Ледяной змей - Виктория Борисовна Дьякова

– Немецкая овчарка?! – переспросил Олежек. – Это класс! Я тоже хотел овчарку, но родители купили лабрадора. Но я тоже очень доволен! Мотя, Мотя, я увижу Мотю. – Он снова запрыгал на сиденье.

– Тихо, тихо, – уже не очень строго уговаривала его мать. – Спасибо вам. Это точно чудо, чудо, Господи, спасибо! – Она заплакала.

– Успокойтесь. – Аня ласково прикоснулась к ее руке. – Надо радоваться. Берите пример с сына. Значит, завтра встречаемся в десять тридцать на этом же месте…

– А у меня школа, – вспомнил вдруг Олежек и побледнел от испуга. – Я не могу. Жанна Викторовна, наша классная, сердиться будет.

– Не волнуйся, я напишу записку, – пообещала Изольда и вытерла платком слезы. – Мы обязательно поедем завтра за Мотей.

– Спасибо, мама! – Олежек обнял мать за шею, она поцеловала его в висок. – Мы больше не будем задерживать. – Она взялась за ручку дверцы. – Завтра, в десять тридцать, будем стоять на этом месте. Пойдем, Олежек.

– На всякий случай дайте мне ваш номер телефона, – попросила Аня, – и запишите мой.

Она быстро забила в память номер Изольды и, когда мать с сыном вышли из машины, несколько мгновений смотрела, как они идут по тротуару и Олежек пританцовывает вокруг матери, затем повернулась к Максиму.

– Выходит, все-таки «Новое язычество». Другие версии отпадают, ты прав. Несмотря на то, что их признали экстремистской организацией, а Алексеевская-Артюхова уехала, они продолжают свою деятельность подпольно, а она, видимо, руководит из-за границы. Как мы знаем из изысканий Юли, штаб-квартира их находилась в Звенигороде, в Подмосковье. Оттуда родом сама Артюхова и ее родственники. И там же поселился, разбогатев, Красовский. Как мы понимаем из приговора, вынесенного Артюхову-младшему, секта занималась вымогательством, что, собственно, и неудивительно. Конечно, Красовского пропустить они мимо не могли. Тем более в его семье случились такие несчастья – одна за другой заболели и умерли жена и дочь. Как сказала бы тетя Поля из кондитерского магазина, у которой ты купил квартиру, точно порчу навели, – пошутила Аня. – Но мы будем оперировать более реальными вещами. Итак, теперь совершенно ясно, что их цель – Вадим Красовский.

– Согласен. Эти секты такие цепкие, я слышал, – заметил Максим серьезно. – Если к ним попал в лапки, выкарабкаться очень трудно.

– Да, это так. И они хотели, как часто делают агенты таких организаций, отделить жертву от семьи, оставить ее в трудном положении, так, чтобы она опиралась только на них, только у них искала защиты. И у них хорошо получилось в первый раз. Не знаю, как они причастны к смерти Елизаветы Красовской и их дочери, но думаю, что причастны, – заключила Аня. – Но Красовский сбежал. Он встретил Нику. У него началась новая жизнь. Они последовали за ним. И теперь их задача состояла в том, чтобы «избавить» Вадима от Королевой, снова подавить его, привлечь к себе. Не зря же Барановская сказала, Оля пытается контролировать каждый шаг Вадима. Они положили глаз на его деньги. Больше им ничего не нужно. И им необходимо было избавиться от Королевой, чтобы он снова остался один. Хорошо, что у Барановской хватило ума не показывать своих чувств к Вадиму. Иначе она сейчас тоже была бы под ударом.

– Она может оказаться под ударом, – сообразил Максим. – Когда они узнают, что Барановская заказала расследование.

– Поэтому мы пока не будем беспокоить Красовского, – решила Аня. – Мы не знаем, кто контролирует его телефон. Но он явно в их руках. Не исключено, что они пичкают его какими-то препаратами, возможно, без его ведома. Помнишь, Потапов рассказывал, что он часто видел Вадима в неадекватном состоянии? А, собственно, подсаживаться на наркотики у него нет никаких причин – он успешный человек и у него есть любимая женщина, красивая и знаменитая.

– Я вот подумал, получается, что никакой родственницы родной матери Королевой вовсе не существует, – догадался Максим. – Это все разводка. Ничего они про настоящую мать Королевой не знают. И 2009-й – не год ее смерти. Это что-то еще.

– Да, обман. И Королева поняла это. Она поняла, когда приехала с Дмитрием на улицу Щербакова, где живет эта Верея с Артюховым. Этим объясняется ее подавленное настроение на обратном пути. Она поняла, что ее чувствами просто играли, заставляя ссориться с приемной матерью, с Красовским. Еще неизвестно, кто стоит за предложением южноамериканской компании, не Кремеры ли? Им было бы очень удобно, если бы Королева исчезла где-нибудь, в борделе, например, как и предупреждал ее Красовский. Он, видимо, понимал, что происходит, но один не мог справиться. А Ника, сама не отдавая себе отчета, помогала своим врагам. Но она поняла. Это ясно. И они поняли, что она поняла. И тогда они ее просто убили.

– Выходит, эта Ольга Германовна Кремер – сама член «Нового язычества»? – спросил Максим.

– Необязательно. Но она использует свою семью, чтобы добиться собственной цели – заполучить денежки Красовского да и его самого в полное распоряжение. И чтобы он сделал ее звездой. Он же отказался, как я понимаю.

– Но как же Королева не догадалась, что ее догситтерша и мнимая родственница – одно и то же лицо?

– Она догадалась, – уверенно ответила Аня. – И за это поплатилась. Ну, во-первых, как мы знаем со слов Потапова, Верея эта вначале изображала из себя больную. Одевалась странно, в глаза не смотрела – чтобы ее не запомнили. Уверена, что центр помощи инвалидам, который находится в доме Королевой, вообще ни при чем. Это все было разыграно. Ольга Кремер прекрасно изучила характер Королевой – ее высокую степень эмпатии, способность к сочувствию. Поэтому они к ней прислали такую «несчастную» девушку с якобы ограниченными возможностями – чтобы Королева отнеслась к ней помягче, не очень придиралась. А «несчастная» девушка, замаскированная террористка, осмотрелась в доме, вошла в доверие к Грише, подружилась с ним. А затем вместе с Артюховым они похитили его так же, как и Мотю. А хозяйке сообщили, что он якобы убежал. Вполне возможно, что Гриша находился там же, в квартире на улице Щербакова, когда Королева приехала, рано утром в день своей смерти. Вероятно, они ее шантажировали. Что обозначает цифра 2009 – это может быть и год, но может быть и сумма выкупа, и Дмитрий просто не увидел еще какие-то цифры, ноли, например. И последняя девятка тоже может оказаться нолем, если ее неаккуратно написали. Мы не знаем точно, что было написано в розовой бумажке. Но Королева, скорее всего, обо всем догадалась и отказалась что-то, что от нее требовали. Далее им ничего не стоило проникнуть в квартиру через подземный гараж, код