Уснувший сфинкс - Джон Диксон Карр

– И она… – произнес он и запнулся.

– Продолжайте! – приказал доктор Фелл.

– И она рассчитывала, что после того, как склеп опечатают, кто-то или что-то проникнет туда и сделает то, что там было-таки сделано?

– Именно.

– И вы хотите объяснить это какими-то сверхъестественными причинами?

– О нет! – сказал доктор Фелл.

– Но послушайте! Как же вы объясните, что кто-то проник в опечатанный склеп?..

– Ах, вот вы о чем! – удивился доктор Фелл.

Он сел очень прямо и сделал жест, который выражал крайнее презрение.

– Мой дорогой сэр, то, о чем вы говорите, – самое простое во всем этом деле. Чего-то подобного я ожидал еще до того, как приехал сюда.

Холден в изумлении уставился на доктора Фелла. Тяжело вздыхая, тряся головой, раскачиваясь так, что кресло под ним трещало и ходило ходуном, тот был явно изумлен и даже встревожен тем обстоятельством, что нашелся человек, которого могла беспокоить такая малость.

– К счастью для нас, однако, – добавил он, – этот «полтергейст» привел Мэддена, Крофорда и компанию в полное замешательство. Они думают, что пузырек с ядом попал в склеп в то самое время, когда кто-то – по-видимому, злые духи – сдвинул гробы с места. А как это произошло в действительности, они не понимают.

Вся беда в том, что долго они в этом состоянии не останутся. Дело слишком простое. Через день, максимум два они разгадают эту загадку. Тут-то все и завертится. И обвинение Силии Деверо в отравлении ее сестры будет сформулировано следующим образом: «Силия отравила сестру с помощью лекарства, приготовленного на основе морфина».

– Ах, значит, морфина? – переспросил Холден.

– Да. Морфина – средства абсолютно безболезненного. Силия устроила таким образом, что смерть ее сестры выглядела как самоубийство. Поскольку – обратите внимание! – еще одно веское основание для самоубийства, которое, как ей казалось, Марго Марш жаждала совершить, состояло в том, чтобы выставить напоказ всем жестокость и садистские наклонности Торли Марша. Обнажить его перед всеми! Воздать по заслугам!

Но этого не случилось.

Семейный врач заключил, что Марго умерла естественной смертью. Силия, которая повсюду кричала, что это самоубийство и что до самоубийства довел ее сестру мистер Марш, вынуждена была немедленно замолчать. Избавившись от пузырька с ядом, она уже не могла сделать так, чтобы его обнаружили там, где ему надлежало быть, то есть где-то в пределах досягаемости Марго Марш.

Тогда (я продолжаю «дело по обвинению») Силия решила пойти еще дальше. Ее больное воображение подсказало ей эту безумную историю о духах, разгуливающих по Длинной галерее и поносящих Марго Марш за самоубийство. «Гони ее! Гони!» – вот что они кричали. «Гони ее, не давай ей спокойно спать среди честных и благонамеренных покойников».

Никто, конечно, этому не мог поверить. Но Силия рассчитывала, что заставит людей поверить. Поэтому она поставила пузырек с ядом в нишу в склепе (а я, сам того не зная, ей помогал). И – по каким-то ей известным причинам – сделала ставку именно на то, что там будут явления «полтергейста». Склеп открыли, обнаружили перевернутые гробы, пузырек с ядом; все это выглядело так, будто даже мертвые возопили, осуждая Марго и Торли.

Доктор Фелл замолчал и некоторое время сидел, дыша со свистом. Лицо у него было красное. Он надел перстень на палец, посмотрел на него и нахмурился.

– И – о Вакх! – воскликнул он. – Вы догадываетесь, что за этим последует?

– Боюсь, что да.

– Наткнувшись на объяснение того, каким образом гробы оказались разбросанными по склепу, на полу которого не осталось следов ног, полиция уже не станет прибегать к объяснениям, основанным на сверхъестественных причинах. Ни за что не станет! Потому что…

– Почему?

– А потому, – начал подведение итогов доктор Фелл, – что Марго Марш могла убить только ее сестра, раз именно у нее оказался пузырек с ядом. А наклейка была изготовлена на игрушечном печатном станке, который вы найдете в этом шкафу. На пузырьке – отпечатки пальцев Силии. И больше ничьи. Кто еще мог поставить пузырек в нишу? И помоги мне Боже! – добавил доктор Фелл. – Но я сам вынужден буду свидетельствовать против нее.

Наступила долгая пауза.

Холден встал и отодвинул свой стул. В ногах у него была какая-то легкость и неуверенность. Жара давила на мозг, словно шапка. Будто слепой, он двинулся по комнате, ничего не видя вокруг. Хорошо доктору Феллу, он может рассуждать о том, что не надо терять голову. А дела очень плохи. Хуже просто быть не может. Все это очень хорошо согласуется с тем, что говорила и делала Силия.

– Я не спрашиваю, что вы думаете об этом деле, – тактично заметил доктор Фелл. – Но надеюсь, вы, по крайней мере, понимаете, что дело есть и на вопросы придется отвечать.

– Господи! Да! Я понимаю! Вы знаете, что можно ответить?

Доктор Фелл сцепил руки и еще раз хмуро взглянул на перстень с печатью.

– Я-то знаю, – заявил он. – О да! Я могу ответить следующее. Я могу сказать: «Сэр, то-то и то-то, по моему мнению, правда». Особенно теперь, после того как вчера вечером я заставил Силию раскрыть карты.

– Она из-за этого была такая расстроенная?

– Да, пожалуй. Но после того как вы ушли и инспектор Крофорд очень уж явно подсунул ей серебряный портсигар, чтобы получить отпечатки пальцев, я счел за лучшее предупредить ее об опасности.

– И что сказала она?

– Не много, черт побери! Но достаточно для того, чтобы я мог убедиться, что был прав. Так или иначе… – Доктор Фелл стукнул кулаком по столу. – Нет! – воскликнул он. – Нет, нет и еще раз нет! Мы не станем доказывать ее невиновность. Мы найдем виновного, чего бы это ни стоило.

– Если бы мы знали, кто действительно убил ее…

– Я это знаю, – сказал доктор Фелл очень спокойно. – Знаю с того самого момента, когда в Длинной галерее вчера вечером я допросил Торли Марша.

Холден, который до того тупо смотрел в окно на видневшееся вдалеке кладбище, резко обернулся.

– Ну а сейчас – вы выполните мое поручение? – поинтересовался доктор Фелл.

– Отправиться на Нью-Бонд-стрит?

– Да. Я не могу послать туда полицейского. Мое мнение об этом деле отличается от – кхм, кхм – мнения официальных властей. И мне пока лучше там не отсвечивать. Так вы поедете?

– Конечно. Но что вы думаете там найти? Кроме того, Дорис Локк ведь сказала…

– Дорис Локк? – резко оборвал его доктор Фелл. – Какое отношение к этому имеет Дорис Локк?

– Она дала мне этот адрес.

По мере того как Холден пересказывал эпизод, произошедший накануне, глаза доктора Фелла за стеклами пенсне все более и более округлялись.

– Как интересно! – произнес он глухо, и щеки его раздулись. – Надо же! Как много, оказывается, может объяснить нам женская интуиция Дорис Локк. Кхм, кхм. Да!

– Так или иначе, Марго умерла уже