Тайна кровавой графини - Анна Велес

Разговаривая с ним, девушка успела проверить книжные полки. Сам следователь осмотрел все, что мог, на рабочем столе и даже перерыл шкаф, где была только одежда. Оставалась лишь тумбочка у кровати и небольшой стеллаж в углу.

– Учеником – это громко сказано, – чуть усмехнувшись, заметил Артем. – Хотя спорить не буду, дал он мне много. Уважаю его, конечно. Будь у него еще характер получше…

– Отец любит ворчать. – Алла улыбнулась, открыто и искренне. – Он упрямый. Есть такие люди: убедил себя, что ему не нужны друзья и близкие, что нет ничего лучше его анатомички, а на самом деле такой же, как и все.

– С тобой он, кажется, мягче, – поделился следователь. – Все же дочь.

– Отец по-своему заботлив, – с теплотой призналась она. – Даже тогда, после развода, когда пил постоянно, когда проклинал маму, никогда не срывался на мне. В любом состоянии готовил мне обед, следил за моим здоровьем, старался, чтобы у меня все было хорошо. Он…

Алла запнулась. Артем повернул голову узнать, в чем дело. Эксперт держала в руках паспорт потерпевшего.

– Наконец-то! – облегченно прокомментировал следователь, подошел ближе, забрал документ. – Посмотрим… Алексей Дмитриевич Данилов, две тысячи пятого года рождения. Черт, ему всего двадцать!

– Только бы выжил, – искренне пожелала девушка. – Совсем еще мальчик. Студент. Второй курс всего. Вот тут зачетка, СНИЛС, страховой полис, свидетельство о рождении. Отец, Дмитрий Андреевич Данилов.

– Надо будет пробить контакты, – напомнил ей Артем. – Хоть про сына им сообщить.

– Мать, – продолжала читать Алла. – Вероника Михайловна Данилова… Мама… О боже! Мама!

Девушка подняла на следователя полные ужаса глаза. Он даже не понял, что случилось. Алла как-то слепо вытянула руку вперед, вцепилась в его куртку.

– Нет! – Она уже была на грани истерики. – Мама не переживет! У нее сердце… Артем, пожалуйста…

Он отбросил бумаги, потянул девушку к себе, постарался обнять, но она застыла, не сдвинулась с места. Пока еще следователь не понимал, что происходит, но главное для него было как-то ее успокоить.

– Алла, – мягко позвал он. – Я понимаю, сообщать такое родителям очень трудно. Я сделаю это сам…

– Только не это! – Она вся сжалась, смотрела на него с каким-то отчаянием, по щекам уже текли слезы. – Я сама! Я должна сама. Я поеду. Мама этого не выдержит. Она в больнице и…

Артем уже хотел спросить, откуда она знает что-то о матери пострадавшего, когда вдруг до него дошло. Странно, но он почему-то испугался. Это было какое-то дикое совпадение, какого быть просто не должно. Такого даже в кино не увидишь. Он даже представить себе не мог, каково сейчас девушке. И что ему теперь делать?

Следователь аккуратно вытащил документ из пальчиков Аллы, отбросил его подальше, взял ладони девушки в свои. Они оказались просто ледяными, будто от стресса она замерзла.

– Послушай. – Артем старался очень аккуратно подбирать слова. – Мы все сделаем правильно. Мы с тобой не допустим, чтобы с ней что-то случилось. Алла! Мы защитим твою маму. Слышишь меня?

Она подняла глаза, кивнула. Ей очень хотелось ему верить. Всегда такая собранная и серьезная, сейчас эта девушка казалась хрупкой и потерянной, будто маленькая девочка.

– Иди сюда, – ласково позвал Артем, притянул ее ближе, обнял, стал нежно гладить по волосам. – Успокойся, пожалуйста. Не скажу, что все будет хорошо, но мы же сможем все сделать правильно, да? Мы о ней позаботимся.

– Да, спасибо. – Кажется, Алле становилось легче.

Первое потрясение прошло, девушка успокаивалась. А у Артема в это время появилось несколько вопросов.

– А как ты смогла там-то себя в руках держать? – осторожно поинтересовался он. – Во дворе, когда его увидела? Ты его не узнала?

– Кого? – Алла искренне не поняла.

– Когда ты увидела брата там внизу, – пояснил следователь. – Когда он был ранен.

– Я никогда раньше его не видела, – призналась она грустно. – Если бы не увидела имя мамы в свидетельстве, вообще бы не поняла.

Эксперт тяжело вздохнула.

– А если бы документ нашла не я? – предположила она взволнованно. – Кто-нибудь бы другой? Они бы позвонили маме…

– Забудь, – мягко попросил Артем. – Ничего не случилось. Ты права, лучше, если ей сказать все аккуратно. Ты сама? А ты с мамой общаешься? Отец не знает, да?

– Конечно. – Она горько усмехнулась. – Он был бы в ярости. Я не говорила, что мы нашли друг друга.

– Давно? – все так же аккуратно продолжал узнавать он.

– Лет шесть назад. – Похоже, рассказ ее успокаивал. Алла говорила уже привычно спокойно, но с теплотой. – Когда я училась в университете. Общаемся осторожно. Я никогда не была в ее новом доме, не знала ее второго мужа и брата никогда не видела. Мы даже как-то с мамой и не говорили о них. А теперь…

– Извини. – Артем не дал ей снова начать нервничать. – Федор говорил, что после смерти второго мужа она где-то путешествует. Вроде уехала на Гоа.

– Мама? На Гоа? – Девушка чуть отстранилась, чтобы посмотреть ему в лицо, она даже слабо улыбнулась на его слова. – Ты серьезно? Это же вроде в Индии? Мама аккуратистка и чистюля, настоящая перфекционистка. Она бы туда ни ногой. Да еще с ее сердцем.

– У нее совсем слабое здоровье? – Следователь усадил Аллу на кровать, сам стал собирать документы.

– Последние пару лет, – подтвердила она. – Вернее, с сердцем у нее и раньше были проблемы, там что-то врожденное. А с годами стало хуже. Постоянно наблюдается у кардиолога. Дважды были приступы, есть опасность инфаркта. На прошлой неделе ей стало плохо прямо на улице. Сейчас она в частной клинике под присмотром врачей. Тут недалеко за городом.

– Послушай. – Следователь перешел на спокойный деловой тон. – Мы пока не знаем, что с парнем. Надо ждать утра. Он молодой, сильный, шанс, что выкарабкается, есть. Можно пока вообще не беспокоить твою маму. Хотя бы ради ее же здоровья.

– Наверное, ты прав, – согласилась Алла. – Только бы никто не сделал этого без нас.

– Я поговорю с Васильевичем, – пообещал Артем. – А пока пойдем. Я провожу тебя домой, сам потом завезу улики к вам в отдел.

– Нет, поедем вдвоем. – Эксперт уже более-менее пришла в себя. Старалась держаться как обычно, только руки немного еще тряслись. – Мне надо успокоиться, чтобы отец ничего не заметил.

– Ему тоже не надо говорить? – догадался следователь.

Она только отрицательно помотала головой.

– Тем более сейчас, когда он в таком состоянии, – добавила девушка.

– Он так ее любил?

Артема это немного удивляло. Все же он знал Федора много лет. Патологоанатом был нелюдим, симпатией к живым особо не блистал. Да, с Артемом он общался, был по-отечески ворчлив, но тоже