Искатель, 2012 № 10 - Журнал «Искатель»

Шишов целый час вел безрезультатный допрос. Сначала задержанный парень сказал, что он турист и любитель старинных особняков. Потом заявил, что они с другом готовили фоторепортаж об интимной жизни будущего губернатора... Фамилий своих он тоже назвал несколько. А уж когда потребовал адвоката, Шишов велел отвезти его к катеру и доставить на яхту «Марго». Там в одном из трюмов уже «отдыхал» аквалангист Ваня Сазонов. Вдвоем им веселее будет. И если через пару дней ситуация не прояснится, то придется сплавать в соседнюю область и спустить их на корм ракам. Волга немножко обмелела, но глубокие омуты еще есть...

Ситуация прояснилась уже через час.

С поста у ворот позвонил начальник охраны и, извиняясь, сообщил, что некий господин Савенков требует срочной встречи. Ни с кем, кроме Шишова, он говорить не хочет, заявляя, что это «жизненно важно для самого депутата».

Шишов дал отмашку, и через три минуты в кабинет вошел толстый лысоватый человек в мятой одежде дачника средней руки.

Вошедший в знак приветствия кивнул и протянул свою визитную карточку... Детективное агентство «Сова».

— Что за срочность? Время позднее... Хотя сова — ночная птица.

— Срочность действительно есть... Вы, гражданин Шишов, два часа назад задержали моего человека. Требую немедленно его освободить.

— Требуете? На каком основании? Да я вообще никого не задерживал и знать ничего не знаю.

— Вы же умный человек, Шишов. Пришел бы я к вам, не имея козырей?

— Торговаться будете?

— Буду!

— Любопытно... И что вы против меня имеете?

Савенков открыл свой кейс и выложил на стол лист бумаги.

— Что это за лапа?

— Это ксерокопия, Шишов. На подлиннике кровавый отпечаток руки. Его оставил ваш друг Саблин двадцать лет назад после убийства Сергея Ляхова. Он убивал, а вы рядом стояли.

— Это еще доказать надо.

— Спокойно! Жив еще следователь, который вел дело, есть отпечаток, будет генетическая экспертиза... Да и Люба Саблина все хорошо помнит... Имеется и свидетель, который все это видел.

— Гутман?

— Он... Я, конечно, понимаю, что хороший адвокат может помочь вам выпутаться, но шуму будет... Газетчики, как коршуны налетят.

— Мало, Савенков... Лишний шум мне не нужен, но я попытаюсь все это в свою пользу повернуть. Я — за народ, а мне дело шьют... У вас еще что-нибудь есть?

Савенков порылся в кейсе и выложил перед Шишовым пачку ксерокопий.

— Это что такое? Старые платежки... Так, интересно... Я и без вас, Савенков, знал, что Воловик вор, что часть моих предвыборных денег у него оседает... Согласен! Есть здесь нестыковки. Но банки все — европейские, фирмы подставные. Пока докажут, два года пройдет.

— Но если в нужные газеты передать, то шум начнется сразу. Журналисты постараются.

— Так, Савенков. Выкладывайте все козыри. Парня вашего отдам только за весь комплект.

Савенков покопался в кейсе и достал кассету.

— Прослушайте... Запись двухчасовой давности. В этом кабинете разговор шел... Я понимаю, что сейчас и видеозаписям не доверяют. Но шуму будет... Газетчики налетят...

— Вы обещаете передать мне все и прекратить преследование?

— Только после освобождения парня.

— Он на яхте. Поехали на пристань. Там меня катер ждет.

— А Саблин с Воловиком?

— Они уже там.

Они вместе спустились по лестнице и прошли по дорожке к воротам, где уже ждал джип.

Перед тем как сесть в машину, Савенков наклонился к воротнику своей куртки и произнес:

— Сейчас едем на пристань и на катере плывем к вашей яхте... А рыба в Волге еще есть? Хорошо бы на весельной лодочке рядом с яхтой половить...

Даже после падения Гутмана с обрыва и купания в Волге японская техника работала отлично.

Олег отмотал немножко назад и дал всем прослушать.

Раз речь шла о весельной лодке, то Валера понял, что настал его час командовать.

— Мы с тобой, Олег, поплывем. Их двое — и нас двое. Больше лодка не выдержит... к тому же этот израильтянин грести не умеет. Видел я, как он веслами шлепал... Пусть спускается кЛане и помогает ужин готовить... Отметим встречу по первому разряду.

В каюте шло деловое совещание. Каждая сторона боялась подвоха и пыталась выторговать для себя условия обмена с полной гарантией... Документы и запись можно было передать через ячейку банка, но Гошу туда не засунешь.

Егор был уже освобожден, но пока только от веревок. Он даже принял участие в торге.

— Еще нам нужны шифрованные записи графа Барковского. Вы их взяли тогда, в архиве... Я вас прошу в качестве жеста доброй воли прямо сейчас нам их передать.

Воловик даже хихикнул от такой наглости. Он вытащил из бумажника полоску с рядами цифр, помахал ею в воздухе и положил на стол.

Саблин положил рядом два таких же листочка:

— За себя и за покойного Игорька... Но это отдельный разговор. Пусть даст ключ. Вместе расшифруем, найдем и поделим.

Неожиданно на пороге каюты появился матрос с обувной коробкой. Он не только закрыл за собой дверь, но и запер ее. Только после этого спустился вниз и осмотрелся... Трое, сидящие за столом, были ему известны. Они-то и были нужны матросу. А этот толстяк с парнем...

— Вы кто такие?

— Мы люди нездешние. Случайно тут оказались. А вы — Максим Ляхов?

— Да.

— Очень приятно... Я понимаю, что с этими господами у вас серьезный разговор... Кстати, Максим, хочу представить вам Егора. Он жених вашей племянницы.

— Какой такой племянницы?

Савенков почесал лысину, давая понять, что объяснение будет сложным.