Его зовут Тед - Андрей Залевский

парень или дурацкая выходка студентов из соседнего мужского братства. Никто в здравом уме не мог предположить, что в эту самую секунду тишина особняка «Чи Омега» скрывает под собой сцену бойни.

Весь этот кромешный кошмар — вторжение, нападения в трех разных комнатах, убийство Маргарет и Лизы, тяжелое избиение Кэти и Карен, и бегство — занял не более пятнадцати минут.

Пятнадцать минут первобытного хаоса, которые навсегда разделили историю Таллахасси на «до» и «после».

Пробуждение в аду

Осознание трагедии приходило медленно, как ледяная вода, заполняющая тонущий корабль.

Первой неладное заподозрила соседка по комнате Ниты Нири. Девушки обсуждали странного мужчину с дубинкой, когда услышали тихие, болезненные стоны, доносящиеся со второго этажа. Это были звуки, которые невозможно было списать на ночной кошмар.

Они поднялись по лестнице и приоткрыли дверь одной из комнат.

То, что они увидели в свете включенной лампы, навсегда травмировало их психику. Комната была разгромлена. Девушки бросились к телефонам. Пальцы дрожали, не попадая по диску аппарата. Звонок в службу 911 поступил около 3:20 ночи. Голос звонившей срывался на неконтролируемые рыдания.

Первые патрульные машины департамента полиции Таллахасси (TPD) прибыли к особняку «Чи Омега» в течение нескольких минут. Офицер Рэй Крю, дежуривший в ту ночь, вошел в дом первым.

Полицейские Флориды были опытными профессионалами. Они видели автомобильные аварии, пьяные драки с поножовщиной, вооруженные ограбления. Но когда офицер Крю и прибывшие следом парамедики поднялись на второй этаж, их профессиональная выдержка дала серьезную трещину.

Атмосфера в доме была парализующей. В коридорах стояли бледные, дрожащие студентки, укутанные в одеяла, многие из них плакали, не в силах осмыслить происходящее. В воздухе висел тяжелый, сладковато-металлический запах разрушения — запах, который криминалисты всего мира узнают с первого вдоха.

Медики бросились к Кэти Клайнер и Карен Чендлер. Девушки находились в состоянии глубочайшего шока и имели тяжелейшие травмы головы и челюсти, свидетельствующие о применении тупого, тяжелого предмета. Их немедленно погрузили на носилки и с воем сирен отправили в больницу Таллахасси Мемориал. Их жизни удалось спасти лишь благодаря чуду и своевременному вмешательству врачей.

Но для Маргарет Боумен и Лизы Леви медицина была уже бессильна. Их травмы оказались несовместимыми с жизнью.

Шок правосудия

К утру к особняку «Чи Омега» были стянуты беспрецедентные силы полиции. Территорию оцепили желтой лентой. Вокруг дома мигали десятки красно-синих маячков, выхватывая из предрассветного тумана фигуры детективов в строгих костюмах, криминалистов с чемоданчиками и растерянных студентов, начинавших собираться за периметром.

Детектив Дон Патчен, ветеран убойного отдела, стоял посреди коридора второго этажа, пытаясь найти в этом хаосе хоть какую-то логику. И логика ускользала от него.

Полицейские следователи привыкли работать с мотивами. Ограбление оставляет после себя вывернутые ящики и пропавшие ценности. Преступление на почве страсти фокусируется на одной конкретной жертве. Но здесь мотивов не было. Ничего ценного из дома не пропало. Нападения были совершены в разных комнатах, в абсолютной темноте, на девушек, которые даже не успели открыть глаза.

— Это не человек, — тихо сказал один из криминалистов, осматривая место преступления. — Это торнадо. Он просто шел и крушил все на своем пути.

Именно отсутствие избирательности пугало опытных сыщиков больше всего. Преступник действовал с механической, нечеловеческой яростью. Орудие преступления — кусок дубового полена — так и осталось брошенным в одной из комнат, безмолвно свидетельствуя об импровизированном, импульсивном характере атаки.

Внимательно осматривая тело Лизы Леви, судебные медики обнаружили страшную деталь. Это не была случайная ссадина или синяк от удара. Это был четкий, глубокий след. Преступник оставил на теле девушки отпечаток собственных зубов.

Детективы еще не знали, что эта улика, оставленная в состоянии первобытной френезии, когда маньяк потерял всякий контроль над собой, станет самым железобетонным доказательством в истории американской судебной стоматологии. В Сиэтле и Колорадо он не оставлял даже отпечатков пальцев. В Таллахасси он оставил свою биологическую подпись.

Но в то промозглое январское утро 1978 года следователи Таллахасси еще не знали имени Теда Банди. Телетайпы из Колорадо о побеге самого разыскиваемого преступника Америки еще не были сопоставлены с этой локальной бойней. Для местной полиции это был неизвестный маньяк, который материализовался из ниоткуда и испарился в никуда.

И самое страшное заключалось в том, что в эту же ночь, всего в нескольких кварталах от «Чи Омега», в отдельной квартире была жестоко избита еще одна студентка — Шерил Томас. Хаотичный хищник, не удовлетворившись бойней в общежитии, продолжил свой путь, вламываясь в новые двери, пока физическое истощение окончательно не заставило его остановиться. Шерил Томас выжила, но, как и девушки из братства, так и не смогла описать нападавшего, ударившего ее во сне.

Эпидемия страха

Солнце медленно поднялось над Университетом штата Флорида, осветив один из самых черных дней в истории города. Новости о бойне в особняке «Чи Омега» разлетелись по кампусу со скоростью лесного пожара, передаваясь от студента к студенту, обрастая жуткими слухами.

Атмосфера в Таллахасси изменилась за несколько часов. Иллюзия южного гостеприимства и студенческой беспечности была растоптана, раздавлена брошенным дубовым поленом. Город, который еще вчера жил вечеринками и лекциями, погрузился в состояние тотальной, парализующей паники.

Реакция общества была зеркальным отражением того, что происходило в Сиэтле четырьмя годами ранее, но в умноженном, концентрированном масштабе. Если на Тихоокеанском Северо-Западе девушки исчезали тихо, растворяясь в тумане, то во Флориде смерть пришла с грохотом выбитых дверей и воем медицинских сирен.

Студентки в панике паковали чемоданы. Сотни девушек покидали общежития, уезжая к родителям или снимая номера в мотелях за пределами города. Те, кто остался, превратили свои дома в осажденные крепости. В хозяйственных магазинах Таллахасси за один день скупили все врезные замки, дверные цепочки, бейсбольные биты и газовые баллончики. Отцы, жившие в соседних городах, бросали работу и ехали в университет, чтобы лично охранять своих дочерей.

С наступлением сумерек кампус вымирал. Никто не выходил на пробежки, никто не ходил в библиотеку в одиночку. Полицейские патрули кружили по улицам, но их присутствие лишь подчеркивало невидимую угрозу.

Монстр больше не прятался в глухих лесах Колорадо. Он не уводил своих жертв на безлюдные парковки или в каньоны Юты. Он сломал последнее психологическое убежище человека. Он доказал, что может войти в дом, полный людей, совершить немыслимое и уйти незамеченным.

Детективы убойного отдела сидели в своих кабинетах, уставленные сводками, фотографиями и показаниями шокированных свидетелей. Они пытались составить профиль человека, способного на такую иррациональную, запредельную жестокость. Они искали безумца, психопата, чье лицо должно было носить печать очевидного вырождения.

Они не догадывались, что в этот самый момент, всего