, вспоминая. – Мотя мячик нес в зубах. Мы с ним в парке играли. Прошли по набережной канала, по мосту. Хотели уже в подворотню к нам свернуть. А тут вдруг – кошка. – Он резко взмахнул рукой. – Ну, такая белая, знаешь, у бабы Шуры живет на первом этаже. – Он взглянул на мать. – Она ее выпускает побегать во двор. Но Мотя – он кошек не любит. – Олежек замотал головой. – Он мячик выпустил и – за ней. Кошка в подворотню юркнула. Мотя чуть поводок не вырвал у меня из рук, еле удержал его. А мячик на проезжую часть выкатился. Хорошо, что машин не было, он прокатился и у противоположного поребрика лежит. – Мальчик расширил глаза. – Представляешь? А светофор переключился, машины поехали. Кошка сбежала, мы с Мотей вернулись – не знаем, как мячик достать. И тут этот мужчина в черной куртке на противоположной стороне вдруг появился. Как-то неожиданно. Не было его. А потом автобус проехал – и вот он, стоит. Поднял мячик, перед машиной перебежал дорогу и – к нам. «Ваш?» – спрашивает. Я говорю: «Наш. Спасибо. Но мама говорит, что перебегать перед машинами нельзя». «Это она правильно говорит, – сказал он. – Но я спешу очень. Некогда». А потом спросил, на Мотю показывая: «Его мячик?» Я говорю, да. Но он расспрашивать начал, мол, сколько лет собаке, где купили. Вроде как у него тоже такой же был, но состарился. Голос у него такой, знаешь, хриплый немного. Мне как-то страшновато стало. Я сказал: «Простите. Мне надо в музыкальную школу». «Я тоже на скрипке играю», – уточнил он. – «Еще раз спасибо. Пойдем, Мотя». И мы пошли. А вот через два дня… – Он шмыгнул носом. – Вот в то же время практически. Мы днем всегда почти в одно и то же время ходим. Прихожу из школы, иду с Мотей, потом обедаем с бабушкой, потом – музыкальная школа, потом опять иду гулять с Мотей, потом – уроки и – спать.

– То есть на том месте, где собаку похитили, вы всегда примерно в одно и то же время появлялись? – задала вопрос Аня.

– В школьные дни – да, – подтвердил мальчик.

– Вполне могли выследить. – Аня взглянула на Максима.

– Скорее всего, выслеживали. Им не абы какая собака была нужна. Они подбирали, – сообразил Максим. – Чтобы на Гришу был похож. Такого роста, такого же окраса примерно, такого же возраста.

– А это десятое февраля, сразу после гибели Королевой…

– Вы про телеведущую говорите? – спросила обеспокоенно Изольда. – Про ту, которая на Английском проспекте из окна выбросилась? По телевизору показывали – ужасно! Такая молодая! А к нашему Моте она какое отношение имеет? – спросила она осторожно.

– Понимаете, у нее тоже был белый лабрадор, по кличке Гриша, – ответила Аня задумчиво. – Его тоже похитили незадолго до ее смерти. А потом вдруг вернули. Не ей уже – ее подруге. Самой-то Королевой уже не было в живых. Как раз вскоре после того как у вас собака пропала. При осмотре оказалось, что это не Гриша, собаку подменили. Вот я и думаю, что, возможно, это ваш пес. Ему пять лет, как сказал ветеринар, он очень добрый…

– Мотя очень добрый, он ни на кого не лает, – взволнованно воскликнул Олежек. – Он только кошек не любит. Где он? Я хочу увидеть его! Он меня сразу узнает – это точно.

– Увидишь обязательно, – пообещала Аня. – Но