Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

Робу не стоило беспокоиться. Иветт так и не желала с ним разговаривать. Он даже точно не знал почему. В результате детектив спал на диване, но, несмотря на то, что ему пришлось трудиться сверхурочно и голова постоянно работала, ему удалось крепко поспать шесть часов. Это было хорошо в середине расследования.

Роб шел по посыпанной гравием пешеходной дорожке, мимо красивого пруда с огромной цаплей, которая стояла на одной ноге на мелководье. На удалении паслось стадо оленей, животные, которых ничего не беспокоило, спокойно пощипывали травку, ничего не зная о событиях вчерашнего вечера. Вскоре на тропе стало прохладнее и темнее, когда она пошла сквозь лесистый участок. Дубы, вязы и платаны боролись за место с кустами, доходившими высотой до колена. Под ногами, прячась в высокой траве, виднелись спутавшиеся кустики ежевики и крапива. Роб осторожно переступал через них, чтобы добраться до палатки криминалистов, которую поставили над телом жертвы. Как и в предыдущий раз, она освещалась изнутри, и свет казался странным, каким-то потусторонним.

— Что у нас? — спросил Роб у Мэллори, останавливаясь, чтобы натянуть комбинезон, необходимый для проведения осмотра, который вручил ему один из полицейских, охранявших место преступления. Мэллори уже был в комбинезоне.

— Еще одна молодая женщина. — Круги у него под глазами стали почти пурпурными. — Бегунья. Документов при себе нет. Судя по всему, это тот же тип.

Они вошли в палатку, полог опустился за ними, отрезая их от нормального мира. Теперь имело значение только место преступления. Роб молча осмотрел открывшуюся перед ним картину. Женщина-патологоанатом склонилась над другой женщиной — стройной, темноволосой, одетой в беговую спортивную форму. Ее задушили толстой эластичной лентой, прикрепленной к какому-то механизму. Рядом с патологоанатомом стоял еще один сотрудник в форме криминалиста с папкой-планшетом в руке. Полицейский фотограф делал снимки места преступления.

Руки у жертвы были связаны точно так же, как у Джули, — над головой и примотаны скотчем к стволу дерева. Легинсы и трусы были стянуты и болтались под коленями, одна кроссовка свалилась с ноги, вероятно, во время борьбы. Робу не требовалось спрашивать, была ли она изнасилована, — он и так видел синяки и засохшую кровь на внутренней стороне бедер.

— Господи, — пробормотал он себе под нос, отводя взгляд, и перешел на другое место, чтобы лучше рассмотреть лицо жертвы. — Она такая молодая.

Кожа у девушки была чистой и гладкой. Высокие скулы, полные, чувственные губы. Она была бы невероятно привлекательной без отпечатка смерти, который прилип к ее лицу, как пластиковая пленка, сделав его неестественно бледным.

— Лет двадцать пять, — определила патологоанатом, женщина средних лет, четко произносившая слова.

Роб наклонился и протянул руку:

— Мне кажется, мы с вами не встречались раньше. Инспектор Роб Миллер, а это сержант Мэллори.

— Лиз Крамер. Патологоанатом Министерства внутренних дел.

— Что обмотано у нее вокруг шеи? — спросил он.

— Лента от фонарика, который носят на голове. Велосипедисты и бегуны их часто используют, если тренируются по ночам.

— Ее по лицу не били, — отметил Мэллори, хотя это и так было очевидно.

— Дельное замечание, сержант, — саркастически произнесла патологоанатом.

Роб осмотрел запястья жертвы:

— Похоже, ему удалось вырубить ее без особых усилий.

— Кое-где синяки есть, но она не особо сопротивлялась.

— Не то что Джули, — буркнул Мэллори.

Крамер посмотрела на одного мужчину, потом на другого.

— Насколько я понимаю, вы уже видели нечто подобное?

— К сожалению, — подтвердил Роб. — Похоже, действовал тот же самый тип. Есть надежда получить образцы ДНК со скотча?

Крамер осторожно сняла скотч с запястий жертвы, затем поместила его в прозрачный пластиковый пакет для вещдоков. Движения у нее были плавные, губы при этом вытянулись в одну линию.

— Возможно. — Она запечатала пакет и вручила криминалисту, который его пометил, что-то записал в папку и опустил в ящик с вещдоками. — В особенности если он отрывал скотч зубами.

— Хорошо бы.

Надо было надеяться на лучшее. Никогда не знаешь, что всплывет. Удавалось раскрыть дело и имея гораздо меньше доказательств. В конце концов этот тип где-то допустит ошибку и оставит след. Каждая новая жертва означала больше телесных контактов и больше шансов на оставшиеся следы ДНК.

— А кольцо? — шепотом спросил Мэллори.

Полицейский фотограф делал снимки, работая вместе с патологоанатомом. Все улики, помещаемые в пакеты для вещдоков, вначале фотографировались на теле жертвы или там, где были обнаружены.

— Доктор Крамер, вы можете проверить, нет ли внутри жертвы кольца? — попросил Роб, понизив голос.

Глаза у нее округлились, но она кивнула и сделала то, что он просил.

— Сейчас я ничего не вижу, но это не значит, что его там нет. У меня нет с собой необходимого оборудования. Более тщательный осмотр я смогу провести только после того, как ее доставят в лабораторию.

Логично. Ему придется подождать.

— Хорошо, спасибо. — Роб в последний раз осмотрел избитое и оскверненное тело, затем вышел из палатки. Ему внезапно потребовалось глотнуть свежего воздуха. — Об ее исчезновении кто-нибудь уже заявил? — спросил Роб у Мэллори, который вышел вслед за ним и смотрел на светлеющее небо.

— Если появится какая-то информация, с нами сразу же свяжутся. При ней ничего не было — ни сумочки, ни какого-либо удостоверения личности.

— Если она тут бегала, значит, проживала где-то рядом, — заметил Роб. — Партнер или кто-то из родителей должен был заявить об исчезновении, когда она не вернулась с пробежки, верно?

У Мэллори зазвонил мобильный. Он поднял вверх палец и внимательно выслушал сообщение. Отключив связь, сержант сказал:

— Возможно, это местная женщина Сара Бакши. Обрати внимание: ее жених сообщил об исчезновении вчера вечером около одиннадцати часов.

* * *

Жених Сары проживал во впечатляющем четырехэтажном доме Викторианской эпохи на Куинз-роуд в Ричмонде, рядом с университетским городком Американского международного университета. В какой-то период истории все дома вдоль Куинз-роуд принадлежали богатой аристократии, ведь в Ричмонд-парке находился королевский охотничий домик. Но теперь большую часть домов перепланировали для проживания нескольких владельцев, многие сдавали площадь в аренду.

Роб насчитал пять звонков на стене рядом с массивной входной дверью. В дополнение к квартире на первом этаже и трем над ней имелась еще одна в подвальном помещении. Однако было похоже, что эта дверь вела только в квартиру на первом этаже. Вход в подвал располагался в боковой части здания, а на верхние этажи — в задней части. На подъездной дорожке стоял не менее впечатляющий внедорожник «Порше», а также модный «Мини Купер» темно-зеленого цвета. С другой стороны посыпанной гравием автостоянки блестел «Мерседес» с откидным верхом.

— Да, проживающие здесь люди не испытывают недостатка в средствах, — заметил Мэллори, нажимая на звонок квартиры на