Искатель, 2012 № 08 - Журнал «Искатель»

— Неужели ты думаешь, что у нас есть еще время заниматься с каждым недоумком в отдельности? — фыркнул один из сидящих в серебристой форме боевика с эмблемой золотой молнии. — Мы должны быть готовы к прибытию челнока. Чем это они тебе так подозрительны?

— Мы обнаружили их только утром, — услужливо сообщил Сол. — Они вынюхивали что-то на базе у погранцов...

— Оставь свой жаргон, брат Сол, — недовольно поморщился сидящий в мышиного цвета офицерской форме Погранслужбы. — Должно быть, обычные любители поживиться за чужой счет из местных...

— Отвечать: что вы делали на базе?! — потребовал названный братом Анодом, вперив в нас жгучий взгляд.

— Мы искали своих родственников, я все уже объяснил этому... брату Солу, — торопливо дрожащим голосом пояснил редупль моего дяди. Я впервые вспомнил, что так и не знаю, на какой срок существования он создан. Вдруг его распад начнется прямо сейчас, здесь, на глазах у этих? Что тогда ждет меня?

«Спокойно, спокойно, дружище, такого не случится, не паникуй, — подбодрил меня изнутри постоялец. — И пока прекращаем всякое общение, это становится опасным».

— Заруби себе на носу, туземец, он не брат тебе, пока ты не сподобился благодати посвящения, — хмуро бросил брат Анод, возвращаясь за стол. — Займитесь ими в общем порядке и не мешайте нам больше.

Брат Сол уже тронул редупля за плечо, торопясь увести из зала, как вдруг один из главарей энергистов в простой штатской одежде без знаков различия остановил его властным жестом. Я только теперь разглядел его прищуренные буравящие меня глаза и вздрогнул — наверняка мы уже встречались, а глуховатый вкрадчивый голос подтвердил, что я не ошибся. Именно этот энергист первым прилетал на планере в поисках нашего постояльца, мое плечо еще помнило железную хватку его цепких пальцев. Теперь он некстати оказался здесь, в то время как его напарник усилиями Рэ и моего тела навсегда остался в развалинах «Звездного приюта».

— Я знаю его, это тот самый парнишка, в доме которого проживал наш приятель брат Дизель!

Мне показалось, присутствующие одновременно вздрогнули при звуках этого ненавистного для всех энергистов имени. Видно, здорово он их успел достать! Все как один посмотрели на меня. Несомненно, я тут же вырос по своей значимости в их глазах, только это не ободряло.

— Так-так! — моментально оживился брат Анод. — Это становится интересным, братья! Изолируйте их от остальных и проведите мнемоскопирование. Если успею, я сам допрошу их позже. А при первой же возможности переправьте обоих в главный лагерь.

Меня и копию дяди Кира отконвоировали в соседний дом, в котором до налета располагалось местное самоуправление. Причем, пока мы преодолевали несколько десятков метров между строениями, мне показалось, что в толпе мелькнуло лицо Стефы, ее глаза, в которых застыла радость узнавания и тревога за меня — я не мог ошибиться! Но нас так быстро и грубо протолкнули вперед, что всмотреться повнимательнее у меня просто не оказалось возможности.

В новом здании имелись два надземных этажа, но нас спровадили вниз, в складское помещение в подвале. Едва защелкнулся папиллярный замок, как мы очутились в кромешной тьме и тут же принялись на ощупь обследовать уготованную нам темницу. Ничего утешительного или интересного я не обнаружил, никаких намеков на возможность побега. Только пыльные штабели досок, листы пластика и рулоны материи, будто в хозяйственной лавке. Впрочем, немедленное освобождение и не входило в наши планы. Редупль не сдавался дольше моего, но вот и он обреченно плюхнулся рядом на подложенные тюки с мягким содержимым. Я так и не смог заставить себя воспринимать его как полноценного аналога человека, тем более как моего настоящего, хотя и давно не виденного родного дядю. Не знаю, чувствовал ли он эту предубежденность и обижало ли его такое отношение, но сейчас нам обоим было не до разбирательств подобного. Я воспринял внушение Рэ и попытался полностью расслабиться, надо было воспользоваться предоставленной передышкой для восстановления сил.

11. РИТУАЛЫ ОХОТЫ

Опять я видел себя в окружении зеленых растений. Буйство здешней зелени просто поражало часть моего сознания. Другая же половина как бы прекрасно помнила, что это естественный порядок вещей. Толстые замшелые стволы, обвитые гибкими лианами, уносили вверх сплетения своих ветвей, не пропуская вниз прямой солнечный свет. Полумрак придавал таинственность разнообразию низкорослых кустарников, так и казалось, будто кто-то прячется в этой удобной засаде, поджидает, не сводя с меня взгляда прикрытых листьями горящих глаз. Тропа вела мимо густых, словно дерущихся меж собой за место под солнцем, спутанных кустов, мимо массивных стволин — опор здешнего мира.

Мои руки сжимали металлическую трубку с деревянной ложей — древнее орудие убийства, я шел к определенной цели, достичь которую было для меня предопределено другими. Как ни мирно был я настроен с самого начала, но разлитая вокруг по зарослям тревога и ощущение подстерегающей опасности пробудили во мне наряду с чувством самосохранения нечто атавистическое. Ритуал Охоты затронул и меня.

Я был предупрежден, что здесь водятся хищники, могущие напасть на охотника. Чудеса генной инженерии позволили воскресить давно сгинувшие виды животных. Я даже не знал, как они выглядят, и это придавало навязанному приключению привкус непредсказуемости. Хотя мне было доподлинно известно, что воссозданный с помощью той же науки уголок дикой природы далеко не соответствовал древним естественным прототипам, это не уменьшало остроты ощущений. Если отдельных представителей флоры и фауны удалось вернуть к жизни с большей или меньшей точностью походящими на оригиналы, то на уровне сообщества, биоценоза, это оказалось невозможным. И поэтому на здешней территории уживались образчики древнего мира живности всех континентов Земли. Так что вряд ли можно было с научной достоверностью назвать воссозданный зеленый мирок лесом, джунглями, сельвой или тайгой, да и кому теперь это было нужно? Ружье в руках и затаившийся враг впереди — вот что единственно имело значение. Важно было упредить возможное нападение, утвердить себя хозяином здешних мест, доказать себе и другим, что ты не хуже прочих. Таковы были неписаные правила Ритуала Охоты, и я не видел, да и не хотел уже видеть возможности уклониться от навязываемой игры.

Игры ли, впрочем? Не стало ли это «развлечение»,