Игра с профайлером - Александр Эскрива

представляете? Из года в год вызволял из кабин людей, которые намертво застревали из-за отключения света или ошибки в системе управления. Время замедляется там внутри, боишься, что что-то выйдет из строя и ты рухнешь в пустоту без шанса на спасение. В лифте ты совершенно беззащитен. Не можешь самостоятельно решить проблему, тебе нужна помощь извне. Всегда. И с нетерпением ждешь, когда кто-то придет и спасет.

– И вы используете этот страх как оружие, – заметил Паркер.

Уайт вздохнул.

– Знаете ли, с выходом на пенсию появляется много времени для раздумий. Некоторые читают романы, другие играют в карты. А я начал представлять, как страх может повлиять на человека. Что было бы, если бы то иррациональное чувство, которое я наблюдал в течение многих лет, стало более реальным? Почему, оказавшись запертым внутри лифта, человек не может не испугаться за свою жизнь, пусть даже на секунду? И если поместить его в экстремальную ситуацию, убедить, что он рухнет в пустоту, если не совершит убийство, инстинкт самосохранения раскроется сполна. В соответствующих обстоятельствах человек разумный – дикарь, хищник, как и было показано.

– Получается, вы убиваете, чтобы доказать свое предположение? – Он снова почувствовал, как пальцы впиваются в металл. Ему был нужен план. Ему было нужно время.

– Я? – спросил он обиженно. – Я никогда никого не убивал, мистер Паркер. Я лишь разговаривал с ними и позволял им принимать собственные решения. – Он щелкнул языком. – Я говорил им, что лифт упадет, если один из них не убьет другого. Да, это правда. Но то была шутка! Система безопасности не даст кабине сорваться вниз. Если бы они не сыграли в мою игру, вышли бы из нее целыми и невредимыми. Однако они этого не знали. Похоже, я забывал упоминать об этом, – пробормотал он, нахмурившись. Затем улыбнулся. – Не вините их. Это сделал страх, а не они.

Уильям кипел внутри.

– А почему сейчас вы изменили игру? Зачем взрывчатка?

– Отличный вопрос, инспектор! В итоге выяснится, в чем вы на самом деле хороши, – произнес он с иронией. – Когда я узнал, что тот самый Уильям Паркер прибыл в город, чтобы ни много ни мало поймать меня, сильно обрадовался. Я не мог упустить столь прекрасную возможность. Я должен был узнать вас, сделать участником моей игры, столкнуть вас с вашими страхами и выяснить, какой выбор сделает полицейский в решающий момент.

– Выбор? – спросил он, сбитый с толку.

– Не торопите события, пожалуйста! – замахал он руками. – Позвольте объяснить.

Беременная рыдала, сидя на стуле. Дженнифер слушала разговор с поникшей головой, поверженная и разочарованная в себе.

– Как мне было добиться, чтобы Уильям Паркер включился в мою игру? – продолжал Маркус, глядя вверх. – Если честно, найти вас не составило труда. Я разузнал, что вы остановились в «Ритце» и, благодаря прессе, что завели роман с детективом Морган. Когда я узнал, что вы оба живете в номере-люкс в этом фантастическом отеле, то решил, что сами звезды благоволят мне. Идеальные игроки на идеальном игровом поле. Оставалось организовать идеальную игру.

– Если вас интересуем только мы двое, дайте этой женщине уйти. – Он указал на беременную. – Ей незачем здесь находиться.

– Вы ошибаетесь! Она вишенка на торте! Как вы правильно подметили, мне пришлось немного изменить игру. Не все игроки – инспекторы полиции, понимаете? Я не мог рисковать: вдруг вы догадались про лифты и все сорвете. Поэтому я придумал беспроигрышный вариант – бомба, – выпалил он, разводя в стороны руками, как делает волшебник, объясняя фокус. – То есть несколько бомб. – Он улыбнулся. – Так, чтобы не осталось выхода. Бомбы – это просто. Детонируешь их, и они взрываются. Вот и все. – Он пожал плечами. – Что касается женщины, она часть игры. В прежних партиях лишь два игрока подвергались угрозе смерти. В этот раз на одного больше, для зрелищности, знаете ли. Так вот этот третий игрок – тот, кто решает, кому жить, а кому умереть. И, как вы понимаете, на другую чашу весов я должен был поставить того, чья жизнь по ценности сопоставима с жизнью миссис Морган. Что думаете, инспектор? Убить беременную – это все равно что совершить двойное убийство?

– Вы прекрасно знаете, что я никого не убиваю.

Маркус снова засмеялся.

– Тогда почему вы носите пистолет?

Он промолчал, не отводя взгляда от маленького экрана. Изображение иногда расплывалось. Не хватало мощности сигнала.

– Я объясню вам правила, хорошо? Итак. Игра длится пять минут. За это время, как я уже говорил, вам нужно выбрать, кто из этих двух женщин умрет. Но недостаточно просто решить! Нужно воплотить решение в жизнь, понимаете, о чем я? – Он сложил пальцы пистолетом и изобразил выстрел. – Вы убьете одну из них, прежде чем время выйдет. Если вы этого не сделаете, то погибнете втроем от взрыва. Я буду следить за вами, инспектор, и, если вы не будете следовать правилам, сам взорву бомбу. Одно неправильное движение – бум; выключите это устройство связи – бум; решите сбежать – бум; позовете на помощь – бум; и предупреждаю: не стройте из себя героя. Ваша смерть не спасет жизнь ни одной из них. Вам все понятно?

– Тебе незачем делать это, Маркус, – обратился я к нему на «ты». Нужно было сблизиться, подступиться к нему с другого угла, но какого?

– Вот еще что: до этого момента я говорил игрокам, что тот, кто победит, должен написать букву W на стене кровью проигравшего, чтобы выйти из лифта. Но в этот раз, поскольку правила игры поменялись, я об этом позаботился сам. Странно, конечно, ставить автограф на картине, пока она не написана.

– Маркус, мы можем заключить соглашение. Я знаю главного детектива Кокса. Я поговорю с ним. Тебе лишь нужно отпустить нас.

– Не беспокойтесь обо мне, мистер Паркер. Я не собираюсь отправляться в тюрьму. – Он вздохнул. – В мои планы не входило говорить вам этого, но наступает момент, когда уже все равно. Вы знаете такую болезнь, как БАС? Боковой амиотрофический склероз… Для страдающего этой болезнью ожидаемая продолжительность жизни составляет от двух до пяти лет, как правило. Ну так вот, моей жене поставили этот диагноз четыре года назад. Она была фантастической женщиной, знаете ли, и я любил ее безумно. Когда нам сообщили эту новость, я, приняв удар, который нам преподнесла жизнь, принялся искать лучших врачей страны. Я не мог бездействовать в такой ситуации. Мы объехали почти все штаты, но безрезультатно. Устав от затянувшейся поездки, она сказала, что нужно бросить попытки, что нужно смириться и прожить оставшееся ей время как можно лучше. Но