Скелет в наследство - Николай Иванович Леонов

— Как ты на нее вышел? — спросил Гуров уже в машине, застегивая ремень безопасности.

— Не жди ничего экстраординарного, — разочаровал Крячко. — Я и рад бы рассказать увлекательную историю, полную захватывающих приключений, но поиск продвигался очень скучно. По банковским выпискам Немкова выяснял, куда он ездил, где задерживался, на что тратился. Так, сужая круги, в конце концов обнаружил женщину с ребенком. Конечно, пришлось кое-куда наведаться, кое-кому позвонить, навести дополнительные справки, но это только для перепроверки данных, в основном меня вел занудный анализ расходов по банковским картам. И знаешь, что я тебе скажу, Лев?

— Не знаю, говори!

— Этот наш Немков чаще слушал беса на левом плече, чем ангела на правом. Если сей ангел вообще существовал. Денис умудрился обидеть и обмануть немало людей. Нет-нет, не на деньги или другие ценности, тут он чист, чужого никогда в руки не брал. Есть просто такая категория подлецов, которые совершают подлость без умысла, не со зла, не из желания навредить, а потому что… даже не знаю, как лучше выразиться…

— Неважно, я тебя понял, — ответил Гуров, подбирая нужные слова. — Мне тоже кажется, что я разгадал Немкова. Он делал гадости от обычных перепадов настроения, от своего непостоянства и не видел в этом ничего плохого.

— Вот именно. До «Империи рекламы» он сотрудничал с другим агентством, и там произошел неприятный случай. Пообещал помочь коллеге и ничего не сделал. Не потому что забыл или был занят, а просто из-за лени. У коллеги потом были проблемы.

«Да уж, в этом весь Немков», — размышлял Гуров, молча кивая.

— Надо полагать, со Светланой у него происходило нечто похожее, — продолжал Крячко. — Судя по банковским данным, она несколько раз входила в его жизнь… То есть наоборот, он несколько раз возвращался в ее жизнь. Вот так легко! Захотелось — и вернулся, как ни в чем не бывало, словно не на несколько лет пропал, а всего-то в командировку уезжал ненадолго.

— Что можешь сказать о Светлане?

— В девичестве Светлана Константиновна Солнцева, полгода назад вышла замуж и сейчас носит фамилию Кононова. Растит сына Артемку, ему скоро пять лет. Биологический отец, понятное дело, — наш с тобой Немков. Интересно вот что. Изначально в свидетельстве о рождении стоял прочерк, сейчас отцом записан муж Светланы. На алименты она никогда не подавала. Похоже, гражданка Солнцева решила полностью вычеркнуть Немкова из своей жизни и из жизни ребенка, оборвать все связи и контакты.

Крячко помолчал немного, а затем, почесав щеку, хитро сощурился и спросил:

— Ты уверен, что в качестве главной подозреваемой выбрал правильную женщину? Вот уж кто хотел бы ликвидировать Немкова, так точно она, Светлана. Представить не могу, как он ее достал.

— Ох, Стас, не начинай!

Допрос Юлии Волк поколебал былую уверенность в ее вине. С другой стороны, еще неизвестно, каких обид и оскорблений натерпелась Юлия от Дениса. Вполне вероятно, он не просто ее бросил (что само по себе болезненно для любой женщины, в особенности для такой самовлюбленной), но нашел еще какие-то способы унизить, о которых ни Гуров, ни Крячко пока не догадываются.

…Дверь открыла фигуристая женщина в обтягивающем спортивном костюме, который выгодно подчеркивал превосходную мускулатуру. Предупрежденная по телефону Светлана, в отличие от Смирнова, ждала сотрудников угрозыска, хотя и она слегка изумилась, когда гости представились.

— Ух ты, два полковника! — Она хохотнула, вздернув брови, и пригласила необычных посетителей внутрь. — С какой стати целая делегация ради одного Немкова?

— Нам известно, Светлана Константиновна, что вы состояли с ним в длительных отношениях… — начал Станислав Васильевич.

Она присвистнула, не дав завершить фразу.

— Даже не удивляюсь, что вы по его душонку явились. Что, какая-то баба на алименты подает? Закономерно, однажды сама о том же подумывала, но передумала. Таки он кого-то обрюхатил? Всегда знала! Если что, гаденыша здесь нет, исчез в просторах вселенной, бороздит Большой театр вместе с космическими кораблями, космонавт паршивый. Словом, года полтора его не видела и еще бы сто лет не видеть.

— Вынужден сообщить вам… — Крячко сделал над собой усилие, чтобы не добавить «трагическую новость», поскольку ничего трагического в его сообщении для Светланы не содержалось, — что Денис Сергеевич Немков скончался в августе прошлого года. Уголовным розыском проводится расследование обстоятельств его смерти.

— Проходите… — медленно и тихо произнесла она, хотя оба опера давно уже вошли в квартиру. Женщина повела их на кухню, где задумчиво встала у плиты, опершись на нее обеими руками. — Как он умер? Авария?

— Убийство, — ответил Гуров и встревоженно спросил: — С вами все в порядке? Вы бы лучше присели.

— Нет-нет, я в порядке, — спокойно ответила Светлана. — Я давно его разлюбила. Просто такая новость неожиданная. Я хотела перед вами всю желчь излить, внутри столько накопилось, знаете ли. А тут выяснилось, что мне некого больше ненавидеть и презирать.

При этих словах она криво усмехнулась и мотнула головой в сторону чайника, молча предлагая выпить по чашечке. Гуров с Крячко жестами отказались. Она, все так же молча, развела руками, состроив мину «мое дело предложить», затем указала на табуретки вокруг стола и сама уселась на одну из них, положив руки на скатерть и сцепив пальцы в замок. Затем, выдвинув подбородок, вопросительно посмотрела на визитеров. На лице читался новый вопрос: «И что дальше?» Невероятно, как много люди могут сказать друг другу, не произнося ни слова.

Допрос продолжал Крячко, ведь именно он ее обнаружил и, насколько позволяли банковские данные, изучил историю ее отношений с покойным. Гуров возложил на себя вспомогательные функции, вроде дополнительных вопросов и психологической поддержки, если Светлане вдруг станет нехорошо. Старые товарищи ни о чем таком не договаривались заранее. Многолетнее сотрудничество приучило их моментально распределять роли в любой ситуации, осечки случались редко и, как правило, легко устранялись.

— Нам требуется узнать возможно больше о покойном, о людях, которые играли заметную роль в его жизни, — заговорил Станислав Васильевич. — Опишите, пожалуйста, характер ваших отношений.

— Я была молодой и глупой. — Она хохотнула второй раз, подняв глаза к потолку. — Как банально звучит. Представляю, сколько тупых девчонок вам говорят эту фразу! И чаще всего это ложь. Молодость тут ни при чем. Виной всему глупость, хроническая и клиническая, неизлечимая глупость, которая с годами не проходит, а только принимает новые формы. Но, спасибо Денису, я получила настолько хороший урок, что поумнела, и очень быстро, не успев состариться… Ой, что-то мне жрать захотелось!

Она