Игра в невидимку - Альва Морис

– Где ты это взял? – Строгий тон, очевидно, смутил Шныря, который ожидал несколько иную реакцию.

– Скопировал у одного сторожа в Блэкуотер! – огрызнулся он, мгновенно насупившись. – Я вообще думал, что ты ради этого меня и позвал, больше часа там шарился, искал улики для тебя.

Я сунул находку под пальто и вернулся к койке Стэна, он глядел на меня исподлобья, а мне стало невыносимо видеть его второй, чудовищно заплывший глаз. Я постарался говорить мягче, чтобы он понял, что я не виню его в случившемся:

– Стэн, ты поступил очень смело, пойдя туда. Как настоящий мужчина. Когда ты вырастешь, я буду рад такому напарнику. Но когда напарник говорит другому, чтобы тот уходил, как нужно поступить?

– Уходить как можно скорее, – без особого энтузиазма признал он. – Я просто хотел помочь найти убийцу Кэпа, он был хороший мужик.

В последние дни по всем каналам только и говорили что о трагической гибели полицейского во время расследования дела Невидимки. Я просто не хотел расстраивать Стэна, который и сам чуть не погиб. Однако его слова вызвали невольную улыбку: он пытался говорить как взрослый, одновременно еще больше выдавая в себе ребенка. Вивьен была права, не стоило его вовлекать в это дело.

– Я пару раз подвозил их с сестрой до дома, – вспомнил Мин, стоя по другую сторону кровати. – Стэну нравился мой байк.

– Ты точно не видел, как выглядел нападавший? – на всякий случай уточнил я.

Стэн помотал головой, но все же задумался:

– На нем вроде была маска, знаешь, будто из фильмов – с крестами на глазах, – добавил он.

Я мысленно отметил деталь, чтобы вскоре передать Паркер. Вивьен описывала такую же маску на Чейзе, когда тот проник в нашу спальню.

– Знаешь, качество записи полное дерьмо, но я уверен, что видел на записи Мина и еще кого-то. – Стэн шумно втянул воздух, будто собирался с духом. – Я сразу понял, что это важно, поэтому, когда тот чувак налетел на меня… Я спрятал флешку поглубже в карман и молился, чтобы он ее не нашел. А потом мои ребята его спугнули, и я отключился.

Я на секунду прикрыл глаза. Значит, я не ошибся и Хейз прочитал мое сообщение Стэну тогда у Ким. И приехал в Блэкуотер первым.

– Спасибо тебе, старик, дальше мы разберемся сами. – Я потрепал Шныря по здоровому плечу. – А ты отдыхай и обещай есть всю дрянь, которую дают медсестры!

– Ла-адно. – Парень заметно повеселел и взялся за пульт.

Больница для Стэна почти что курорт, здесь можно было смотреть телек с утра до ночи, не переключая на новости для матери или мультики для сестер. Отдельная палата и оплата лечения были меньшим, что я мог сделать для этого парня.

В коридоре стояла Паркер и полноватая женщина, укутанная в вязанные кофты. По цвету кожи и такой же немного выпяченной нижней губе я сразу узнал в ней маму Стэнли. Они тихо переговаривались, Эмили своим круглым животом и полицейской формой явно вызывала симпатию у собеседницы. Миссис Джемари беспрестанно прикрывала глаза и что-то нашептывала, кидая взгляды на палату. Заметив меня, она переменилась в лице – по-видимому, приятной беседы у нас не выйдет.

– Вы очень нехороший человек, мистер Ларсен! – с легким акцентом процедила женщина, когда мы поравнялись.

Ее толстый палец с крупными кольцами ткнулся мне в грудь, я обратил внимание на замысловатые символы, вырезанные на тонком металле. Я заметил и причудливые украшения на шее, и нечто, напоминавшее четки, в другой руке. Похоже, она верила в магию вуду, Стэн как-то упоминал подобное.

Но больше всего мне запомнились глаза миссис Джемари: большие и широко раскрытые, как будто карие, но с желтыми вкраплениями по краям радужки, прямо как у сына. Она абсолютно ничем не походила на мою мать – вышколенную аристократку с тонкими чертами лица, благородно-светлой кожей и идеальной прической, но сейчас до боли ее напоминала.

– Мне очень жаль, миссис Джемари, что Стэнли так пострадал, – честно признался я. – Я могу чем-то вам помочь?

– Мой сын – хороший мальчик! – выкрикнула она срывающимся голосом. – Стэнли очень хороший!

– Вы правы. Он дал отпор нападавшему и, возможно, смог найти важную для расследования улику. Вы можете им гордиться.

Возможно, мои слова или то, как я их произнес, все же тронули женщину. Миссис Джемари не смягчилась, но в лице ее что-то дрогнуло, будто напряжение на миг ослабло.

– У него сотрясение мозга, трещина в черепе, сломано запястье, обе ноги и четыре ребра, – глядя мимо нас и перебирая четки, проговорила она. – Он находился без сознания четверо суток и мог не прийти в себя. Не нужны мне никакие извинения, мистер Ларсен! Мой Стэнли оказался у тех треклятых складов из-за вас.

– Миссис Джемари, мы уже ищем того, кто напал на вашего сына в тот день. – Паркер попыталась сгладить конфликт.

«Благородное дело – обелить друга, но бесполезное. Она говорит о другом».

Полные губы женщины растянулись в кривоватой улыбке, она обняла себя руками, кутаясь в бесконечные кофты, чем только сильнее напомнила мою маму, и, наконец, заговорила:

– Он ломанулся туда не только из-за сообщения. – Глаза с золотистыми крапинками посмотрели прямо на меня, пристально, до самых костей. – Неужели вы не видите, мистер Ларсен? Он ведь пытается быть похожим на вас.

– Видит бог, не самый худший вариант, – тихо пробормотала Паркер, деликатно уводя женщину.

Миссис Джемари кинула на меня еще один полный родительской боли взгляд и отвернулась, шепча что-то на незнакомом мне диалекте. Увитые браслетами натруженные руки женщины перебирали диковенные украшения на шее – готов поспорить, она молилась своим странным богам. Что же, мы все справляемся как можем: кто-то глотает горсти таблеток, кто-то уходит в работу, а кто-то беседует со своими умершими друзьями.

– Смерть делает круг и поет вам песни, но вы глухи и немы.

Я обернулся. Миссис Джемари уже стояла рядом с палатой, хотя я был уверен, что это произнесла именно она. Вивьен и Эмили не реагировали, вполголоса обсуждая то, что сообщил им Стэнли. По всей видимости, ее слова слышал только я.

– Помните, мистер Ларсен: грех можно смыть только кровью.

Я хотел ее окликнуть, но тут с другого конца коридора появились две девочки – сестры Стэна, – и все внимание переключилось на них.

Воспользовавшись моментом, когда на нас никто не смотрит, Вивьен подошла ко мне.

– Ты и так сделал для этого мальчика очень много. Пожалуйста, не вини