Песнь лабиринта - Ника Элаф

– Именно! – Марк поднялся, вытащил сигареты и отошел к окну, чтобы закурить. – И раз что-то уже нашли, дальше никто искать не будет! Гениально.

– Но настоящие записи где-то лежали. Дюмортье планировал продолжать исследование? Вряд ли мог сделать это лично и открыто – скандал с его именем уже случился, такое не скроешь. Даже учитывая его связи, он бы не смог возглавить новую клинику. Да и запрет медицинской деятельности… Он поменял имя и уехал. Дальше история с Ксавье. И это тоже была часть эксперимента, судя по всему. Были ли еще такие… «пациенты»?

– Себастьян? Как звали того эксперта? – вдруг спросил Марк. – Который настаивал на поиске записей и пересмотре дела?

– Я… – тот, неловко отставив чашку, начал перебирать бумаги, – у меня в столе, наверное, эта часть. Я посмотрю…

– Ладно, неважно. Пей кофе, а то остынет. Зайдем с другого конца. Что там с родственниками? Кто занимался похоронами Дюмортье? Что удалось найти на эту тему?

– Некто Дариус Ле Моль. Кузен.

– Хм… И что о нем известно?

– Очень мало…

– Погоди-ка, – Марк достал блокнот, полистал. – Его же упоминал Лоран! «Дружок Ле Моль». Та странная история в лесу… – Он снова кивнул Себастьяну: – Так, и что там про Ле Моля?

– Известно, что квартира в Брюсселе, где какое-то время жил Дюмортье, принадлежала Ле Молю. Досталась от родителей. Есть дата рождения, школьный аттестат… а потом все.

– М-да, не густо… – Марк глубоко затянулся, выпустил дым. – Что с этой квартирой сейчас?

– Ну, Ле Моль пропал без вести, потом его признали мертвым. Сейчас вместо квартиры офис. Как-то все… загадочно.

– А кстати, – вспомнила Алис, – про загадочность. Что там случилось с Дюмортье? Себастьян, ты упоминал, кажется, что его смерть была странной?

– Да. Его нашли тут, в лесу. В заключении о смерти указана внезапная остановка сердца, но была газетная статья о том, что там все как-то… не просто. Какой-то репортер заинтересовался фотографиями трупа, выдвинул предположение, что это очень странная смерть. Приплел мистику. Я тоже посмотрел приложенные фото и… сейчас распечатаю и принесу!

– Перескажи своими словами! – велел Марк.

– В общем… тело оказалось расположено так, как будто он со всех ног бежал от чего-то. Или кого-то. Странная поза. Рухнул, словно его подстрелили во время бега. И лицо искаженное, перекошенное, как от страха. Репортер писал, что на лице остался отпечаток какого-то пережитого мистического ужаса. В общем, нагнетал… Но дальше предположений дело не пошло. Тело быстро забрал Ле Моль, кремация. Где хранится прах – неизвестно. А! И еще… оказалось, Ксавье Морелля как раз там нашли. То есть не совсем там, но… Рядом. Недалеко. Дюмортье в лесу, а Ксавье… на опушке. Он в коме был. Это вот… когда он сбежал из клиники. Незадолго до смерти Дюмортье.

– И ты молчал?! – Марк яростно затушил окурок в пепельнице и рванул на Себастьяна, как бык на красную тряпку. – Ты, мать твою, молчал о таком?!

Себастьян мученически закрыл глаза, сжал перед собой руки, так что тонкие нервные пальцы побледнели.

– Я запрашивал… уточнение… они… только утром прислали… и я…

Алис не сводила с Марка взгляда. Надо было что-то сказать, вступиться за Себастьяна, который хорошо делал свою работу, но она как завороженная наблюдала за этой вспышкой, со стыдом осознавая, что разъяренный старший инспектор Деккер ее не только не пугает, не вызывает возмущения, а наоборот… возбуждает. Черт! Чувство опасности, которое исходило от него в этот момент, заводило так, что дыхание перехватывало. Огромный и сильный, как зверь, неостановимый, яростный – он казался сейчас таким красивым. Таким… желанным. В ответ на рвущееся из него пламя в ней тоже вспыхнул темный огонь, и Алис замерла во власти тут же же хлынувших в голову неясных, но обжигающих образов. Черное и красное. Никакого контроля. Просто позволить ему. Позволить себе… Сладкая дрожь неожиданно прострелила от живота вниз, между бедер, вынуждая теснее их сжать и поерзать.

– Я могу посмотреть те отчеты? – наконец выдавила Алис, очнувшись. – А протокол вскрытия хорошо бы переслать Колсону. Как вы считаете, инспектор?

Марк замер, глядя на нее. И это тоже вызывало головокружение. То, как он смотрел, как будто, наткнувшись на нее, уже возвращался, превращался снова – из зверя в человека. Где-то на краю сознания у нее вспыхнула мысль, которую не хотелось обдумывать: именно это погубило столько женщин. Вера в свою силу. Ощущение, что ты можешь повелевать монстром. Что с тобой он точно будет другим…

Алис тряхнула головой, прогоняя наваждение.

– Да, отличная идея, Янссенс, – кивнул Марк. – Себастьян, принеси все, что у тебя есть. Молодец, что много раскопал. Продолжай в том же духе. – И развернулся к ней: – Многовато тут странностей. И даже не знаю, плохо это или хорошо… Ксавье в коме недалеко от трупа Дюмортье – явно не совпадение, но что там на самом деле произошло… Попробовать расспросить Жанну? Хотя она вряд ли в курсе… – Он взглянул на часы. – Так, у нас еще два часа до поминок. Ну, учитывая, что надо зайти домой переодеться, – меньше. Да еще пока доедем по этому снегу… Себастьян, мне нужно знать все об этом деле. Про странную смерть, про то, почему Ксавье нашли рядом, интересовался кто-то этим или нет. Про похороны Дюмортье. И про этот суд. Имена пострадавших, их адвокатов. Этого эксперта со стороны, который там всех баламутил. Подними еще дело об исчезновении Ле Моля, попробуй найти хоть что-то. Там наверняка не менее захватывающая история обнаружится. В общем все, что можешь на них нарыть. И пусть Шмитт договорится с лесопилкой, мне завтра понадобится трактор. Янссенс, а вы пока сделайте заключение по протекторам.

Себастьян, задумчиво заглянув в свою чашку и обнаружив там кофе, залпом допил остатки, кивнул и выскочил за дверь. Алис тоже поднялась.

Ее все никак не оставляло странное волнение, притихшее, но словно где-то под кожей потрескивающее электричеством возбуждение. Растерянность и удивление от того, что она поняла про себя. И от того, что поняла про Марка. Как ее ошеломлял и возбуждал этот контраст в нем: забота и нежность, которые она уже видела, которыми наслаждалась, от которых все в ней плавилось и таяло. И эта тьма – пока еще скрытая,